Чтение онлайн

Опубликованный впослдствіи большевиками составъ петроградскаго юденическаго «правительства» вполн раскрылъ весь гробокопательскій планъ. Объ участи этихъ людей скорбли вс, въ комъ была живая душа (большевики расправились съ попавшимися въ ихъ руки коротко), но, прочитавъ списокъ неудавшагося правительства, мы только покачали головой. Гд же эти люди особаго «политическаго значенія», овянные ореоломъ общественнаго служенія имена, извстные всей Россіи работники?! Какое-то собраніе чиновниковъ, съ ярымъ марковцемъ въ качеств министра внутреннихъ длъ при реставрированномъ диктатор.

По словамъ «Петрогр. Правды» отъ 23 ноября 1919 года во глав будущаго правительства стоялъ кадетъ профессоръ технологическаго института инженеръ А. Н. Быковъ. Инженеръ М. Д. Альбрехтъ предназначался на амплуа министра путей сообщенія. Министромъ финансовъ намчался С. Ф. Веберъ, бывшій товарищъ министра финансовъ при царизм и бывшій членъ государственнаго совта. Морскимъ министромъ — адмиралъ Развозовъ. Просвщенія — б. попечитель петербургскаго учебнаго округа при царскомъ режим — Воронцовъ. Министромъ внутреннихъ длъ — Завойко. Министромъ исповданій — б. членъ гельсингф. совщанія А. В. Карташевъ и петербургскимъ комендантомъ — б. начальникъ штаба 7-й арміи Люндеквистъ.

Съ такимъ составомъ правительства ген. Юденичъ могъ длать, что хотлъ, большинство перечисленныхъ именъ не разошлось бы съ нимъ идейно.

Докладъ о первой поздк къ ген. Юденичу вызвалъ среди членовъ правительства сильное возбужденіе. Въ сред лваго крыла пошли разговоры о выход изъ состава правительства, чтобы прекратить комедію прикрыши именемъ правительства со стороны ген. Юденича до взятія Петрограда. Узнавъ объ этомъ, С. Г. Ліанозовъ категорически заявилъ и просилъ меня передать его слова другимъ коллегамъ, что ни на какіе острые и рзкіе конфликты съ генералами онъ не пойдетъ, что онъ промышленный дятель, а не революціонеръ, и не хочетъ закрывать себ дорогу для возвращенія въ Россію. Онъ настаивалъ на дальнйшемъ увщеваніи ген. Юденича, считая рзкіе шаги вообще безцльными и вредными. Вскор С. Г. ухалъ въ Гельсингфорсъ; замстителемъ его остался Е. И. Кедринъ. Наканун моей второй поздки въ Нарву состоялось частное совщаніе членовъ правительства, предложившихъ мн добиваться отъ ген. Юденича аннулированія данныхъ имъ полномочій генераламъ Гулевичу и Глазенаппу и настоять на публичномъ опроверженіи слуховъ о переворот, якобы учиненномъ ген. Юденичемъ.

Волненія внутри правительства нельзя было долго скрывать, а къ тому же все, что творилось въ Ревел, неуловимыми путями быстро становилось извстнымъ въ Нарв, въ конклав ген. Юденича. Съ другой стороны — С. Г. Ліанозовъ, видимо, желая предотвратить острый конфликтъ, телеграфировалъ что-то ген. Юденичу наканун своего отъзда въ Гельсингфорсъ. Все это не прошло безслдно для генерала. Чувствуя, что переборщилъ, а можетъ быть, учитывая пошатнувшійся въ конц октября успхъ на фронт, онъ началъ дезавуировать ген. Гулевича.

Телеграмма отчасти предупреждала мою вторую поздку къ ген. Юденичу. Она получилась въ Ревел 29-го, т. е. въ тотъ день, когда я находился уже в Нарв и велъ вторую бесду съ генераломъ. Отбиваясь отъ моихъ нападокъ за Гулевича, ген. Юденичъ возражалъ мн, что ген. Гулевичъ не можетъ узурпировать правъ правительства и что онъ строго ограничилъ его функціи чисто военно-техническими задачами. Онъ показалъ при этомъ копію цитированной выше телеграммы къ С. Г. Ліанозову. Я, конечно, не могъ помириться съ такимъ компромиссомъ «для своихъ» и настаивалъ на юридическомъ оформленіи дла, требуя ликвидировать полномочія ген. Гулевича гласно, предъ лицомъ финновъ и эстонцевъ, какъ сдлалъ это ген. Юденичъ, когда однимъ ударомъ публично дискредитировалъ насъ. Какъ видно изъ моего рапорта, ген. Юденичъ остался при своемъ, и, какъ я ни разъяснялъ ему весь вредъ его новой политики, онъ не подался дальше ни на вершокъ. Я ухалъ отъ него съ сознаніемъ полнаго крушенія моей миссіи и въ этомъ смысл сдлалъ докладъ совту министровъ.

31 октября состоялось строго конфиденціальное засданіе совта подъ предсдательствомъ покойнаго Е. И. Кедрина на его квартир и безъ участія управляющаго длами совта А. П. Мельникова. Е. И. Кедринъ поставилъ вопросъ: «что длать дальше?»

Не могу припомнить въ точности, кто именно высказывалъ ту или иную мысль, но хорошо помню суть выдвигавшихся соображеній.

