Чтение онлайн

Адмирал ознакомил сюрвайера с ордером Потемкина, в котором указано: черноморцам прочесать бухты Анатолии, затем штурмовать Анапу с моря, а с берега Анапу станет брать войско Юрия Бибикова, идущее со стороны Кубани... В мае Ушаков вывел эскадру в морс, с ним ушли крейсера греческих добровольцев "Панагия Попанди", "Принцесса Елена" и прочие. До самой Анатолии пролегла безлюдная водяная пустыня. Для опознания своих по ночам зажигали два фонаря на вантах, а сходясь ближе, окликали друг друга: "Откудова судно?" -- "Николаев".
– - "Кто командиром?" Ответом был пароль: "Мы богом хранимы..." На подходах к Синопу крейсера разошлись для поиска противника. Ушаков приказал эскадре начать бомбардировку Синопа.

– - Кто бы мог подумать, -- говорил он офицерам, -- что этот городишко был столицею Митридата и даже Трапезундской империи. И уж совсем вчуже мне кажется, что именно здесь, в Синопе, знаменитый Лукулл задавал гостям пиры лукулловские...

Эскадра громила бомбами Синоп и корабли в его гаванях. Появление русских на прибрежных коммуникациях вызвало среди турок страх и панику. Греческие корсары безжалостно топили, сжигали и полонили турецкие суда, но нигде не встретили "султанов" капудан-паши. Зато на флагманском "Рождество Христово" было не повернуться от пленных: турки, греки, армяне, невольники и невольницы, везомые на продажу и теперь от рабства избавленные, черкесы, плывущие с Кавказа на службу Сслиму III, "неверные" запорожцы, и, наконец, просто нищие... Пленные турки показали: Буюкдерская эскадра еще не оставила Босфора, Саид-бсй живет на даче, а часть флота послал в Эгейское морс -- ловить греческих корсаров Ламбро Каччиони...

– - Идем к Анапе, -- указал Ушаков штурману.

Черноморский флот совершал первый в истории боевой поход, выполняемый по образцовым планам, в которых все было четко и ясно, как никогда. Но подвела... армия! Анапа отвечала эскадре огнем, и Ушаков понял, что Бибикова под Анапою нет.

– - И где он теперь -- бог его знает...

На подходах к Севастополю встретили пакетбот, доставивший на эскадру почту от светлейшего. Из бумаг выяснилось, что Юрий Бибиков, еще не дойдя до Анапы, так изнурил солдат, что они едва ноги волокли. А паша Анапы выслал навстречу невольника с караваем хлебным -- для Бибикова: "Вот -- паша тебе передаст, чтоб не сдох от голода, когда назад пойдешь..." Обратный путь был еще страшнее: Кубань разлилась в ширину, как море, а за нею лежала голая степь. Половина войска пала в пути. Потемкин писал о Бибикове как о бездарном подлеце и безумце, поход к Анапе он сравнивал с беспримерным походом Кортеса в Мексику... Потемкин горько оплакивал эту неудачу: "Сколько сим возгордятся турки"!

Эскадра положила якоря на грунт Севастопольского рейда. Ушаков сделал последнюю запись во флагманском журнале: "И тем оной вояж окончен благополучно".

– - Эскадре быть готовой к вояжу новому...

А здесь Балтика, и корабли что-то больно лихие: "Дерись", "Нс тронь меня", "Поддержи славу"... Герцог Зюдерманландский держал свой флаг на "Густаве III"; рано утром перед шведами открылась панорама древнего Рсвсля, а поперек гавани, заграждая ее, в линию стояли русские корабли, вцепившись в грунт якорями. Английский адмирал Сидней Смит сказал герцогу, что адмирал Чичагов на этот раз поступил очень правильно:

– - Не знаю, кто научил его отдать якоря, но видно, что эти варвары выстроили стенку словно из кирпичей...

