Чтение онлайн

Подул ветер, ударил под крылья, подхватил и понес к противоположному берегу. Аданэй надеялся, что несет его на спасение, но до последнего боялся поверить в удачу.

Берег приблизился, и удалось разглядеть, кого скрывало угасающее сияние. То была необыкновенной красоты женщина, прекрасная чуждой, холодной, нездешней красотой. Ее серебряные волосы мерцали, подобно звездному свету, и таким же светом горели глаза. Она вытянула правую руку в сторону. Деваться Аданэю было некуда. Он подлетел и опустился на плечо незнакомки, впившись когтями в ее кожу. Не намеренно, просто так получилось. Женщина не разозлилась и не вскрикнула от боли. Посмотрела на Аданэя ласковым взглядом, обнажила в улыбке острые клыки и проворковала:

– Ну, здравствуй, кханади. Наконец-то мы встретились.

Затем подула ему в глаза, и мир завращался, будто колесо.

Аданэй проснулся от собственного крика. Вскочил на ноги и первым делом глянул на руки: к счастью, это оказались именно руки, а не крылья – полет был сном. Он только пришел в себя, как услышал мелодичный женский голос:

– Наконец-то мы встретились, потомок элайету.

Откуда исходил звук, Аданэй не понял: казалось, будто со всех сторон сразу. Он в растерянности огляделся. Возле одной из елей стояла та, кого он видел в недавнем сне. Женщина, прекрасная далекой, потусторонней, пугающей красотой. Ее волосы не сияли звездным светом – они будто сами были этим светом. Таким же было и ее легчайшее облачение из ткани, которую он никогда в жизни не видел. Нездешняя красавица словно сошла с ночного неба. И только кожаный мешочек на ее поясе выглядел, как что-то привычное.

«Может, я все еще сплю?»

– Ты не спишь, кханади, – бросила незнакомка, разглядывая его с легким интересом.

– Кто ты? – вырвалось у Аданэя.

Женщина приподняла брови, а в ее бархатистом голосе послышалась насмешка:

– Всегда одно и то же: кто ты, чего ты хочешь... И это вместо благодарности.

– Извини. Спасибо… – пробормотал он. – Но все же…

– Присядем, кханади. И не бойся, я не причиню тебе вреда.

Аданэй пожал плечами: за сегодня он уже столько раз боялся, что, кажется, к этой минуте утратил чувство страха.

Женщина сползла спиной по стволу ели, опускаясь на землю, но ни хвоинки, ни мелкие веточки не цеплялись ни за ее волосы, ни за ее одежду. Аданэй последовал примеру незнакомки и тоже уселся на траву напротив нее, скрестив перед собой ноги. Она улыбнулась, и он вновь заметил клыки. Нелюдь! Или нежить, или оборотень. В любом случае ничего хорошего от нее ждать не стоило.

– Кто ты? – спросил он снова.

– Меня называют Шаазар.

– Ты не человек...

– Смекалистый потомок элайету, – в звездных глазах промелькнула усмешка. – Чтобы это понять, много ума не надо.

– Элайету? Так называется река в моих краях...

– А знаешь, кто и почему ее так назвал?

– Нет, не знаю. Но все-таки… Кто ты? Если не человек, то кто? Дух? Оборотень? Чародейка?

– Чародейка? О нет. Нынешние колдуны слишком слабы… – Она запустила пальцы в мешочек на поясе и достала из него несколько камешков, поиграла с ними, пересыпая из ладони в ладонь. – А я почти богиня, почти всесильна и, если захочу, могу перевернуть мир.

Когда она говорила это, ее лицо почти не двигалось, его выражение едва менялось, что только усугубляло ощущение нездешности.

– Почему ты помогла мне? – спросил Аданэй, в тревоге зарывая пальцы во влажную землю.

– Не тебе. Себе. Ты не должен умереть прежде, чем встретишься с братом.

– Что?

