Гражданская война на с?веро-запад? Россіи
Шрифт:
Когда въ Царскомъ Сел 18 октября предложили Родзянко посмотрть въ бинокль на Петроградъ, онъ разсердился: «посл завтра буду гулять по Невскому и безъ бинокля увижу» [185] .
Но не бывать бы ихъ счастью, да наше несчастье помогло. Изъ массы факторовъ, сопутствовавшихъ движенію арміи на Петроградъ, положительнымъ былъ только одинъ — настойчивая воля солдатъ къ побд и ихъ энергія, все остальное складывалось противъ усилій арміи и, какъ камень, тянуло ее ко дну.
185
«Извстія Всер. Ц. И. Ком.» № 248/80 отъ 5/ХІ—19 изъ интервью съ комиссаромъ Подвойскимъ.
Пока мы имли дло съ совтской арміей, лишь немногимъ превышающей нашу, все шло, какъ по маслу, но такъ долго продолжаться не могло. Время явно работало не за насъ. Опомнившіеся посл первыхъ стремительныхъ натисковъ большевики начали подвозъ войскъ къ Петрограду. Они сняли прежде всего резервы своихъ войскъ съ карельскаго, финскаго и архангельскаго фронтовъ, начали подвозъ отрядовъ курсантовъ и внутренней охраны изъ Москвы и Твери, резервовъ изъ Вологды, а затмъ Троцкій, понявшій какую опасность стала представлять наша сверо-западная армія, лично прикатилъ на нашъ фронтъ и «растерянность краснаго штаба смнилась его кипучей энергіей», — говоритъ авторъ «Записокъ благо офицера».
Троцкій «быстро сосредоточиваетъ всхъ Петроградскихъ курсантовъ, вызываетъ изъ Кронштадта матросовъ, мобилизуетъ все мужское населеніе Петрограда, штыками и пулеметами гонитъ обратно на позиціи вс мобилизованныя части и своими энергичными мрами приводитъ въ оборонительное состояніе подступы къ Петрограду. Для боле успшной борьбы съ наступающими блыми онъ стремится поскоре взять иниціативу ударовъ въ свои руки и 20 октября даетъ приказъ объ общемъ наступленіи красныхъ войскъ… Съ каждымъ днемъ… продвиженіе (блой арміи) становится все медленне и медленне: каждый часъ по желзнымъ дорогамъ изъ Москвы и Вологды подвозятся свжіе красные эшелоны, которые почти немедленно вводятся въ бой». [186]
186
«Записки благо офицера», стр. 36.
Учтя слабость нашихъ фланговъ, красные спшатъ использовать свое увеличивающееся численное превосходство. Возникаетъ опасность обхвата со стороны Красной Горки (крпость на Финскомъ залив) и на юг въ район Луги. Необходимо всячески ослабить притокъ свжихъ красныхъ войскъ. Командованіе отдаетъ приказъ начальнику 3-й дивизіи ген. Втренко, находящемуся съ дивизіей въ район станціи Владимирской (линіи Тосно — Гатчина), выйти на востокъ на ст. Тосно, Николаевской жел. дороги, взорвать полотно и тмъ прекратить подвозъ войскъ изъ Москвы. Но ген. Втренко разсудилъ иначе и приказанія ген. Родзянко не исполнилъ. «Думаю, — говоритъ по этому поводу ген. Родзянко, что большинство начальниковъ, какъ и ген. Втренко, такъ и не исполнившій моего приказанія, полагало, что участь Петрограда уже ршена и каждому хотлось поскоре и по возможности первымъ попасть туда» [187] . Вмсто того, чтобы идти на востокъ, Втренко потянулъ къ сверу, въ сторону Петрограда. А когда Родзянко пригрозилъ отдать его подъ судъ, если онъ не возьметъ Тосно, — время оказалось уже упущеннымъ: красные пустили отъ Тосно подвезенный изъ Москвы сильный бронепоздъ, и Втренко не могъ пробиться дальше деревни Лисино, не дойдя верстъ 7 до ст. Тосно.
187
«Воспоминанія» ген. Родзянко, стр. 112.
«Составляя планъ кампаніи на Петроградъ — писалъ авторъ «Записокъ благо офицера» — и назначая направленіе удара каждой колонны, нашъ штабъ не принималъ во вниманіе боеспособности Красной Горки. Разсчитывая да вооруженную помощь англійскаго флота и на содйствіе эстонской арміи, блое главнокомандованіе считало, что красные ни въ коемъ случа не смогутъ открывать какихъ бы то ни было активныхъ операцій на Петергофскомъ плацдарм. При наличіи англійскаго флота передъ Кронштадтомъ и при капитуляціи Красной Горки, красные войска дйствительно ни въ коемъ случа не могли бы держаться въ раіон Петергофа и Стрльны, имя постоянную и неизбжную угрозу попасть въ мшокъ». [188]
188
«Записки благо офицера», стр. 32—33.
