Чтение онлайн

Из Хайкоу я вылетел прямым рейсом в Чунцин, где нас уже ожидали представители Lifan и Changan, не зная, разумеется, о том, что рандеву назначено и тем, и другим. Китайцы были бы неприятно удивлены, если бы узнали, что мы встречаемся не только с ними, а еще и с конкурентами. Понятно, что успехи земляков воспринимаются наиболее болезненно. В свое время, кстати, представители Changan, так же как и Haima, отказались даже обсуждать возможность размещения сборочного производства под одной крышей с Lifan.

Это был мой уже третий визит в Чунцин и второй в летнее время года, да еще и в самый жаркий его период. Более того, Линь предупредила меня об угрозе повторного наводнения, которое каких-то пару недель назад нанесло жесточайший удар по городу и окрестностям. Она даже прислала мне по электронной почте несколько фотографий причиненных стихией разрушений. Если бы не они, то, я наверное, не поверил бы тому, что воды разбушевавшейся Янцзы могут достичь парапетов чунцинской набережной.

Воды Янцзы затопили городскую набережную

Если вспомнить, что обычно от поверхности воды до набережной не менее двадцати пяти метров, то ничего удивительного в моем сомнении не было. Тем не менее, все оказалось правдой. В результате наводнения погибли люди, и даже после того, как вода схлынула, Янцзы выглядела угрожающе.

Повторного наводнения так и не случилось, но зато запомнился мощный летний ливень, падавший с неба сплошной стеной и не дававший, ни единого шанса спрятаться под зонтиком. На следующий день в местной англоязычной газете Chongqing News я увидел фотографию людей, выталкивающих автобус из огромной лужи, образовавшейся после дождя. Видимо дело происходило в одном из низинных районов города, где воде некуда было деваться.

За день до отъезда состоялась краткая встреча с Changan, на которой стало окончательно ясно, что произошедшая весной смена менеджерской команды привела к разрушению всех достигнутых за предыдущий год результатов. Прямо нам об этом не говорилось – не таковы китайцы, но у них явно появились иные идеи по развитию своего проекта в России. Пришедший к власти новый руководитель экспортного направления, десантировавшийся из компании Geely, похоже, стремился самоутвердиться путем разрушения всего того, что достигли его предшественники.

Традиции, однако, требовали «сохранения лица», и потому мы все вместе поехали на набережную Янцзы, которая летними ночами превращается в место народных гуляний. Пол ночи открыты небольшие ресторанчики и кафе, заполненные до отказа молодежью и людьми среднего возраста. Они выпивают, закусывают, играют в карты, беседуют – в общем, отдыхают и расслабляются. Зашли в кафе и мы. Напротив оказалась компания солидного вида мужчин и женщин, отмечающих то ли день рождения, то ли повышение по службе одного из присутствующих. Через некоторое время к их столику подошли двое молодых людей с гитарами, динамиками и усилителем. О чем-то пошептавшись с «тамадой», ребята устроились сбоку от стола и начали концерт. Пели они неплохо, да и мелодии оказались приятными. Исполнив пять или шесть песен, которым активно подпевали гости, музыканты собрали свои инструменты и ушли.

За два часа, проведенных в кафе, мы увидели не менее шести групп исполнителей, предлагающих за небольшие деньги исполнить любимые песни клиента. Не уверен, что они сумели бы удовлетворить вкус гостя из «солнечного Дилижана», но узнав, что мы из России, неплохо спели «Катюшу» и «Подмосковные вечера». На китайском языке, конечно.

По мере развития российско-китайского сотрудничества в автомобильной сфере, все более востребованными становились консалтинговые и посреднические услуги компаний, обладающих наработанными контактами в обеих странах. Так, одна из них – московская «Соло Консалтинг» взяла на себя организацию первого российско-китайского автомобильного форума, который должен был состояться в октябре в Пекине. Предполагалось участие нескольких сотен руководителей и топ менеджеров крупнейших автомобильных компаний из Китая, а также представителей автомобильного бизнеса России. Я также был приглашен в качестве одного из докладчиков.

