Чтение онлайн

— Куи, осторожно! — вдруг закричал Авк.

Мелькнув совсем близко, черная тень превратилась в огромное блестящее тело. Хлопнула пасть, но Куи ловко увернулся. Чудовище осталось ни с чем: промахнувшись, не успело затормозить и пролетело мимо, как комета.

— Уходим вниз! — опомнился Куи.

Однако чудовище пошло на разворот, делая большую дугу вокруг дерева. Теперь Авк рассмотрел его как следует. Что поразило, так это чешуя. Казалось, чудовище заковано в блестящие доспехи. Чешуйки плотно прилегают друг к другу, поэтому и сомнений нет — оно неуязвимо. И еще: огромные немигающие глаза, круглые, желтые, голодные; пасть усеяна рядами крепких крошечных зубов; красноватые крылья легко отталкивают воздух, создавая огромную скорость; раздвоенный хвост… Машина убийства, мощная, непобедимая!

— Авк, уходим!

Они помчались вниз, огибая на скорости ветви и почти не разбирая дороги. Хищник было пропал, но шестое чувство подсказывало, что тот близко. И тут Авк вдруг ударился обо что-то большое и холодное. И его сковал ужас: оказалось, он врезался в само чудовище которое преследовало их по пятам. А Куи — он куда-то пропал.

— Нет! Не может быть! — не помня себя, закричал Авк.

Чудовище удивленно глянуло на него и даже приоткрыло рот. А Авк завопил — желание отомстить за погибшего друга придало ему сил:

— Мои предки были героями! Да! — И с разбегу ударил головой в страшный пульсирующий глаз. Чудовище отпрянуло, из его открытой пасти выпало измятое, искореженное тело.

— Куи, ты как? — Авк подхватил его, медленно понес вниз, не обращая внимания на застывшего хищника, из глаза которого сочилась мутная кровь.

— Пропал я, Авк, — прохрипел Куи. — Чертова эволюция, будь она проклята… Послушай, пообещай мне…

— Что?

— Я уже не могу идти на зов. Предки помнят героев. Ты сделаешь это? Пообещай мне, пообещай, что выберешься наверх. Нужно все-таки узнать, что там такое.

— Да, конечно. Я обещаю…

Вечером Куи умер. Позже Авк часто размышлял о своем обещании. Он становился все сильнее, рос на глазах. С ненавистью смотрел на небо, копил силы для последнего броска. Зов предков звучал все громче. Это был набат, который звал и звал.

??

Прошло время, и вдруг Авк отметил, что чудовища уже не выглядят такими огромными и страшными, как прежде, а мир вокруг стал привычным и даже слегка однообразным. Авк не мог больше ждать.

Оттолкнувшись всеми четырьмя перепончатыми крыльями, он взмыл вверх, мощно, сильно, под стать тем древним, о которых слагали легенды. Все выше и выше несся он, словно Икар, решившийся достичь солнца. И вот она, пленка, разделяющая два мира! Авк пробуравил ее, и тут… Сухой воздух не удержал его, и он рухнул на верхушку исполинского дерева, берущего свое начало еще из нижнего слоя.

— О боже! — вырвалось из груди.

Такого Авк еще не видел. Далекое небо, четкое, синее, аж захватывает дух. Деревья, которые в тысячи раз больше, чем в нижнем мире, достают до небес, стоят неприступной стеной. Воздух — обжигающий, холодный, однако прозрачный и легкий.

— Да, ради этого стоило!

И Авк ощутил, что чувства буквально разрывают его на части. Он набрал воздуха в легкие и, как мог, запел. Песня вышла громкая, победная. Боль и отчаянье, безбрежная радость и великое счастье…

??

Два человека удивленно таращились на выползшее существо.

— Смотри, — сказал один, — сумасшедшая жаба! Не сезон, а она разошлась.

— К теплу, — ответил второй.

На прозрачном безоблачном небосводе тихо искрилось спокойное солнце. А из маленького болотца, заросшего осокой и камышом, надрывно звучало одинокое кваканье.

??

??

Константин Ситников

История писца Хори

Несомненно, читателю хорошо знакомо название одного из самых популярных произведений древнеегипетской литературы — «Сказки о двух братьях». Однако о самой рукописи, ныне хранящейся в Британском музее, мы знаем очень мало. Около 1850 года англичанка миссис д’Орбине купила единственную копию этого шедевра в Италии у неизвестной личности. Спустя два года французский ученый виконт Эммануэль де Руже, которому д’Орбине доверила хранение папируса, опубликовал так называемую «Заметку об одном египетском иератическом манускрипте», включавшую в себя и текст самой сказки. Эта публикация произвела настоящий фурор в научном мире, открыв новую, неизвестную до того, страницу древнеегипетской литературы — беллетристику.

Как считают исследователи, текст сказки в конце XIX династии (конец XIII века до н. э.) переписан рукой писца Иннана с недошедшего до нас оригинала. В последних строках текста упоминаются, кроме самого переписчика, имена еще трех писцов, являвшихся, по предположению ученых, членами литературного кружка. Неясным до недавнего времени оставалось лишь одно: в посмертных записках миссис д’Орбине, опубликованных в журнале «Woman Magazine», упоминалось, что, помимо рукописи «Сказки о двух братьях», у нее есть еще два больших свитка, купленных ею у таинственного итальянца, который, по его словам, нашел их в одном и том же месте.

Что же это были за свитки? Задавшись таким вопросом, известный американский египтолог Джон Д. Твикс, эксперт по рукописям Нового Царства, в сотрудничестве с не менее известной прорицательницей Марией Гэнриеттой, провел необходимые изыскания. Недавно его многолетние поиски увенчались успехом: им был найден сначала один, а затем и другой потерянный текст. Спустя полгода Твикс сделал сенсационное сообщение об обнаруженных и расшифрованных им новых древнеегипетских произведениях.

Русский вариант одного из недавно найденных древнеегипетских текстов выполнен по английскому переводу с оригинала, опубликованному в американском ежегоднике «Ancient Egypt Annals» за 2003 год.

??

Меня отдали в школу писцов поздно. Мой прадед, отважный воитель, прославивший свое имя в схватках с кочевниками, владел большими домами в Иуну[89] и был удостоен высокого звания истинного знакомца фараона. Но когда фараон умер (говорили, что его отравили во сне) и на трон под золотым навесом взошел его дальний родственник, прадед впал в немилость. Принято, чтобы все изображения свергнутого фараона уничтожались, дабы уже ничто не напоминало о его былом величии. Новый фараон тем и проверяет преданность своих приближенных — заставляет их прилюдно осквернять память своего предшественника. Мой прадед отказался сделать это, и в наказание его сослали на южную границу.

В стране началась смута, и новый фараон, заносчивый самозванец, исчез в ее водовороте так же быстро, как и возник. За несколько лет сменилось четыре правителя, и о моем прадеде никто уже и не вспоминал. Он продолжал жить в опасной близости от кочевников, помнивших его по тому сокрушительному поражению, которое он нанес им много лет назад.

Когда прадед умер, его дело продолжил его сын, мой дед. Последний был не столь воинствен и даже завел дружбу с одним из предводителей кочевников, забыв об их врожденном вероломстве. Однажды, когда дед гостил у своего «доброго соседа», ему подали отравленного мяса, и он умер в страшных мучениях, а тело его подвергли надругательствам.