Филострато. Охота Дианы
Шрифт:
И нам пора бы доблестью привычной
Пред греками с оружием блеснуть.
Иль ты не хочешь первый, как обычно,
Идти врагов разить и в тыл, и в грудь?
Ведь ты удары наносил отлично
И гнал их в бегство, повергая в жуть.
Приказ теперь от Гектора к тому же:
Назавтра быть с ним возле рва, снаружи».
80
Как лев голодный после всех охот
Лежит, устав от поисков добычи,
Но вскочит, грозно гривою тряхнет,
Почуяв дух олений или бычий,
Иль что-то, что одно его влечет, —
Так и Троил при том военном кличе
Вдруг воспаленным сердцем ощутил
Негаданный на брань зовущий пыл.
81
«О брат мой, – голову подняв с кровати,
Сказал Троил, – я слаб немного, но
Так жажду повести на битву рати,
Что поднимусь с постели всё равно,
Не стану медлить, поклянусь я, кстати:
Коль было сердце так закалено,
Когда я бился, греков повергая,
То с пущим гневом выйду на врага я».
82
Постигнул Деифоб его слова
И, утешая, ободрил премного,
Сказав, что завтра ждут его у рва
И чтобы он к сему отнесся строго,
Ему же лучше. После эти два
Простились: тот пошел своей дорогой,
Чтоб всё поведать братьям остальным;
Другой остался, горестью томим.
83
Поверили охотно, ибо сами
Видали подтверждение того,
И чтоб не огорчать его речами,
При нем не говорили ничего;
К своей тут каждый обратился даме,
Прося утешить, навестить его,
Развлечь певцами и игрой на лире,
Чтоб позабыл он все невзгоды в мире.
Троянские женщины из царского рода навещают Троила, Кассандра его упрекает, а он ее, оправдывая Крисеиду, жестоко угрызается.
84
И много дам пришло к нему в чертог,
Звенели струны, пение звучало;
Была там Поликсена-ангелок,
Что, мнилось, свет небесный излучала,
Прекрасную Елену видеть мог,
Кассандра впереди других стояла,
С Гекубой Андромаха там была
И родственницы, коим нет числа.
85
О самочувствии его справлялись
И утешали все до одного.
Не отвечал он, взоры устремлялись
К одной, к другой, в уме же оттого
Черты лишь Крисеиды рисовались,
И выдавал лишь тихий стон его,
И всё ж Троилу доставляли радость
Их красота и звонких песен сладость.
86
Что Деифоб о брате говорил,
То слышала Кассандра ненароком
И, видя, как подавлен был Троил,
С насмешкою как будто и с упреком
Сказала: «Брат, я слышала, злой пыл
Познал и ты, горя в огне жестоком
Любви проклятой, что погубит нас,
Как можем видеть, захоти сейчас[32].
87
Тебе бы в благородную троянку
Влюбиться надо, правду говоря.
А ты-то сам поддался на приманку,
На дочь жреца, презренного червя,
Что зол и подл, иль гнусную изнанку
Не видел, сын великого царя,
Живущий в плаче, дескать, вот обида,
Покинула беднягу Крисеида?»
88
Услышав, был царевич возмущен
Тем, что сестра жестоко оскорбила
Ту женщину, в которую влюблен,
И тем, что понял: тайну разгласила
Уже молва, но как, не ведал он;
Решил, что знаменье бессмертных было,
И та узнала. Он подумал тут:
«Коль промолчу, всё правдою сочтут».
89
И начал так: «Кассандра, ты от жажды
Все тайны ведать, как еще никто,
С предвиденьем нелепым не однажды
Хлебнула горя, я ведь знаю то.
Не лучше ль помолчать, обдумав дважды,
Чем всуе возвещать нам невесть что?
Ты прежде всех других глаголать хочешь
И Крисеиду между тем порочишь.