Чтение онлайн

– Великая мать. Сейчас ее почти забыли, и ее образ слился с духами плодородия и духами смерти. Но Иллирин – древний край, здесь еще звучит эхо прежней веры, жрицы богини хранят ее.

– И эти жрицы, видимо, вознамерились меня убить, – усмехнулся Аданэй. – Чтобы я не женился на их царевне.

– О нет, жрицы отправили тебя сюда не потому, что желали твоей смерти. Раньше такое испытание проходили все мужчины, желающие взойти на престол. Потом уже власть начала передаваться по наследству. Но ты – чужак. Потому и вспомнили старые таинства. Тебя отправили в иной мир, чтобы человек умер – и родился Солнечный бог, в твоем обличье вернулся на землю. Но никаким богом ты, конечно, не стал. Но в священный брак с женщиной – воплощением богини – ты все равно вступишь. Этот союз – залог того, что в случае беды ты пожертвуешь собой ради Иллирина. Правда, посвящение может выдержать лишь достойный. Без моей помощи ты бы его не прошел…

– Намекаешь, что я не достоин?

– Говорю прямо. Мы ведь уже выяснили, что ты не пожертвуешь своей жизнью ради этого мира. А значит, вряд ли пожертвуешь ею и ради людей, которыми собираешься править.

– И это говоришь ты, желающая гибели мира?

– Что тебя возмущает? Я ни в чем не обвиняла тебя, всего лишь сказала, как есть. Если тебя это злит, значит, ты сам считаешь, что чего-то не достоин. Но тогда и злиться ты должен на себя.

Аданэй сжал губы и нахмурился, но не нашел, что возразить. Шаазар понимающе улыбнулась.

– За тобой забавно наблюдать... Куда интереснее, чем за твоим братом.

– Это еще почему?

– А потому, дитя элайету, что ты делаешь больше глупостей.

– Он вообще-то недавно на дикарке женился, – пробормотал Аданэй. – И что такое это «элайету». Почему я его дитя?

Шаазар засмеялась – впервые.

– Его? Нет, это не он, а они. Элайету когда-то жили в этом мире. Они не были бессмертны, как я, но их жизни были долгими и длились многие века. Умелые воины, ремесленники, кузнецы, скульпторы, колдуны… Они были великолепны во всем, хотя обладали теми же страстями, что и обычные смертные. Воевали и между собой, и с другими народами, а иногда, изредка, сходились с людьми. Те обожествляли их, и элайету это льстило. Видимо, это случилось и с кем-то из твоих далеких прародителей. Элайету жили вдоль реки, которую вы зовете их именем. И пусть они давно ушли из этого мира, но в некоторых людях сохранилась их кровь. Ты один из них.

– Никогда не слышал об этом народе, хотя родился и вырос на берегах Элайету. Разве о них не должны были сохраниться хотя бы легенды?

– У людей короткая память. Элайету исчезли из мира тысячелетия назад. Вы в то время еще даже письменность не изобрели.

– Тогда о какой крови ты говоришь, если этот народ исчез настолько давно?

Взгляд Шаазар потеплел.

– Кровь элайету дает о себе знать даже спустя тысячелетия. В тебе она проявилась особенно ярко. Потомок элайету, – проворковала она и, протянув руку, провела рукой по его волосам. – Неспроста ты так отличаешься от сородичей внешне, а с годами ещё и обнаружишь, что время почти не оставляет следов на твоем лице. Ты проживешь долгую по вашим меркам жизнь. Если, конечно, с тобой ничего не случится. Например, если тебя не убьет твой брат. Ты никогда не задумывался, почему твои раны так быстро заживают? Почему шрамы от них почти незаметны? А почему тебя так любят женщины? Неужели ты считал, что это твоя заслуга? Нет, твоя красота и мнимое обаяние ни при чем. Всего лишь капля могущественной крови, в ней все дело.

Прежде Аданэй многое относил на случайности и везение, но теперь кое-что становилось понятнее: и как он оправился от раны в грязной хижине, и как выжил в каменоломнях, и почему многие шрамы на теле едва видны. Хотя рассказ Шаазар все равно с трудом поддавался осмыслению.

– А ты? – спросил Аданэй.

– Что я?

– Ну, ты из этих, из элайету?

