Чтение онлайн

— Прекратите. Вы провоцируете меня на шутку, которая вам не покажется смешной.

Он идет за мной к выходу, когда я меняю обувь.

— Боюсь, ты недооцениваешь мое чувство юмора.

Я смеюсь, не останавливаясь и не дожидаясь его. Не понимаю, зачем он идет следом за мной к гостевому домику, вместо того чтобы подождать, пока я переоденусь.

— Говори, — произносит он.

— Это жестоко. — Я открываю раздвижную дверь.

— Но смешно?

Я бросаю на него взгляд:

— Вам смешно не будет. Только жестоко.

— Ну, попробуй. — Он убирает руки в задние карманы своих шорт-карго.

— Зачем мне уводить жениха дочери моего босса, если через пару месяцев его, скорее всего, выставят на распродажу?

Мёрфи медленно поднимает брови.

— Ты хочешь сказать, что она отменит свадьбу, а я стану уцененным товаром? Как ненужная вещь с желтым ценником?

Я прикусываю губу.

— Черт, Элис. Жестко.

— Я…

Он перебивает меня громким смехом, прикрыв рот кулаком.

— Но смешно.

Я прищуриваюсь, сдерживая улыбку, и пару секунд внимательно его изучаю. Действительно ли можно смеяться?

— Уверена, вы тот самый, — говорю я.

Его смех стихает.

— Никаких гарантий нет. Но какой смысл жить, если не рисковать? Верно?

Через пару секунд я киваю и шепчу:

— Да.

— Переодевайся. Я подожду здесь.

Я задвигаю дверь, сбрасываю туфли и иду в спальню, чтобы переодеться в джинсовые шорты и облегающую футболку. Затем распускаю волосы и прочесываю их пальцами. И по какой-то причине проверяю макияж, капаю немного духов на запястья и шею, прежде чем выйти к нему.

Он быстро оглядывает меня, но я не пялюсь в ответ, безмолвно призывая его к ответу, как он сделал со мной. Вместо этого я наслаждаюсь тем, как кожа покалывает от одного лишь его взгляда. Самое трагичное в нас (а таких вещей немало) — это ужасно неудачный момент.

Мы отъезжаем от обочины, и он опускает стекло.

— Любишь кататься на велосипеде?

— Эм, в общем, да. А что?

— Может, прокачусь позже. Можешь составить мне компанию.

— У меня нет велосипеда.

— Можешь взять Верин. Она не будет против.

Я смеюсь.

— Это, наверное, велосипед за пять тысяч долларов. Что, если я его сломаю?

— Скорее, за все десять тысяч. Если сломаешь — она тебя уволит и наймет новую горничную. Ой, погоди. Нет, не уволит, ведь ты буквально единственный человек, который согласился на эту работу.

Я усмехаюсь, бросив на него быстрый взгляд искоса.

— Когда-нибудь все эти деньги — те самые, на которые покупают велосипеды за десять тысяч — будут принадлежать вам и Блэр. Вы уже осознали это? — спрашиваю я.

— Они не будут ощущаться как мои. Я подписываю брачный контракт.

— О, вас это беспокоит?

— Контракт? Нет. — Он пожимает плечами. — Я минималист. И когда я встретил Блэр, я понятия не имел, что у ее семьи столько денег. Она жила в паршивой квартирке в Сан-Франциско. У нее не было машины, она ездила на общественном транспорте и большую часть одежды покупала в секонд-хендах. Когда ее картины начали продаваться, она купила хорошую машину и побаловала себя парой туфель и сумок, но все это было куплено на ее собственные деньги. Я уважал это.

— Она сохраняет связь с реальностью. Это трудно, когда у тебя есть доступ к частному джету.

Он издает невнятный звук:

— Ага.

Я хочу сказать что-то еще, но слова застревают в горле. Мёрфи, похоже, доволен тем, что ветерок обдувает лицо, он смотрит в открытое окно, и от этого мне тоже становится спокойно. Когда мы подъезжаем к вьетнамскому ресторану, Мёрфи изучает меня взглядом, прежде чем отстегнуть ремень безопасности.

— Что?

Он медленно качает головой.

— Ничего.

Мы заходим внутрь, заказываем сэндвичи у стойки и находим столик у окна, чтобы пообедать.

— Лучшие сэндвичи в Миннеаполисе, — говорит он, проглотив большой кусок.

— Определенно, — киваю я, промокая губы салфеткой. — Вы приводили сюда Блэр?

— Конечно. — Он смотрит на меня, и кажется, будто он скрывает какой-то секрет.

От тяжести его взгляда, направленного на меня, даже когда я не смотрю в его сторону, становится трудно сосредоточиться.

— Вы сказали, что встретили Блэр в Сан-Франциско. Что заставило вас уехать из Миннеаполиса? И насколько это странно, что она тоже отсюда?

— Это было совпадение. В ее представлении — судьба, — он ухмыляется. — А штаб-квартира моей компании находится в Сан-Франциско. Я могу работать удаленно, но решил, что перемены пойдут на пользу. Было приятно проводить больше личных встреч.

— Нью-Йорк будет еще дальше. Вы ждёте переезда туда?

— Хороший вопрос. — Он смотрит в окно с каким-то отстраненным выражением в глазах. — Уезжать из Миннесоты всегда непросто. Но иногда первый шаг к тому, чтобы оставить прошлое позади, — это… просто уехать.

Когда он снова смотрит на меня, я отвечаю грустной улыбкой.

— Хороший совет.

— Нет, — бурчит он. — Это не совет.

Он на пороге брака и всего того блаженства, которое должно с ним прийти. Но я вижу лишь измученную душу. Это я довела его до такого состояния?

Мне хочется протянуть руку через стол, сжать его ладонь и извиниться за все, что я сделала, но больше всего — за то единственное, чего я так и не сделала.

— Думаешь, Каллен — твой будущий муж? — Его вопрос путает мои мысли.

— Э-э… — Я прижимаю подушечку пальца к крошке на столе, сосредоточившись на ней изо всех сил, пока формулирую ответ на вопрос, о котором никогда не задумывалась. — Нет, — говорю я, намереваясь добавить объяснение, но слов не находится. По крайней мере, таких, которые я могла бы сказать Мёрфи.

— Держишь все на уровне «ни к чему не обязывает», да?

— Я всю свою жизнь держу на этом уровне.

Крошечная мышца дергается у него посреди лба, словно он пытается скрыть свою реакцию. Между нами всё — одна сплошная маскировка.