С российской стороны должны были присутствовать «Дженсер», «Ирито», «Автодина», «Евросиб», заводы «ЗИЛ», «АМУР», а также многочисленные журналисты автомобильных и деловых изданий. С китайской стороны состав участников также был весьма представителен – FAW, SAIC, BYD, Changan, Haima, JAC, функционеры из китайской ассоциации автомобильных производителей CAAM и государственные чиновники разного уровня. Надо отдать должное «Соло Консалтинг» – они не только сумели собрать в одном месте множество представителей бизнеса обеих стран, но и прекрасно организовали мероприятие.

Форум проходил в загородном отеле, разместившемся на территории в несколько гектаров. В памяти остались корпуса, связанные друг с другом монорельсовой дорогой. Отель располагался вблизи горячих термальных источников и, помимо конференц-туризма, специализировался на SPA-отдыхе. На его территории находились два больших термальных бассейна и VIP виллы, на балконах которых, были установлены индивидуальные купальни с минеральной водой. Отличительной особенностью территории отеля служили также декоративные газоны, густо засаженные стелющимся можжевельником. Китайцы вообще большие специалисты в ландшафтном дизайне, и оформление отеля это подтверждало.

Из присутствовавших на форуме китайцев, наибольшее представительство имела, пожалуй, делегация из северной провинции Хейлунцзян (Heilongjiang), граничащей с Россией. А наиболее ярким делегатом был, несомненно, пожилой, но бойкий китаец, представлявшийся «дядей Колей». Этот самый «дядя» бесцеремонно влезал в любые разговоры, а один раз я его застукал за перелистыванием моей папки участника. Обижаться было бесполезно, так как и «дядей Колей», и всеми другими китайскими участниками двигал неукротимый дух предпринимательства и жажды успеха, толкающий на любые поступки, помогающие оттереть конкурента и наладить, наконец-то, сулящие золотые горы взаимоотношения с «богатыми русскими». Любопытно, что аналогичные по функционалу «тети» отсутствовали в принципе.

Атмосфера напоминала описанные Джеком Лондоном времена «золотой лихорадки» на Аляске, и многочисленные «дяди» стремились в ней поучаствовать. Они методично собирали визитки и вручали российским участникам форума презентации своих компаний. Не знаю, удалось ли кому-нибудь преуспеть, но воля к победе была проявлена незаурядная.

Эта поездка запомнилась и посещением ресторана «Пекинская утка», коронным блюдом которого является означенная несчастная птица. Честно говоря, пребывание на родине «птичьего гриппа» не стимулировало аппетит по части потребления кур, уток и, особенно, «мелкой птичьей сволочи», как образно выразились классики жанра И. Ильф и Е. Петров. Тех же голубей нам неоднократно подавали в Чунцине, но прежде удавалось увиливать. «Птичий» раздел сычуаньской кухни содержит и такой раритет, как «черная курица». Поразительно то, что у этих домашних птиц действительно черные кожа и мясо. Возможно, прародина черных кур находится в Африке и, именно оттуда, птицы мигрировали в Европу и Азию. Если так, то никаких шансов пережить времена европейской инквизиции у этих «дьявольских отродий» не было. Тогда как, в более толерантном средневековом Китае любая потенциальная еда принималась с уважением и радушием. Вероятно, это обстоятельство и послужило причиной сохранения редкого вида.

Раз уж я отвлекся на «куриную» тему, не могу не отметить и то, что самый ценный, по понятиям китайцев, бульон получается из пожилой курицы. На эту тему у меня завязался очередной диспут с Линь, которая оспаривала мое мнение о том, что абстрактная (не кулинарная) ценность старой курицы определяется ее опытом длительного выживания в крайне неблагоприятной среде. И в самом деле, достичь преклонного возраста в стране сотен миллионов едоков удается не каждой курице. Правда, Линь отстаивала чисто кулинарную версию, утверждая, что из старой курицы готовится самый наваристый бульон и, возможно, была права.