Чтение онлайн

«Ну я ж говорил, взрослые умные люди, — одобрил эту информацию внутренний голос. — Че ты с ними носишься, как с писаной торбой?»

Но Марину все же такая ситуация не устраивала. Однако и скандалить она не стала, понимая, что иначе ребята снова «уйдут в подполье». Сошлись на том, что дежурные ни при каких обстоятельствах не будут выходить за пределы двора. А лучше вообще будут наблюдать за каретным подъездом из окон кухни и за задним двором — из окон подсобки. Это вселяло в Марину надежду, что хотя бы из оружия дальнего боя ее защитников не «снимут» втихушку среди ночи. Хотя, что она знала о местном оружии?

За всеми этими заботами девушка сама не заметила, как подкралась ночь. Точнее, она старательно не хотела ее замечать, ведь там, наверху, в ее спальне дожидался тот, кто с каждым днем показывал ей все новые и новые свои стороны.

Только привыкнешь к одной, научишься спокойно общаться с этим новым Ксавьером, как вдруг появляется другая, и опять Марине страшно и неловко. Как будто это не у нее две личности в голове, а у него. Сегодня вот девушку дожидался наверху старший инквизитор, пожелавший ее поцеловать. И она не была уверена в том, что он не пожелает чего-нибудь еще.

«Подожду, пока уснет, — решила Марина. — Заодно прослежу, чтобы дежурные сдержали обещание не выходить из дома».

Ждать оказалось крайне скучным занятием. Как и дежурить. На посту сегодня оказались Шерман и Денеба. Сначала Марина угощала их чаем, стараясь сделать вид, что пришла именно ради этого. Потом начала рассказывать про свой мир — просто так, чтобы время убить. Ну, а потом как-то сам собой завязался разговор по душам, и…

— Неожиданно, — сказал Ксавьер, застав ее за ощупыванием Шермана.

— Он жульничает! — тут же сдала парня Марина, крайне возмущенная этим фактом и с победным воплем выудила-таки из рукава сирены спрятанную там карту. — Вот, я же говорила! Блин, Шерман, это нечестно — обманывать даму! Тем более, учителя.

Парень, нисколько не раскаиваясь, хмыкнул и продемонстрировал ей целую колоду, запрятанную под одеждой.

— Тьфу! И вот как с вами играть? — возмутилась Марина, бросая на стол свои карты — сплошь никчемные.

— Надеюсь, Вы не слишком много проиграли? — сочувственно сказал Ксавьер. — Колонисты все жульничают, но это не считается основанием для возврата выигрыша: выигрывает тот, кто обдурил.

— Нет, мы играли без ставок, — сказала Марина. — Меня просто заинтересовали правила.

— Понятно, — кивнул Ксавьер. А девушка только тут поняла, кого видит перед собой.

— А почему Вы не спите? — немного растерявшись, ляпнула она, глянув на мужчину снизу вверх: он еще даже не переоделся ко сну.

— А почему Вы не спите? — вернул ей вопрос Ксавьер, выделив слово «Вы».

Марина смутилась. Она собиралась дождаться, пока он уснет, а потом тихонечко пробраться на свою сторону постели. Но, похоже, Ксавьера ее отсутствие обеспокоило, и он пошел ее искать.

— Я… э… проверяла дежурных, — густо покраснев, сказала Марина. — А потом просто заболталась.

Парни переглянулись: их учительница не просто заболталась, она им тут целую лекцию про мир Креста толкнула, хотя ее никто не просил.

Марина поняла, что если продолжит эту тему, то ее подлым образом сдадут. Поэтому смирилась со своей участью, вздохнула и сказала:

— Вы правы, уже очень поздно. Пора спать.

Ксавьер кивнул и повернулся, предлагая ей руку. Марина не без внутренней дрожи взялась за нее, пожелала мальчикам спокойной ночи и пошла в свою спальню, как на эшафот.

«А помнишь, как он тебя также вот по коридору со свечками вел, — всплыл из подсознания ее неистребимый внутренний пошляк. — Тебе помочь с супружеским долгом? А то я могу».

«Нет, спасибо! — отрезала Марина, вспомнив, как наблюдала за своей первой брачной ночью будто со стороны, забившись в уголок сознания. — На этот раз как-нибудь сама справлюсь».

«А ты готова?» — удивился ее незримый собеседник.

«Нет, — честно сказала Марина. — Но и ты больше не лезь».

«Ну, тоже верно, — тут же пошел на попятный ее внутренний демон. — Тогда и ты не дрейфь».

Но легко сказать, да сложно сделать! Не дрейфь, ха. Когда тебя вот так нежно под ручку держат, услужливо открывают дверь и мягко подталкивают к кровати, на которой… разложены платья?

— Что это? — растерялась Марина.

— Наряды моей матери, — озвучил Ксавьер очевидное. — Я выбрал три штуки, которые несложно подогнать по Вашей фигуре за оставшиеся дни и которые, на мой взгляд, могли бы Вам подойти по характеру. Но могу ошибаться. Выберите один, и госпожа Эгнерция завтра поможет Вам его подшить. Кринолин я уже заказал, утром привезут.

— Кринолин? — скисла Марина, вспомнив о старинной моде своего времени, где этим словом обозначался огромный подъюбник со стальными кольцами, который в дверь не проходил. Или это называлось фижмы?

— Сейчас в моде турнюры, — каким-то извиняющимся тоном сказал Ксавьер. — Но мама такое не носила, называла «горбатой задницей».

— Ваша мама, похоже, смело подбирала выражения, — осторожно сказала Марина.

— Да, она была остра на язык. Дома, по крайней мере, — отозвался Ксавьер. — В любом случае она отдавала предпочтение старым моделям, а они плохо смотрятся без кринолина. Так что, боюсь, особенного выбора у Вас нет — только в отделке и цвете.

Он указал рукой на платья.

Марина подошла и вгляделась в них. На удивление, Ксавьер подобрал довольно скромные наряды. Ну, в сравнении с теми жемчужными и шитыми золотом, на которые наткнулась сама Марина, мельком изучив содержимое некоторых коробок.

Одно платье было серебристое, с вышитыми объемными бабочками, которые волной были посажены на гладкий атлас — будто вот-вот взлетят. Наверное, Марина бы такое надела. На выпускной в школе. А сейчас было как-то уже не по возрасту.

Второе было насыщенно василькового цвета, со вставками кружев и декоративной шнуровкой. Цвет Марине понравился — яркие оттенки ей шли, и она их любила. А вот кружево — нет. Как нижним бельем наружу. Поэтому она выбрала третье.