Но англійскій флотъ не поддержалъ дйствій нашихъ войскъ. Онъ находился въ то время около Риги, бомбардируя съ моря позиціи Бермонта. Эстонскія войска частью по той же причин, а частью по соображеніямъ политическаго свойства, тоже не обнаружили особой охоты драться за интересы русскаго дла. Въ итог нашъ фронтъ сталъ трещать на флангахъ, а сверо-западная армія понемногу уставать въ неравной борьб.
24-го октября пришлось оставить Царское Село и Павловскъ. Осмлвшіе большевики открываютъ огонь съ кронштадскихъ броненосцевъ, высаживаютъ на побережье дессанты и предпринимаютъ глубокій обходъ въ тылъ занятому нами Красному Селу. Наше главнокомандованіе ршается на отчаянную мру: ген. Юденичъ снимаетъ 1-ю дивизію съ лужскаго раіона, оставляя подступы къ г. Луг почти оголенными, и временнно укрпляетъ группу войскъ, остановившихъ обхватъ большевиковъ въ тылу Краснаго Села. Имя все увеличивающееся превосходство въ силахъ, большевики предпринимаютъ второй еще боле глубокій обходъ, пытаясь выйти къ ст. Волосово на балтійской желзной дорог. Удайся эта операція, наши войска оказались бы отрзанными отъ Нарвы-базы и гибель арміи стала бы неизбжной. На помощь пришла 1-я эстонская дивизія, стоявшая до этого времени на запад отъ деревни Гостилицъ пассивно, и прорывъ Гостилицы — Дятлицы ликвидировали. Отбивъ вс контръ-атаки большевиковъ и взявъ впереди нсколько деревень по направленію къ финскому побережью, эстонцы не развиваютъ дальше своихъ успховъ и, замнившись подошедшими частями нашей арміи, около 1-го ноября снова оттягиваются назадъ.
Пользуясь тмъ, что Псковъ оставался въ ихъ рукахъ, большевики накапливаютъ другую обходную группу войскъ въ раіон ст. Преображенской и Мшинской и начинаютъ нажимать въ раіон Чудскаго озера, на югъ отъ Гдова. Вс наши наличныя силы на фронт, а резервовъ — никакихъ. Въ виду усилившихся обходовъ съ тыла, передовыя колонны и нашъ центръ вынуждены отступать безъ боя, чтобы не оказаться въ мшк. 2 ноября оставили г. Лугу, 3-го безъ боя Гатчину. Не видя впереди себя непріятеля, солдаты совершенно не понимаютъ этихъ движеній арміи, начинаютъ роптать, духъ арміи понемногу падаетъ. Въ Петроград кампанію считаютъ выигранной.
«Что можно сдлать для полной побды?» _ вопрошаетъ въ «Извстіяхъ» комиссаръ Подвойскій. «Передъ нами стоитъ задача не только ликвидировать ямбургскій прорывъ, но и уничтожить Юденича, Родзянко и сверо-западное правительство вообще. То, что до сихъ поръ подъ самый Петроградъ прорвались блыя шайки, является позоромъ для питерскаго и вообще россійскаго пролетаріата. Этого позора нельзя больше допускать и Сверо-Западное правительство должно быть уничтожено, и оно будетъ стерто съ лица земли. Этимъ самымъ мы облегчимъ южному фронту его задачу — покончить съ Деникинымъ». [189]
189
«Известия», 5/XI, № 248/80.
Ликующая «Петроградская Правда» въ № 258 отъ 5-го ноября помстила уже лозунги къ празднованію второй октябрьской годовщины въ Петроград. Какъ образчикъ мастерской агитаціи, они заслуживаютъ вниманія читателя.
Лозунги П. К. Р. К. П. къ октябрьскимъ торжествамъ.
1. Петрографъ навсегда останется Краснымъ Петроградомъ.
2. Ни одинъ коммунистъ не вернется съ фронта, пока Ямбургъ и Гдовъ не будутъ очищены отъ блыхъ бандъ.
3. Вчная память павшимъ при защит Петрограда.
4. Нтъ больше чести, какъ умереть за красный Петроградъ.
5. Имперіалисты обломали зубы о Петроградъ. Петроградъ останется авангардомъ пролетарской революціи.
6. Петроградъ сталъ намъ еще дороже. Каждый камень его будемъ защищать до послдней капли крови.
7. Въ 1919 году родился коммунистическій Интернаціоналъ — въ 1920 г. онъ побдитъ во всемъ мір.
8. Гражданская война кончится, когда кончатся Деникинъ, Юденичъ и Колчакъ.
9. Да здравствуетъ Красный Петроградъ — великій бунтовщикъ.
10. Рабочіе, крестьяне, къ оружію.
11. Царствію рабочихъ и крестьянъ не будетъ конца.
12. Намъ пророчили дв недли жизни, а мы живемъ уже два года.
13. Два года власти рабочихъ и крестьянъ доказываютъ незыблемость коммунизма.