– Твой брат. Когда он узнает, что ты жив, то сделает все, чтобы тебя убить.

– Так ты хочешь помешать ему?

– Ни в коем случае, – улыбнулась Шаазар. – Я хочу, чтобы ты дожил до встречи с ним, поэтому и помогла пройти через этот ритуал, это испытание.

– Я ничего не понимаю…

– Да, человеческий ум слишком слаб, а взор ограничен. Но тебе, потомок элайету, я все расскажу и удовлетворю твое любопытство.

– Правда? Тогда скажи, зачем тебе наша с Элимером встреча?

– Всего лишь чтобы один из вас погиб от руки другого. Тогда этот мир треснет, разлетится и исчезнет, а я смогу проскользнуть туда, куда стремлюсь. – Она вернула камешки обратно в мешочек и затянула тесемки на нем. – Конечно, это случится не завтра – пройдут века. Но это случится. И смерть одного из вас от руки другого положит этому начало, откроет путь хаосу. А я ему помогу.

Ее слова с трудом укладывалось у Аданэя в голове, а ощущение нереальности не покидало. Несмотря на растерянность, он все-таки спросил:

– Причем здесь испытание?

Шаазар скривила уголок рта.

– Я уже сказала: нужно, чтобы ты убил брата или сам погиб в схватке с ним. Неважно, кто из вас умрет. Хоть оба. Главное, чтобы от руки друг друга. Но чтобы это случилось, ты должен был выжить сейчас. К тому же это посвящение – твой путь к престолу. Чем быстрее ты станешь царем, тем быстрее столкнешься с кханом.

– Ты говоришь, что могущественна? Так привела бы сюда Элимера, поставила передо мной и…

Улыбка Шаазар стала шире.

– Люди! Вы бесконечно милы в своей лени! – Чуть склонив голову набок, она пояснила: – Твой брат дважды мог тебя убить, но не сделал этого, потому что ненависть еще не переполнила чашу. Когда переполнит, вы сойдетесь. Этот мир умрет, и я смогу его покинуть.

– Но зачем?

– Затем, что я бессмертна, а здесь не осталось почти никого, кто мог бы разделить со мной мое бессмертие. Но этот мир все равно держит меня, как цепями, и не отпускает. Когда он умрет, я смогу уйти в другое место. Так что мы с тобой нужны друг другу. Я хочу убраться отсюда, а ты жить здесь, причем, думаю, долгой и счастливой жизнью. Я помогла тебе с испытанием. Теперь ты станешь царем и, если повезет, убьешь Элимера. Этим поможешь мне. Все честно. Твоя совесть, к счастью, весьма послушна, и ты вряд ли будешь мучиться оттого, что спустя века этот мир исчезнет по твоей вине.

– Почему ты так уверена, что не буду?

– Проверим? Покинь Иллирин, откажись от трона и власти. Проживи тихую, незаметную жизнь, постоянно скрываясь от брата, а потом тихонько, незаметно умри. Можешь сам себя убить. Сделай это прежде, чем тебя отыщет Элимер. Пойдешь на это? Ради жизни этого мира?

Аданэй отвел взгляд, и Шаазар заулыбалась.

– Я не сомневалась в твоем благоразумии.

Аданэй нахмурился. Сознавая, что Шаазар права, он почувствовал себя почти предателем.

– Зачем ты вообще мне все это рассказала? – проворчал он. – Могла бы просто помочь, без объяснений.

– Это моя прихоть, – голос ее тек и журчал, как ручей. – Потому что ты – потомок элайету. А теперь иди к жрицам. Они ждут.

– Что мне им сказать?

– Ничего. Это же таинство. Ты никому ничего не должен рассказывать, жрицы и так увидят свет того мира в твоих глазах.

– Зачем вообще понадобился этот обряд? – без особенного любопытства спросил Аданэй: за сегодняшний день он увидел и узнал столько необычного, что перестал удивляться. – Что это за богиня такая?