Чтение онлайн

Страйкер еще не перезвонил мне, но отсутствие информации о пропавших подростках, которых я искал, еще больше усилило пульсацию в моей голове. Не было ничего, ни следа, ни хлебной крошки, по которой можно было бы пойти, даже намека на то, что что-то не так, за исключением того, что дети пропали.

По общему мнению, все они были хорошими детьми. Никаких проблем в школе, их любили сверстники, хорошие оценки, учеба. В них было все, о чем только могут мечтать родители, вплоть до тех пор, пока они не пропали без вести.

Полиция, похоже, не слишком усердствовала в поисках. Их бесцеремонное отношение к семи пропавшим подросткам заставляло меня краснеть каждый раз, когда я с ними разговаривал. Казалось, им было все равно. Я знал, что к оборотням все еще питали ненависть и страх, но пропавший ребенок все равно оставался пропавшим ребенком. Нужно было что-то делать.

Совет был ненамного лучше. Мой единственный телефонный звонок им закончился тем, что я повесил трубку, прежде чем дать волю эмоциям, бушевавшим в моем мозгу. Попасть в их черный список в свой первый месяц в качестве советника - совсем не то, с чего я хотел начать.

Чем больше времени я проводил, просматривая документы, тем больше удивлялся тому, как мало на самом деле делал советник Джеймс. Казалось, что его главной целью было украсть как можно больше денег, вместо того чтобы заботиться об оборотнях. Чем больше я копал, тем больше разочаровывался во всех, кто имел какое-либо отношение к Совету.

Я глубоко вздохнул, когда кто-то постучал в дверь моего кабинета.

– Войдите.
– Я улыбнулся, когда дверь открылась, и в комнату вошли Боб и Шейд.
– Привет, как прошел медовый месяц?

Боб ухмыльнулся.

– Недостаточно долго.

Шейд хмыкнул, но его глаза заблестели, когда он посмотрел на Боба.

Я не вздохнул от зависти.

Правда.

Боб просиял.

– Как поживает мой кот?

Дерьмо.

– Честно говоря, я перевез Усатио в свою комнату.
– Я пожал плечами, когда оба мужчины уставились на меня.
– Мне, вроде как, нравилось, что рядом дружелюбное лицо.

– И... поместье не очень дружелюбно?
– Спросил Боб.

– Это не совсем так. Просто... все здесь знают меня, потому что я здесь уже целую вечность. Я просто не думаю, что им нравится идея о том, что я занимаю место советника Джеймса. Никто не проявлял явного неуважения или чего-то в этом роде. На самом деле, я просто чувствую это.

Очень недружелюбная атмосфера.

Я махнул рукой на все папки, лежащие передо мной. Их было много.

– И с этим у меня не было возможности заниматься ничем другим, кроме работы.

– Заметно.
– Боб нахмурился еще сильнее.
– У тебя мешки под глазами.

Я протянул руку и потер кожу под глазами. Я знал, что выгляжу не очень хорошо. Я не спал из-за головной боли и не ел.

Я нервно хихикнул и опустил руку. Мне не хотелось, чтобы кто-то сейчас на меня злился.

– Сказывается недостаток солнечного света.

– Как насчет того, чтобы пойти куда-нибудь поужинать?

– О, нет, Боб, я не могу…

– Можешь.
– Боб обошел стол и потянулся ко мне.
– Я не приму отказ.

Он схватил меня за запястье, прежде чем я успел его остановить. Я зашипел, когда меня пронзила боль.

Боб немедленно отпустил меня и отступил назад.

– Прости, я...

Дерьмо.

– Ты не причем, Боб. Клянусь.
– Я так не хотел этого делать, но нельзя было допустить, чтобы на лице Боба появилось виноватое выражение.
– Пару дней назад я попал в аварию со своим креслом и повредил запястье. Ничего страшного.

Я все еще не понимал, как это произошло. Только что я сидел в кресле и катился по коридору. В следующую секунду я уже летел по воздуху, приземлившись на деревянный пол с очень болезненным стуком.

Прошло несколько минут, прежде чем я смог пошевелиться. От отчаяния мне пришлось приложить немало усилий, чтобы поставить свое кресло на колеса. В конце концов, мне пришлось звать на помощь, пока кто-нибудь не пришел.

– Если ты ранен, Синклер, это не пустяк.
– Боб схватил меня за руку, но выше запястья. Он осторожно оттянул мой рукав. Я застонал, когда он зашипел.

– Серьезно, Боб. Ничего страшного. У меня постоянно такие синяки.

Ну, не постоянно, но в последнее время это определенно стало происходить гораздо чаще. Я не был уверен, то ли я становлюсь все более неуклюжим, то ли мне нужна новая инвалидная коляска или еще что. Если мне нужна была новая инвалидная коляска, то я облажался. Стоун купил мне мою нынешнюю коляску, и я не собирался к нему обращаться.

Стоун более чем ясно дал понять, что больше не хочет со мной разговаривать. Я не собирался надеяться на то, чего никогда не произойдет. Я знал, когда нужно смириться с потерями.

Как бы больно это ни было.

– Мне просто повезло, что мое кресло не пострадало, когда я упал.

– Ты еще где-нибудь ушибся?

Я покачал головой, не желая рассказывать Бобу о большом синяке на моем левом боку. Я ценил заботу Боба, но это не поможет мне избавиться от синяков и не убережет меня от них в следующий раз, когда я упаду.

– Со мной все хорошо, Боб, обещаю.

Я лгал лучшим из них. Жаль, что от этого у меня скручивало живот. Я уже начал привыкать к тому, что мой желудок скручивается в узел.

Я лучезарно улыбнулся, желая, чтобы весь этот разговор поскорее закончился.

– Итак, насчет того предложения поужинать...

– Что у вас тут готовят?

Я взглянул на Шейда, и мы оба ухмыльнулись. У Боба не было возможности отведать блюда, приготовленные для тех, кто жил в особняке. Прием был организован на славу, но ужины каждый день были разные.

– О, - сказал я, поворачиваясь вокруг своего стола.
– Это штаб-квартира Совета. Мы едим здесь только лучшие блюда.

Я молился, чтобы это был не тунец.

* * * *

Я застонал и медленно перевернулся на бок, очень медленно. От любого резкого движения у меня сводило желудок. Вчера на ужин повар не подавал тунца, поэтому я был уверен, что со мной все будет в порядке.

Я так ошибался.

Я был уверен, что умираю.

Я не пошевелился, когда кто-то постучал в мою дверь. От этого у меня снова скрутило живот. И, учитывая, что в моем желудке ничего не осталось, это о многом говорило.