Говорилось примрно слдующее:

Генералъ Юденичъ окончательно скинулъ маску и совершенно дискредитировалъ правительство. Оно безсильно впредь что-либо сдлать, равнымъ образомъ не можетъ помшать учинить вс т безобразія, которыя начнетъ творить компанія Юденича, когда она войдетъ въ Петроградъ. Какой смыслъ въ дальнйшемъ существованіи правительства, какое нравственное право мы имемъ покрывать своими именами творящійся за нашей ширмой обманъ? Физически бороться съ ген. Юденичемъ у насъ нтъ средствъ, повести агитацію въ арміи, когда она бьется на фронт — преступленіе, ибо кто можетъ предугадать вс и въ томъ числ благопріятныя возможности, если армія достигнетъ своей задачи и овладетъ столицей. Единственный выходъ — уйти изъ состава правительства, предоставивъ тмъ, кто еще на что то продолжаетъ надяться, работать дальше.

Въ противовсъ этому мннію выдвигалось другое. Обмана почти нтъ. Подлинная физіономія генералитета ясна всмъ — эстонцамъ, финнамъ, нашему населенію, но если мы уйдемъ сейчасъ, опубликовавъ причины нашего ухода, а генералы потомъ проиграютъ кампанію, они, не смущаясь, свалятъ всю вину на членовъ правительства, скажутъ — въ самую критическую минуту, въ моментъ горячихъ боевъ арміи, правительство повело интригу противъ главнокомандующаго и всадило арміи ножъ въ спину. Останемся и изопьемъ чашу до дна, помогая гд и въ чемъ можно арміи. Будемъ надяться, что исторія не длаетъ попятныхъ шаговъ и Питеръ самъ переваритъ реакціонный ядъ камарильи ген. Юденича. Упускать случай взять столицу Россіи нельзя, этотъ фактъ можетъ нанести огромный моральный ударъ большевизму, совершенно независимо отъ политической физіономіи высшихъ военныхъ верховъ, и вызвать гибель московскаго комиссародержавія изнутри. Такимъ образомъ, въ итог рекомендовалось остаться, бороться съ ген. Юденичемъ и его клевретами и всячески добиваться помощи нашей арміи, хотя бы со стороны Финляндіи. Въ инцидент съ Гулевичемъ генералъ уже бьетъ отбой, Ліанозовъ и Маргуліесъ, находящіеся въ Гельсингфорс, постараются окончательно упразднить въ глазахъ финновъ Гулевича, и правительству, можетъ быть, удастся побудить Финляндію придти намъ на помощь.

Третье мнніе было Е. И. Кедрина. Безъ помощи финновъ не взять Петрограда, армія уже пятится назадъ, необходимо, поэтому, всемрно возстановить престижъ правительства и внушить довріе къ его политическимъ общаніямъ; вн этого провалъ благо дла неизбженъ. Ген. Юденичъ слабохарактерный человкъ, дйствуетъ подъ вліяніемъ окружающей его въ Нарв среды. Нужно попытаться еще разъ разогнать эту компанію. Предложить убрать въ отставку Глазенаппа и Гулевича, а если, что можно ожидать, ген. Юденичъ не выполнитъ такого постановленія, смнить тхъ же генераловъ властью правительства, т. е. оффиціальнымъ приказомъ, распубликованнымъ въ газетахъ. Пусть тогда иниціатива колебанія существующаго юридическаго порядка принадлежитъ правому лагерю, который и понесетъ публично за это отвтственность. А на открытый скандалъ они все-таки не пойдутъ. Давно затянувшіеся переговоры съ Финляндіей о содйствіи нашей арміи слдуетъ оформить оффиціальной нотой къ финляндскому правительству, дабы показать ему, что живъ еще курилка — с.-з. правительство по прежнему существуетъ и дйствуетъ. Мы должны использовать наше юридическое существованіе до конца.

Естественно, что Е. И. Кедрину не то Ф. Г. Эйшинскій, не то П. А. Богдановъ тутъ же возразили: ну, а что будетъ длать правительство, если генералы молча игнорируютъ оффиціальный приказъ правительства, оставшись по прежнему на своихъ мстахъ? Не вынудимъ ли мы сами себя къ сложенію нашихъ полномочій посл подобнаго афронта? А разъ такъ, то упреки, что мы вонзали ножъ въ спину арміи опять грозятъ повиснуть на насъ.

Исторія разберетъ, кто дйствовалъ честно, а кто губилъ дло, — отвчалъ Е. И. Кедринъ. Мы предварительно предложимъ выполнить увольненіе генераловъ самому главнокомандующему, а если онъ не выполнить такого приказа — отдадимъ его подъ судъ...

Въ результат возобладало мнніе Е. И. Кедрина. Хотя его ршеніе вопроса представляло завдомый скачекъ въ пространство, но въ виду безвыходности правительства, метавшагося между нежеланіемъ «дезорганизовать армію» и нежеланіемъ «покрывать планы камарильи», проэктъ Кедрина отвчалъ естественной человческой слабости, стремящейся оттянуть окончательный конфликтъ. Это было именно такъ, потому что для единогласности ршенія всего правительства оппозиція потребовала, чтобы журналъ подписали также С. Г. Ліанозовъ и М. С. Маргуліесъ, бывшіе въ то время въ Гельсингфорс, на согласіе которыхъ почти наврняка не приходилось разсчитывать.