Чтение онлайн

У нас не было права умирать. Не сейчас. Не тогда, когда всё только начиналось.

Сейсмоустойчивость

Способность выдерживать подземные толчки.

Проверка на прочность,

которую проходит только истинное основание.

Туннель оказался длинным. Гораздо длиннее, чем я ожидала.

Мы шли гуськом: впереди Олег с фонариком, за ним я, сжимающая коробку с документами, замыкающим — Артём. Свод туннеля нависал так низко, что ему приходилось пригибаться, а я могла коснуться потолка ладонью, просто подняв руку. Стены были грубо вырублены в камне и земле, укреплены старыми, почерневшими от времени досками. От каждого шага под ногами хлюпала вода — где-то рядом, за толщей грунта, проходили подземные ключи.

Воздух был спёртым и холодным. Пахло сырой землёй, плесенью, ржавым железом. Мой фонарик (тот, что остался у Олега) выхватывал из темноты то свисающую паутину, то ржавые скобы в стене, то блестящие от влаги камни. Где-то капала вода — мерный, ритмичный звук, от которого хотелось считать секунды.

— Долго ещё? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Судя по плану в дневнике, метров двести, — ответил Олег. — Но отец ваш любил запутанные маршруты. Может быть больше.

Артём молчал. Его молчание было тяжёлым, как эти стены. Я понимала: он думает о Маше. О том, что сейчас она там, в руках человека, который называет себя её отцом, но не знает, что такое любовь. Время до полудня таяло с каждой минутой.

Наконец впереди забрезжил свет — не яркий, а тусклый, серый, как разбавленное молоко. Олег ускорил шаг, и через несколько метров мы упёрлись в старую чугунную решётку, забитую палыми листьями и снегом.

— Теплица, — сказала я, узнав очертания. — Старая теплица в дальнем углу сада. Я видела её из окна Машиной комнаты.

Артём шагнул вперёд, упёрся плечом в решётку и с силой надавил. Металл заскрежетал, поддался. Ещё одно усилие — и решётка с грохотом вывалилась наружу, в заросли сухого кустарника. В проём хлынул холодный, обжигающе свежий воздух. Я жадно вдохнула, чувствуя, как кружится голова от кислорода.

Мы выбрались.

Теплица была заброшена много лет назад. Стеклянная крыша частично обрушилась, и сквозь дыры в помещение намело сугробы. Растения давно погибли, остались только голые, скрюченные стебли, торчащие из горшков, как скелеты. Но даже здесь, среди запустения и холода, я чувствовала невероятное облегчение. Мы живы. У нас есть документы. Мы можем бороться.

Артём достал телефон, посмотрел на экран. Связь появилась.

— Олег, готовь группу. Мы выступаем через час. — Его голос снова стал жёстким, командирским. — И вызови людей к особняку. Если отец узнает, что мы выбрались, он может попытаться нанести новый удар.

— Понял, — Олег кивнул и, достав свой телефон, отошёл в сторону.

Мы остались вдвоём. Я стояла, прижимая к груди коробку с документами, и смотрела на Артёма. Его лицо было перепачкано землёй и пылью, на лбу — ссадина от удара о низкий свод, волосы всклокочены. Он выглядел как человек, только что выбравшийся из могилы. И всё равно был самым прекрасным из всех, кого я видела.

— Тебе нужно ехать, — сказал он, беря меня за плечи. — Олег отвезёт тебя в город. Ты передашь документы в прокуратуру. Я уже позвонил нашему адвокату — он встретит вас.

— А ты?

— Я иду за Машей.

Его глаза на мгновение смягчились. Он провёл ладонью по моей щеке, стирая грязь.

— Я обещал тебе, что всё закончится. И я сдержу обещание.

— Только вернись, — прошептала я. — И верни Машу.

— Вернусь. И её верну.

Он наклонился и поцеловал меня — быстро, горячо, с привкусом земли и соли. Его ладонь на мгновение легла на мой живот, туда, где билась крошечная жизнь, а потом он отпустил меня и повернулся к Олегу.

— Береги её.

— Сделаю, — коротко ответил Олег и кивнул мне: — Идёмте.

Я бросила последний взгляд на Артёма. Он смотрел мне вслед, и его лицо было лицом воина перед боем. Затем он повернулся и зашагал к дому — собирать людей, готовить оружие, делать то, что должен.

Мы с Олегом пошли в другую сторону, к гаражу, где стояла неприметная серая машина — старая «Тойота», которую не отследить по спутнику. Я села на пассажирское сиденье, пристегнулась и поставила коробку на колени. Документы внутри были тёплыми от моего тела, и я чувствовала их тяжесть — не физическую, а какую-то другую, почти мистическую. Тяжесть правды. Тяжесть надежды.

Машина выехала за ворота и покатила по загородному шоссе.

За окнами проплывал унылый ноябрьский пейзаж. Серое небо, голые деревья, грязный снег на обочинах. Я смотрела на этот мир и думала о том, как странно всё сложилось. Ещё несколько месяцев назад я была просто Анной Ковалевской, архитектором-реставратором, которая пыталась спасти отцовский дом. А теперь я — жена человека, объявившего войну собственному отцу. Мать будущего наследника империи, которая скоро рухнет. Хранительница документов, которые могут посадить одного из самых влиятельных людей страны.

И я понятия не имела, увижу ли завтрашний день.

Олег молчал, глядя на дорогу. Его лицо, как всегда, было бесстрастным, но я заметила, как крепко он сжимает руль — костяшки пальцев побелели. Он думал о ней. О Маше. О той, которую поклялся найти и защитить.

— Олег, — негромко позвала я.

Он едва заметно качнул головой:

— Не надо, Анна Сергеевна. Сейчас главное — доставить вас и документы в город. Остальное — потом.

— Но вы думаете о ней?

Пауза. Долгая, тяжёлая.

— Да, — ответил он наконец. — Я думаю о ней.

Это короткое признание стоило ему, наверное, больше, чем иной подвиг. Я не стала продолжать. Только накрыла его руку, сжимавшую рычаг коробки передач, своей ладонью — и тут же убрала. Этого было достаточно.

— Если со мной что-то случится... Если я не доеду до города... Ты должен пообещать, что передашь документы сам. И скажешь Артёму, чтобы он не винил себя.

Олег даже не повернул головы.

— С вами ничего не случится. Я обещал доставить вас в целости.

— Это не ответ.

— Это единственный ответ, который имеет значение.

Я вздохнула и сжала пальцами кулон на шее — тот самый, с тревожной кнопкой. Если что — нажать, и Артём приедет. Если успеет. Если будет жив. Если...

Машина сзади появилась внезапно. Чёрный внедорожник без номеров, вынырнувший из-за поворота. Олег заметил его в зеркале заднего вида и нахмурился.

— У нас гости.

Я обернулась. Второй внедорожник показался следом за первым, нагоняя нас с пугающей скоростью. Моё сердце ухнуло в пятки.