14. За два года на Красный Петроградъ покушались Керенскій, Корниловъ, нмцы, эстонцы, финны, англичане, Юденичъ, меньшевики, эсъ-эры, холера, — а красный Петроградъ живъ и будетъ жить.
15. За два года мы создали Красную Армію въ нсколько милліоновъ — да здравствуютъ красные бойцы.
16. Мы побдили въ октябр 1917 года, мы побдили въ 1918 году, побдили теперь — въ 1919 году, мы окончательно побдимъ. Мы добьемся счастья.
А наша армія отступала все дальше и дальше. 7-го ноября палъ Гдовъ. Видя, что большевики снова приближаются къ Нарв, эстонцы выходятъ изъ состоянія апатіи. Наступленіе на Гдовъ они пытаются парировать бомбардировкой съ бронепоздовъ Пскова. На свер они приходятъ въ соприкосновеніе съ большевиками на линіи ингерманландскихъ озеръ. Но тщетно: иниціатива по прежнему въ рукахъ красныхъ. Упоенные побдой, они идутъ впередъ съ большимъ воодушевленіемъ. Большевики говорятъ уже о поход на Эстонію, общаютъ солдатамъ зимнія квартиры въ Ревел. Накопивъ большія силы, они вдавливаютъ ихъ у села Глубокаго (между линіей ингерманландскихъ озеръ и гор. Ямбургомъ) — эстонцы автоматически вынуждаются оставить Ингерманландію, а наша армія покидаетъ 14 ноября г. Ямбургъ.
Потерявъ всю блую территорію, сверо-западная армія оказалась прижатой къ эстонской границ. Началась ея агонія.
Такова въ краткихъ чертахъ общая схема всхъ передвиженій нашей арміи въ октябрьскомъ поход на Петроградъ.
Все предпріятіе вызвало въ свое время много несбывшихся надеждъ, вскрыло по той же причин преждевременно нкоторыя политическія карты и обнаружило полную неудовлетворительность помощи арміи со стороны тыла.
Прежде всего разыгрались коммерческіе аппетиты.
Возникла идея организаціи русско-эстонскаго и англо-русскаго банковъ. На обоихъ берегахъ Финскаго залива зашевелились ждавшіе случая разные спекулянты. Глядя на нихъ заволновались и обыватели. Люди, никогда не занимавшіеся торговлей, бросились скупать разные товары, могущіе понадобиться въ Петроград, перепродавали ихъ во вторыя, третьи руки. Начался форменный спекулятивный ажіотажъ, взвинтившій цны въ нсколько разъ противъ ихъ нормальной стоимости. Изъ Гельсингфорса и Ревеля эта лихорадка перекинулась въ Копенгагенъ. Почуявъ крупную наживу, появились на нашемъ горизонт одна-дв акулы, почти съ общеевропейской извстностью. «Крылатки» полетли кверху и стали расцниваться значительно выше эстонской марки. Къ правительству приставали со всхъ сторонъ разные гешефтмахеры, агенты, посредники и просто «доброжелатели», наперебой предлагавшіе разные проэкты, комбинаціи и просто продукты. Наиболе безцеремонные, получивъ отпоръ, лзли въ обходъ къ ген. Юденичу, стараясь «непосредственно съ нимъ» заключить договоръ, поставку и т. п. При этомъ, конечно, всячески инсинуировали по адресу отдльныхъ министровъ, а ген. Юденичу льстили въ глаза самымъ базарнымъ образомъ, называя его единственнымъ и безапелляціоннымъ вершителемъ всхъ длъ и судебъ края, разсчитывая, что генералъ вотъ-вотъ совсмъ одуретъ отъ чада этой пряной лести и, какъ Крыловская ворона, обронитъ «сыръ», предметъ любви этихъ патріотовъ. Въ числ «доброжелательскихъ» проэктовъ помню одинъ, поданный Утеманомъ со товарищи, откровенно игнорирующій правительство, базарно-льстящій генералъ-диктатору и хвастливо показанный мн самимъ ген. Юденичемъ, когда я былъ у него въ Нарв, въ кабинет. Но въ данномъ случа дло пахло скоре политикой. За спиной Утемана (русск. нмца, предсдателя правлен. учетнаго и ссуднаго банка въ Петербург) прятались сен. Ивановъ (съ которымъ мы разошлись по вопросу о портфеляхъ), г. Тхоржевскій (правая рука б. царскаго министра Кривошеина и домогательство коимъ поста управляющаго канцеляріей совта министровъ въ свое время нами было отклонено), г. Беръ (живое кадило проживавшаго тогда около Гельсингфорса великаго князя Кирилла Владиміровича), нашъ неизмнный «пріятель» проф. Кузьминъ-Караваевъ и «совершенно конспиративно» самъ пламенный вдохновитель всей этой разношерстной оппозиціи — проф. Карташевъ. На одного купца приходилось четыре политика — комбинація совсмъ некоммерческая.