Чтение онлайн

На этом мы и закончили наш разговор. Миша собирался вернуться к поэтам двадцатых годов, а мне, несмотря на то что было ещё не поздно, неодолимо хотелось спать. Улица моя уже была тиха, только, как всегда по ночам, где-то вдали беспокойно лаяли собаки. В доме время от времени что-то поскрипывало, шелестело — совсем не мистически, а так: мышка, ветерок, рассохшаяся доска… Кукушкин свернулся калачиком у меня в ногах, как бы свив гнездо из шерстяного клетчатого пледа. В открытую форточку летел запах позднего полевого вечера.

Мне кажется, я не долго спала к тому часу, когда у меня под ухом стал мяукать кот. Сначала это было вкрадчивое вибрирующее помуркивание, потом пошло крещендо. Несколько минут я в полусне отмахивалась рукой от наглого зверя, он замолкал на минуту, а потом продолжал. И чем дальше, тем несноснее. Я окончательно проснулась — и тут поняла, что Кукушкин шумит по праву. Дело в том, что, увлёкшись повестью и разговором с Мишей, я забыла положить коту еды на ночь. Так уж дурно воспитан мой Кузьма, что он ест по ночам. Лет ему целых десять, а потому перевоспитанию он уже не поддаётся. Надев шлёпанцы, я вместе с ним отправилась на кухню, открыла шкафчик. Пусто! Что называется, ни крошки для кошки. Забыла купить еды. А человеческую этот концертмейстер не признает вообще. Кукушкин недовольно заглядывал в шкафчик, отказываясь верить в то, что там для него ничего нет. Я глянула на часы — всего пятнадцать минут первого. Последний автобус заберёт пассажиров через десять минут, а потом почти сразу поедет обратно на автостанцию, путь к которой лежит через мою улицу. Если быстро одеться и выйти на остановку, можно успеть в один магазин, который летом работает всю ночь.

Автобус подошёл сразу, как только я пришла на остановку. Других пассажиров, кроме меня, не было. Кстати, вместо привычного старого зелёного автобуса, которым правил рыжеволосый «дядя Вася», известный на всю округу хохмач, приехал какой-то новый автобус голубого цвета. Водителя я не знала, но по привычке поздоровалась. Двери за мной закрылись, и мы поехали в сторону города. Пять минут неторопливой ночной езды — и я должна оказаться на площади.

Странно, но, когда мы выехали на шоссе, я заметила, что в округе не горят фонари, не светятся знакомые окошки, как будто улица враз оказалась обесточенной. Дорогу я знала хорошо — через метров пятьсот после моей остановки должен был быть поворот. Но его всё не было и не было. Водитель ехал по прямой, по тёмной дороге, на которой нам не попалось ни одной встречной машины.

— А как вы едете? — громко спросила я.

— Как надо, так и еду, — недовольно буркнул водитель. — Где вас высадить?

— На конечной.

— Понял. Скоро приедем.

Сколько я ни всматривалась в окно, я ничего не могла разглядеть. В салоне автобуса горел яркий жёлтый свет, как в ночной электричке, и в окне я видела только своё отражение. Наконец, спустя минут двадцать после моей посадки, автобус остановился.

— Приехали на конечную.

— Как приехали? Где мы находимся? Где площадь и где магазин?

— Мы на конечной. Вы сами сказали, что вам сюда. Давайте доллар и дуйте отсюда, я устал и хочу домой.

— С какой это стати проезд в вашем автобусе стал стоить целый доллар? Ещё вчера было пятьдесят копеек. Резкое подорожание в пять раз?

— А вы не видите, что автобус новый?

— Ладно, Бог с вами, — я отсчитала ему два рубля пятьдесят копеек, бросила их в нишу рядом с ручником и вышла.