Порывистый ветер часто кренил шведскую эскадру, идущую с моря: волны заплескивали открытые порты нижних деков, из которых торчали пушечные морды. Русские корабли держали паруса свернутыми и потому стояли на ровном киле. Сближение происходило в абсолютной тишине... Крен мешал шведам, их залпы оказались бесполезны. Зато первый же залп русских рванул паруса головного корабля шведов, на трепещущих ошметках ткани он едва сумел отвернуть в сторону.

– - Наконец, это невыносимо!
– - воскликнул герцог.

Подавая пример другим, его "Густав III" пошел на русских, желая сбить их с якорей. Во время разворота рангоута флагман получил от русских порцию ядер. Одно сумасшедшее ядро, косо взлетев кверху, убило на марсе матроса. С высоты мачты, раскинув руки и ноги, убитый полетел вниз. Но краем бушлата он застрял в блоке! Напрасно марсовая команда тянула канаты -блок заклинило прочным сукном английского производства, и флагман шведского флота потерял управление. Из люков выбегали матросы, огонь русских батарей сметал их с палубы. "Густава III" несло прямо на русскую линию...

– - О боги!
– - взмолился герцог.
– - Неужели мне предстоит позор плена из-за паршивого блока, в который попал кусок вонючей тряпки от дохлого матроса?!

Русские отлично видели всю безнадежность шведов.

– - Эх!
– - разнеслось по русской эскадре, как один общий вздох, когда покойник сорвался с блока, освободив его шкивы для работы, и тогда паруса "Густава III", снова заполоскав от порыва ветра, помогли флагману отбежать подальше...

Не так повезло идущему следом "Принцу Карлу": не в силах выбраться из-под огня, он спустил свои флаги.

Шведы отступили, а "Раксен-Стендер" сел на мель и шведы устроили на нем пожар, чтобы корабль не достался русским. Герцог Зюдерманландский признался Смиту:

– - Сегодня я понял, что испытывает мышь, когда попадает в мышеловку... Будем считать, что нам повезло! И да поможет всевышний моему брату королю во Фридрихсгаме.

...На другой стороне Финского залива, в полном неведении событий, жил и трудился гарнизон пограничного Фридрихсгама: здесь стояли корабли и батареи, в госпитале лечились раненые, в город съехалось немало вольнонаемных работников и жен офицеров. 1 мая бригадиру Слизову доложили, что ночью в морс блуждали странные огни. Слизов сообразил:

– - Откуда быть кораблям, если Чичагов в Рсвеле, Круз в Кронштадте, а принц Нассау-Зиген с нами?

– - Очевидно, появились шведы.

– - Но лед в Карлскроне и Ловизе еще не сошел.

– - А может, шведы "выломались" изо льда?..

Близнецы Курносовы обедали на двухмачтовом коттере "Кречет", где командирствовал Платон Гамалея, лучший астроном флота. Великий трезвенник, он в бокалы мичманские подливал сливки.

– - У вас глаза молодые, -- сказал он, -- с палубы оглядитесь за островами: что там в море творится?

Петр и Павел вернулись в кают-компанию:

– - Ясно виден синий штандарт с тремя коронами.

– - Так это королевский! Значит, Густав рядом...

Шведская эскадра открыла огонь по батареям, уже покинутым, и по улицам города, не ожидавшего нападения. Уже пылал городской мост, гарнизон спешил укрыться за стенами форштадтов, из госпиталя на валы крепости карабкались раненые, крича:

– - Подавай ядра! Где порох?..

Срочно созвали офицерский совет. Комендант Фридрихсгама, служака из немцев, предложил крепость сдать:

– - Де Роберти сдал Рогервик, и его не повесили.

– - Еще повесим!
– - предрек бригадир Слизов.
– - Сначала выслушаем мнение младших. Так положено. Прошу господ мичманов...

– - Сражаться!
– - запальчиво отвечали близнецы Курносовы.
– Инвалиды да больные из госпиталя уже на пушках...

Слышалась музыка королевских оркестров. Начальник крепостной артиллерии (тоже из немцев) сказал, что пушки есть, ядра есть, зато нет картузов для засыпки пороха.

– - Взять из лавок весь шелк, всю бумагу, -- велел Слизов.
– Всем бабам кульки свертывать, картузы сшивать... быстро!