ЖАНРЫ

Филострато. Охота Дианы
Шрифт:

От Трои отступить никак не сможем,

Пока мечом, огнем не уничтожим.

16

Не верьте, что кого-то пощадит

Десница наша, будут крови реки.

Любой, кто совершал иль совершит

Подобное безумие, вовеки

Средь мертвых либо здесь не избежит

Той кары, что уготовляют греки

Парису за содеянное им;

Коль сможем, правосудие свершим.

17

Хоть дюжину вы б Гекторов имели,

Хоть вшестеро будь братьев у него,

Когда б Калхас и не привел нас к цели,

Всё ж истребим там всех до одного,

Сколь ни было бы их на самом деле;

За нами скоро будет торжество,

Их смерть нам даст уверенность большую,

Что все надежды были не впустую.

18

И разве б вас потребовал Калхас

Так спешно, если б не предвидел ясно

Всё то, о чем я говорил сейчас?

С ним сей вопрос я рассмотрел пристрастно,

Еще когда не призывал он вас,

Возможным обстоятельствам согласно;

И чтоб спасти вас от грозящих бед,

Он принял мною поданный совет.

19

Я подтолкнул; уже слыхал в ту пору

О вашей добродетели святой,

Себя и предложил я Антенору

В посредники на ваш обмен такой,

И тот не думал прибегать к отпору,

Ведь знал, сколь верен я; никто другой,

Как я, не утруждался к вам пробиться,

Узнать вас, видеть, слышать, вам дивиться.

20

Что, дорогая, вам хочу сказать?

Бесплодную любовь свою оставьте

К троянам, что о них теперь вздыхать,

Надеяться, вернитесь к горькой правде,

Позвольте вашей красоте блистать

И ценящему радость тем доставьте;

Удел же Трои стал теперь таким,

Что все надежды тают, словно дым.

21

Да если вечно бы она стояла,

То царь ее, царевичи, народ

Суть варвары в обычаях, и мало,

В отличие от греков, им почет,

Уж мне поверьте, воздавать пристало,

Мы ж лучше всех, кто под луной живет;

Теперь вы средь героев благородных,

А прежде были средь скотов негодных.

22

Не думайте, что греков превзойдут

В любви трояне – что они, трояне!

За добродетель вас и здесь почтут,

Краса же, лик небесный в этом стане

Поклонника достойного найдут,

Не отвергайте ж восхищенья дани.

Коль не противен вам, я б в миг один

Счастливей стал, чем греков властелин».

23

Сказав сие, побагровел, смущенный,

Как будто от огня, и задрожал,

Потупил долу взор свой угнетенный,

Смотреть на Крисеиду не дерзал;

Вдруг обернулся, точно окрыленный

Внезапной мыслью, речь он продолжал

Живей, чем прежде: «Мной не тяготитесь,

Я столь же знатен, как любой ваш витязь.

24

Тидей, отец мой (жил когда-то он),

В сражении фиванском пал с отвагой;

На Аргоса и Калидона трон

Рассчитываю я[30] доселе, благо;

Почтенен, славен, в знатности рожден,

Я прибыл в это царство не бродягой,

И я потомок бога, вера есть,

У греков не последняя мне честь.

25

На сем молю я, коль молить вас вправе,

Гоните меланхолию тотчас,

Я чаю в вашей сделаться державе

Вассалом верным, что достоин вас;

Я вашей грации и доброй славе

Хотел бы соответствовать сейчас,

И так как вам ни в чем изъян неведом,

Не погнушаетесь вы Диомедом».

Крисеида, поражаясь его смелости, отвечает согласно им сказанному.

26

Внимала Крисеида и в ответ,

Стыдясь, к скупым лишь прибегала фразам

На то, что говорил ей Диомед;

Но при словах его последних, разом

Поделиться с друзьями: