Чтение онлайн

– Да как вы!.. – консьерж замолчал, увидев значок королевской стражи, сглотнул и отправился выполнять.

– От меня что-то требуется? – вежливо уточнил охранник.

– Выйдите и притворитесь глухим.

Охранник понятливо кивнул, прикрыв за собой расшатанную дверь, а преступник затрясся еще сильнее.

– Что? Зачем вы его выставили?! Вы всё не так поняли. Уверяю вас, я жертва! Вы же сами видели, меня хотели убить! – он закашлялся, согнувшись почти пополам. Из прокушенной губы пошла кровь.

– Тьен Гордан, прекратите ломать комедию. Вы арестованы по подозрению в покушении на их высочества. Можете хранить молчание, но... не рекомендую. Как вы могли заметить, ваши покровители от вас отвернулись.

– Я ничего не знаю. – Он вытер рот рукавом.

– Сомневаюсь. Тогда на вас не стали бы тратить силы, чтобы избавиться. На кого было направлено покушение – на Ария или Антонию?

– Сказал же, ничего не знаю!

Мужчина пошатнулся и ухватился за столик. Обстановка в мансарде была скудной: добротная, но грубо сколоченная кровать с небрежно наброшенным покрывалом, такой же старенький шкаф, зато почти новый светильник. Магический светильник – отметил Нур, и переместился к столику быстрее, чем Гордан схватил тот в руки. Заклинание «чернил», наложенное на артефакт, прощупалось с легкого касания. Разбей Гордан лампу – и мансарда погрузилась бы в непроглядную темноту.

– Неплохая попытка, – сузив глаза, заметил Нур, и преступник инстинктивно отступил.

– Скоро стража будет, – напомнила Хильда о времени. Умница, после спасения Гордана не вмешивалась, тихонько отошла к дверям.

Кажется, они думали в одном направлении. Нельзя быть уверенными, что среди своих нет предателей. Каждый раз преступники были хорошо осведомлены и подготовлены. Они смогли завербовать Бернца, провернули фокус со скульптурой. А значит, кто-то из дворца сливал информацию, и этот кто-то был приближен к страже.

При таких обстоятельствах выпускать из виду единственного живого на данный момент свидетеля – непозволительная глупость.

– Ладно, придется по-плохому, – вздохнул Нур. Как же не хотелось марать руки! Схватив мужчину за исцарапанное горло, он прижал его к стене: – У тебя два варианта. Или ты рассказываешь всё как есть, и я позабочусь об одиночной камере. Возможно, так ты доживешь до суда и каторги. Или тебя отправляют в общую, а там – нож под ребра, удавка на шею или что-нибудь поинтереснее. Сам же понимаешь, что тебя ждет незавидная участь Бернца? – почти ласково объяснил он.

– Откуда… про Бернца… – Гордан захрипел, но не из-за пережатого горла, а магической клятвы, не позволяющей говорить.

– Знаешь, в чем неудобство клятвы о неразглашении? Я могу просто называть имя Бернц в твоем присутствии, и тебя будет корчить. А могу и не называть, если мы договоримся.

На лестнице послышались шаги. Стража торопливо поднималась.

– Решай быстро. Пять. Четыре. Три…

– Хорошо! Я согласен, – торопливо кивнул Гордан.

– Правильный выбор, – похвалил Нур, отпуская, и в этот момент дверь открылась.

Влетевший лейтенант был молод, незнаком и перед значком королевской стражи никакого пиетета не испытывал.

– Что здесь происходит? Капитан, даже если это подозреваемый, вы не имеете права хватать его без улик. Мы заберем в участок и допросим.

Он быстрым шагом направился к ним.

– Заберете, в одиночную камеру. Никаких допросов без меня. Тьен Гордан сознался.

– Но процедура…

– Разобраться с покушением на наследного принца – моя задача, лейтенант. Если имя Нур Лерок о чем-то вам говорит.

Оно говорило. Нур предпочел бы оставаться в тени, но не так давно из-за попытки Ария скрыть слухи о бастарде и защитить трон ему пришлось сыграть не последнюю роль в спектакле принца – и среди стражей разошлись слухи. Разные слухи, начиная от неприкрытой ненависти Нура к хаврийцам до пограничного синдрома с эмоциональной неустойчивостью. Он не спешил это опровергать, тем более все сходились в одном – с капитаном лучше не связываться.

– Вас понял, – четко отрапортовал лейтенант, сообразив, что с ним лучше не спорить.

Давно бы так.

Хильда

Хильда ожидала, что Нур, поймав преступника, сразу же отправится во дворец, но тот потащился в участок. Там оставил ее местному лекарю, шустрому и очень деятельному старичку, а сам ушел по делам. Отсидеться в уголке не получилось. Сначала Хильда рассказала, как лечила от отравления Гордана, затем получила нагоняй, что совсем себя не бережет: шутка ли, столько колдовать со слабым даром! Так и перегореть недолго. Горькое зелье, восполняющее силы, она выпила одним глотком, скрывая улыбку – целитель ворчал совсем как тьен Ортан, а по наставнику она соскучилась.

Когда вернулся Нур, Хильда продолжила знакомство с местным контингентом уже в столовой. К несчастью, они попали в обеденный перерыв. Столовая жужжала растревоженным ульем: кто-то громко жаловался на неподдающееся дело, кто-то – на недоваренный картофельный суп. Хильда надеялась просочиться в уголок и спрятаться там, но оказалось, что с Нуром это невозможно. Ей-богу, когда они вдвоем появились на королевском приеме, тишина и то была менее оглушительна! Пока они стояли в очереди на раздаче, пока несли подносы с едой, каждый из стражей хоть раз, да взглянул на их столик. Лерока явно не ожидали встретить в компании хаврийки.

Вернее, двух хавриек.

Хильда с удивлением разглядывала присевшую за их столик парочку. Молодую женщину-лейтенанта с короткими русыми волосами она узнала сразу, несколько лет назад они встречались на светских приемах.

– Тьенна Дениш? Вернее, уже тьенна Квон, если не ошибаюсь?

Бенита выросла в Хаврии, хотя сама была родом из Анвенты, и в столицу вернулась работать боевым магом по обмену. Здесь встретила будущего супруга, детектива Соргеса Квона. Не сказать, чтобы выбор хаврийки кого-то удивил: Бенита всегда жила своим умом и за титулами не гналась. А если вспомнить, что ее мать в свое время сбежала из Анвенты с любовником… Скандалами эту семью было не напугать.

– Лучше, если вы будете называть меня по имени. Бенита. – Она первой протянула ей руку.

– Хильда, – обменялись они приветствием.

Сопровождающий Бениту невысокий приятный мужчина в двубортном черном кителе с воротником-стойкой оказался ее счастливым избранником. У него были чуть раскосые глаза, обаятельная улыбка и мягкий алазийский говор. Только к концу обеда Хильда поняла, что общается с менталистом. Слишком легко разговорилась, будто он знал, когда лучше промолчать, а когда – поинтересоваться ее мнением. Даже обидно, как будто обманули. Впрочем, она сама пользовалась теми же приемами. Просто магу, способному ощущать чувства других, было немного легче – не надо следить за мимикой и жестами.