Никакой площади тут и в помине не было. Наверное, это какая-то другая конечная, другой конец города. Водитель просто меня не понял! Я оглянулась, но автобуса уже и след простыл. Я двинулась вперёд, туда, где что-то светилось неоновым светом. Не иначе как окраинный магазин. В принципе, это то, что надо. А назад можно и на такси вернуться.

Я уже подошла к двери магазина, уже взялась за ручку, чтобы открыть дверь, но тут передо мной, по ту сторону стекла, появилась полная женщина в униформе продавца и перевернула табличку Open стороной Closed.

— Подождите, пожалуйста! Я только на минуту!

Женщина сурово посмотрела на меня и отошла от закрытой двери. В магазине стали выключать свет…

И всё-таки: как добраться отсюда до площади? Я пошла в сторону, где всё ещё горели огоньки домов. Надо сказать, дома тут были небедные, а заборы — непривычно низкие. На крыльце одного из коттеджей сидел мужчина и курил.

— Добрый вечер! Вы не подскажете, как отсюда добраться до площади?

— До площади? До какой именно?

Странный вопрос для города, в котором всего одна площадь.

— Мне нужен круглосуточный магазин. По-моему, он в этом городе только один такой.

— Интересно! До ближайшего круглосуточного магазина отсюда километров восемь, и, кстати, он сейчас на ремонте, — улыбнулся мужчина. Тут в одной из комнат на первом этаже включили свет. В этом свете лицо мужчины показалось мне знакомым.

— Стив! С кем ты там разговариваешь? — послышался молодой женский голос.

— Тут женщина! Кажется, она заблудилась, ей нужна помощь.

— Простите, уже поздно, я просто вызову такси и поеду домой, — я полезла в карман джинсов за телефоном. Но его при мне не было. — Ещё и телефон забыла! Господи, что за ночь!

— Стив, иди домой! Уже поздно. И угомони, наконец, этих ребят наверху, они никак не улягутся.

— Послушайте, где вы живёте?

Я назвала улицу.

— Всю жизнь тут живу, но такое название слышу впервые. Кажется, вы оказались довольно далеко от дома. Никакого такси вы сейчас не словите. Пойдёмте к нам, что-нибудь придумаем.

— Нет-нет-нет, мне пора, — стала отказываться я. Но ноги почему-то сами пошли за Стивом. Стив, наверное, был Степаном (как Облонский — Стивой), каким-нибудь айтишником на удалёнке, которого жена именует на западный манер…

Женой Стива оказалась Амелия, девушка лет двадцати пяти. Было похоже, что они жили вдвоём, без детей (ничто в доме не намекало на их присутствие). Но тут, когда Амелия ставила чайник, а я спутанно отвечала на вопросы, наверху, на втором этаже, раздался детский смех. И не просто смех, а не по-ночному бодрый хохот целой детской компании.

— Господи, Стив, — вздохнула Амелия. — Твои гости за сегодня меня просто достали. Мало того, что они едят, как кони, они ещё и шумят. Поднимись-ка наверх и успокой их!

— А где мы пристроим Нику?

Амелия всё ещё смотрела на меня с некоторым недоверием.

— Устроим её во второй гостевой комнате, прямо напротив этих… Может, в присутствии взрослого человека они и сами начнут вести себя по-человечески!

— Нет-нет, спасибо, — снова стала отказываться я. — Я должна ехать домой. Вызовите, пожалуйста, такси. Просто пару кликов в «Убере» или «Яндексе», может, всё-таки кто-то есть поблизости…

— Что, простите? Кажется, вы очень устали. Пойдёмте за мной.

— Нет, я здесь не останусь, — продолжала я и вместе с тем покорно топала по ступенькам за Стивом.

Услышав наши шаги, там, наверху, примолкли. Стив широко распахнул дверь гостевой комнаты: на полу, вокруг карты, сидели дети, мальчики и девочки. Хозяин дома полушутя отчитал их за шум, сказал, что если они не угомонятся, то завтра на его помощь могут не рассчитывать.

— Окей, — прогундосили эти наглые медвежата.