Чтение онлайн

– Что-то еще? – Нур заметил, что она колеблется.

– У нее неудобная обувь, – все-таки высказалась Келли. – Одна набойка проблему не решает, нужно заказывать у мастера. Если вы планируете и дальше… угощать ее чаем, подумайте над этим.

Нур вспомнил завершение сегодняшней церемонии, сведенную судорогой ногу Моник, прикосновение к ней через тонкий чулок. Тогда это была просто медицинская помощь, но в воспоминаниях почему-то все виделось иначе.

– Я учту.

Он почти не смутился. А прошедший по шее жар вообще показался. По крайней мере, присевшая в книксене Келли деликатно сделала вид, что ничего не заметила.

Хильда

После похорон стало легче. Может потому, что она наконец-то дала волю слезам, хоть тот порыв вспоминать было стыдно. Но она ведь не железная! Ненадолго опереться на сильное плечо, поделиться с кем-то горем... Хильда была благодарна Нуру, что тот позволил ей эту слабость.

Странные у них складывались отношения. С того дня они виделись редко, в основном на официальных встречах, перебрасывались стандартными фразами и расходились каждый по своим делам. Но с его подачи в спальню каждый вечер приносили ароматный чай и сладости. Подкуп чистой воды, но выпечка была такой вкусной, что отказаться невозможно.

А еще Нур подарил туфли. Хильда глазам не поверила, когда камеристка передала ей удобную обувь с правильным каблуком и подъемом. Нигде не давило, Хильда целый день проходила в них по дворцу, ощущая небывалую легкость! Интересно, кто его надоумил? Это был очень личный подарок, но Хильда и не подумала отказаться – в любом случае никому другому эта пара не подошла бы.

Правда, в ухаживания его забота не превратилась, и, наверное, хорошо: Хильда не была уверена, что сможет отказать. Взаимная симпатия – а она почти не сомневалась, что взаимная! – грозила вылиться в нечто большее. Лучше задавить неуместные чувства. Роман с капитаном личной стражи принца слишком привлекал внимание.

Впрочем, Нуру было не до любовных перипетий: мрачный и взъерошенный, он искал зацепки. Конечно, с ней он ходом расследования не делился, но от Амбера, которому позволили беспрепятственно покидать дворец и который тайно (ха-ха!) встречался с информатором хаврийцев, Хильда узнала, что дело застопорилось. Водителя проверили: не похоже, что он действовал по собственной воле. Его жену на время спрятали по программе защиты свидетелей, допрашивали всех, кто так или иначе был связан с Бернцем, и зацепились за сданные билеты в приморский городок Фелтон. В отпуск Фернанд не собирался, а тут вдруг написал заявление и купил билеты на дирижабль. Всё это случилось за несколько дней до гибели брата. Странное решение для человека, который привык все тщательно планировать. Словно он пытался сбежать и не успел. А вот от кого сбегал, большой вопрос.

Стража продолжала поиски преступника, но волнения из-за покушения начали стихать. Больше того, поползли слухи, что хаврийская принцесса засиделась во дворце. Так испугалась за свою жизнь, что носа показать боится. А народ ждал официального выезда в город. Это не на балкончике постоять и помахать рукой, тут надо общаться с будущими подданными.

Ну что же, поехали общаться. Хильда последний раз посмотрелась в зеркало: темно-зеленое платье с белым воротником, в меру строгое и удобное, выглядело безупречно. Удовлетворившись, она вышла из комнаты, а приставленный к ней сержант следовал по пятам. За несколько дней Хильда настолько к нему привыкла, что почти перестала замечать.

– Ваше высочество, вы готовы? – постучавшись, она зашла в комнату принцессы.

– Почти. Тина, сколько еще?

– Минут пять, не больше, – на хаврийском отозвалась одна из фрейлин, колдовавшая над прической.

Фрейлин Антонии сменили, как только приехавшие хаврийки немного освоились. И сейчас Тина доделывала ее высочеству прическу, укладывая тяжелые русые волосы в замысловатый низкий пучок.

И куда делась та девчонка-сорванец, что сбегала из дворца при каждом удобном случае? Антония выросла и всё больше напоминала мать, ее величество Юлиану: спокойная, полная достоинства. Хильда будто вернулась на восемнадцать лет назад, когда королевская чета впервые посетила их дом.

Погода в тот день была под стать нынешней: серая и промозглая, со стелящимся по траве туманом. В такую погоду нога болела особенно сильно, и Хильда старалась не выходить из комнаты, но тогда не сдержалась.

" type="note">*["

– Зеркалом? Наша дочь?

Хильда прячется на лестнице, прислушиваясь. Голос матери, обычно спокойный и тихий, звучит необычайно взволнованно.

Кто же к ним пришел? Когда к особняку подъехал паромобиль, Хильда читала в гостиной статью по психосоматике, рекомендованную в научном журнале, но услышала шелест шин и разглядела идущую к крыльцу нарядно одетую молодую пару. Статный мужчина показался смутно знакомым, а лицо женщины скрывала вуаль. Все сразу засуетились, и родители бесцеремонно отправили ее наверх, в спальню. Будто она была несмышлёнышем, неспособным присутствовать при разговоре со взрослыми! А ей, между прочим, недавно исполнилось двенадцать, даже тьен Ортан признавал ее способности.

Именно этот факт (а не природное упрямство, нет-нет) заставляет пробраться обратно через коридор для слуг. Хильда устраивается в нише у стены, навострив уши: разговор идет о ней.

– Разница в шесть лет максимально комфортная. К тому же она целитель. Ей не составит труда залечить повреждения, – что-то доказывает гостья. Низкий бархатистый тембр приятно слушать.

– Наша дочь – очень слабый маг, – возражает отец.

– Может, и слабый, но ее талант отметил один из ведущих целителей страны. К тому же у нее сильный характер. Она с самого детства цепляется за жизнь! Это ли не лучшее доказательство?

– И поэтому вы хотите отнять ее у нас? Завершить то, что не сумела Пустошь?

– Дорогая!

– Нет! Я против! – мама неожиданно повышает голос. – Она сама ребенок. Взваливать на нее такую ношу просто несправедливо.

– Понимаю, это трудное решение. Но подумайте, какие ей откроются перспективы! – вмешивается еще один собеседник. Наверное, заговорил тот крупный мужчина. – Не старая дева в вашем поместье, а компаньонка принцессы. Мы позаботимся о ее образовании, а когда придет время, подберем достойную партию.

– Если Хильда доживет.

– Тьенна Моник, пока я прошу, а могу и приказать, – в голосе гостя появляются стальные нотки. – Но давайте спросим ее саму? Девочка, почему бы тебе не прекратить подслушивать?

Хильда вжимается в стену и задерживает дыхание, но по деликатному покашливанию родителей понимает, что дальше прятаться нет смысла. Торопливо спускается по лестнице, пылая щеками: за столь постыдным занятием ее застали впервые. Вдруг родители ей разочарованы? Но разочарования нет – их снедает тревога.

– Что же, давай знакомиться.

– Ваше величество! – выпаливает Хильда, догадавшись, кого видит перед собой.

– Смышленая девочка. Но с манерами придется что-то делать, – вместо мужа отвечает королева, и только тогда Хильда вспоминает, что даже не попыталась изобразить реверанс.