Чтение онлайн

— Да.

[Ты поможешь ему?]

Я посмотрел в окно. Набережная в дожде. Фонари ещё не зажглись, и всё было серым: вода, камень, небо.

Помогать человеку, который ладно еще государство ограбил — допустим, раз вернул, то еще куда ни шло. Но он своими действиями довел старика до инсульта. Помогать, зная, что тот же человек считает тебя недостойным своей дочери?

— Не знаю пока. Надо думать.

Лавка помолчала. Стены тихо гудели, и в этот раз гудение это было не тёплым и уютным, а скорее задумчивым. Лавка тоже обдумывала. А дождь всё не кончался.

Барон Юрий Константинович Дорохов пришёл в Лавку в среду, ближе к полудню, и с первой секунды стало ясно, что человек он… своеобразный.

На груди, поверх жилета, висели четыре амулета на цепочках. Два латунных и серебряный были магическими, хотя серебряный еле фонил. Четвёртый, деревянный, был простым резным кругляшом, из тех, что бабушки вешают внукам «от сглаза».

Перстни на обеих руках, по два на каждой. При входе в Лавку барон остановился на пороге, трижды коснулся косяка костяшкой среднего пальца и что-то прошептал. Жест был привычным, заученным до автоматизма.

Лет пятидесяти на вид, крепкий, с короткой стрижкой и проседью. Одет дорого, но без вкуса: огромные кричащие золотые запонки, рубашка, которая не сочеталась с пиджаком. Человек, привыкший покупать лучшее и не понимающий, почему лучшее на нём выглядит так себе.

— Здравствуйте. Вы Воронов? — обратился он ко мне.

— Он самый. Проходите, садитесь, — предложил я.

Барон сел. Положил руки на прилавок, сцепил пальцы. Под правым глазом подёргивался мелкий мускул. Осмотрел Лавку быстрым взглядом: полки, витрины, зонт под потолком. Задержался на Лизе в раме, моргнул, сплюнул через плечо и отвернулся.

— Мне вас рекомендовал Вяземский. Сказал, что вы занимаетесь вещами, которыми другие не занимаются.

— Зависит от того, что за вещи, — уклончиво ответил я.

— У меня рудник в полутора днях пути от города. Две недели назад обрушился тоннель. После этого в штольнях появилась неизвестная тварь. Четверо ранены, трое серьёзно. Рудник закрыт, потому что рабочие отказываются спускаться. Мой маг не справился.

Он говорил быстро, без лишних подробностей. Но каждые несколько секунд его правая рука непроизвольно тянулась к деревянному амулету на груди и касалась его большим пальцем.

— Мне нужен специалист. Не расследование. Правительственные службы вызывать не собираюсь: пока будут разбираться, рудник простоит три месяца, а то и полгода. Мне нужен кто-то, кто спустится, разберётся с тварью и уедет. Тихо, быстро, без протоколов. Я готов заплатить сто пятьдесят тысяч. Но торговаться не намерен. Либо вы соглашаетесь, либо я ухожу.

Произнёс он это с ощутимым нажимом, будто ожидал, что я сразу начнут пытаться набить цену. Сто пятьдесят тысяч за одну работу. Серьёзные деньги. Барон сразу заявил такую сумму, потому что, похоже, ситуация была хуже, чем он описывал.

— Расскажите про тварь подробнее, — попросил я.

— Длинная, похожа на змею, но с лапами. Метра три, а может и все четыре. Больше не знаю. Мой маг пытался подступиться, она его чуть не подрала.

[Ты можешь не беспокоиться, милый. В этом мире, хотя есть магия, никаких особенных монстров не существует. Есть, правда, несколько полумифических мистических существ, но с ними в руднике под Грозовым точно не встретиться. То, что он описывает, не может быть живым, проведя, вероятно, многие годы запечатанным в горе. Так что скорее это будет боевой артефакт. Если активировался при обрушении, значит, был замурован в породе. Защитный, территориальный. Это и правда по нашей части.]

— Мне нужно будет взять с собой двух помощников, — сказал я. — И осмотреться на месте, прежде чем обещать результат.

— Берите хоть пятерых. Повозку, лошадей, ночлег организую. Когда можете выехать?

— Завтра.

Барон кивнул. Встал. При выходе снова коснулся косяка и снова сплюнул через левое плечо. Тихо, почти незаметно, но я увидел.

Дверь закрылась.

[Давно не видела настолько суеверных людей.]

— Ну, я тоже, но я думаю, что в мире магии это более чем нормально.

[Магия у нас — это еще одна наука. И потому суеверия вполне логично что даже менее распространены, чем если бы магии не было. Суеверные люди верят в мистику, существование которой много раз опровергалось, но некоторых, похоже, не убедить никакими доводами и научными статьями.]

— Ага, — кивнул я. — Прекрасно представляю.

Выехали мы на следующее утро.

Лавку закрыли: Илья был ещё слишком мал, чтобы оставлять лавку на него одного, к тому же у него началась учеба. Табличку «Закрыто» повесил Сема, проверив замок дважды. Барон прислал повозку с кучером.

Ася села слева, я справа, Сема напротив. Кучер тронул.

Город остался за спиной через полчаса. За ним пошли поля и перелески, просёлочные дороги между невысокими холмами.

Начало сентября было мягким: воздух прохладный, но солнце ещё грело, и деревья на обочинах только начинали желтеть.

Ася читала какой-то колдовской справочник, закладывая страницы сухими травинками. Сема смотрел в окно. Через час Сема достал из сумки хлеб с бужениной, и молча раздал нам. Ася взяла, не отрываясь от книги.

Часы в кармане тикали ровно. Генератор маны, закреплённый на цепочке рядом, чтобы часы не разряжались, чуть гудел.

[Красиво. Поля, деревья. Я редко вижу загород.]

— Наслаждайся.

[Наслаждалась до какого-то момента, но теперь слишком трясет.]

Дорога действительно пошла тряская. После моста через речку повозку подбросило на ухабе так, что Сема врезался головой в потолок. Он зашипел и начал тереть макушку, но при этом чудом умудрился не пролить ни капли чая из термоса, что держал в руках.

К вечеру остановились на постоялом дворе. Бревенчатый дом на развилке, конюшня за углом. Внутри пахло жареным луком и дровами. Хозяин, лысый мужчина с красным лицом, встретил нас за стойкой.

На стойке сидел кот. Рыжий, крупный, с надменной мордой. Занимал ровно центр, и хозяин был вынужден работать вокруг него, передавая кружки и тарелки по дуге.

— Извините за скотину, — сказал хозяин, заметив мой взгляд. — Согнать не могу, царапается. Клиенты часто жалуются.