– Нет. Я создана могущественным магом прошлого. Я единственная, такой больше нет.

– Ладно. Хорошо. Но раз уж я встретился с таким древним существом… – он помедлил. – Скажи, а боги и многоликие безымянные правда существуют? Кто вообще сотворил все это? – Аданэй обвел руками вокруг себя.

– Почему я должна это знать? Я не знаю, я появилась после. До меня уже существовали народы и страны. Я ничего не знаю. И не понимаю, зачем тебе это знать. Теперь уходи, будущий царь. Уходи и постарайся выжить. – Шаазар поднялась и указала на мост вдали, бросив напоследок: – Если воплощение богини понесет от тебя дитя, оно будет считаться ребенком богов.

Аданэй не стал испытывать судьбу и двинулся прочь. Шаазар смотрела ему вслед, пока он не скрылся за стволами и ветками деревьев.

– Один из вас умрет, а я освобожусь, – прошептала она.

Ее глаза полыхнули огнем холодных звезд.

***

Аданэй показался из-за деревьев, и Маллекша возгласила:

– Радуйтесь, сестры! Солнечный бог Суурриз вернулся в Иллирин Великий!

Жрицы поклонились. Он переводил взгляд с одной на другую, но молчал, опасаясь сказать лишнее. Как выяснилось, слов от него и не ждали: происходящее было частью ритуала. Женщины с благоговением приблизились, самая молодая возгласила:

– Народ ждет бога Солнца! Твои дети ожидают тебя. Придешь ли ты к ним?

– Приду, – кивнул Аданэй, не зная, правильно ли ответил.

Скоро понял: в ответе никто и не нуждался. Для жриц в его облике воплотился бог – они говорили с богом, а не с ним.

Служительницы Великой матери расступились и протянули руки на восток, указывая путь. Аданэй двинулся в ту сторону, женщины отправились следом. Пройдя два десятка шагов, он услышал конское ржание, а потом увидел и самих лошадей, привязанных к деревьям. Значит, не придется тащиться пешком неведомо куда: после ночи, проведенной не то в лесу, не то в ином мире, в теле поселилась слабость.

Маллекша подвела к Аданэю крупного жеребца. Новоявленный бог тут же вскочил в седло, и вскоре копыта четырех лошадей застучали по заросшей травами земле.

По усилившемуся запаху соли и водорослей Аданэй понял, что скачут они к морю, а примерно через час увидел каменистый берег, о который бились сердитые волны. Вспомнилось, как в детстве они с отцом ездили к Западному морю, где рокотали буруны, кричали чайки, а свежий бриз напевал о странствиях и приключениях. С тех пор на долю Аданэя приключений и странствий выпало куда больше, чем ему хотелось, но море он видел лишь второй раз в жизни.

Погрузиться в воспоминания удалось ненадолго. Как только подъехали ближе к побережью, навстречу выбежали ликующие люди. Они кричали все разом, отдельные слова не угадывались. Мужчины, женщины, дети размахивали лавровыми ветками, и это смутно напомнило ему видение у озера: там тоже были люди с зелеными ветвями в руках.

Жрицы спешились и многозначительно посмотрели на Аданэя. Поняв, чего от него ждут, он тоже соскочил с коня. Маллекша пронзительно свистнула, и лошади разбежались.

– Сегодня все вольны – и люди, и звери, – пояснила женщина, заметив удивление Аданэя.

Толпа окружила нового бога, но расступилась, стоило ему двинуться вперед. На лицах людей угадывалась радость, но Аданэю было любопытно, что бы делали эти береговые жители, если бы он не вернулся из леса? Нашли другого бога? Или праздновали вообще без бога?

Берег оказался пологим, так что Аданэй, сопровождаемый толпой, без труда сошел к морю. Без слов понял, чего от него хотят – три жрицы умудрялись говорить одними глазами. Старуха помогла ему снять одежду, юная служительница стянула с него обувь и, взглядом указав на море, отодвинулась. Люди взревели, увидев обнаженное божество, Аданэй же ничуть не стеснялся своей наготы – зачем стесняться красивого тела? Он чуть помедлил, прежде чем войти в воду. Крутая волна накатила, едва не сбила с ног, обожгла холодом – море еще не успело согреться, и он недолго простоял в воде, скоро вышел.