Чтение онлайн

Через секунду звонит мой мобильный.

— Мне все равно, — говорит моя лучшая подруга. — Ты, должно быть, сошла с ума. Я должна быть там.

— Нет, ты должна быть с мужем. В Катандзаро. Наслаждаться своим запоздалым медовым месяцем. Если вернешься раньше, я больше никогда с тобой не заговорю.

— Мэгс, я могу нажать паузу на своем трехмесячном медовом месяце. Это винодельня твоей семьи! Не могу поверить, что Майки проиграл ее в покер.

Моя грудь сжимается, пустое и ноющее чувство вернулось снова. — Ну, да. Я тоже не могу.

— Типа, это в сто раз хуже, чем когда он исчез после смерти твоих родителей. Помнишь, как мы не слышали о нем два месяца?

Помню? Ужас тех восьми недель выжжен в моем мозгу. Не сказав мне ни слова, Майки отправился в Нью-Мексико, чтобы “найти себя”, а это означало принимать много аяуаски в пустыне. Моя тетя все еще жила здесь, помогая мне с винодельней, но я жутко волновалась. Мой брат иногда может быть незрелым придурком.

— Все равно, — отвечаю я ей. — Тебе не о чем беспокоиться. Я с этим справлюсь.

Наступает долгая пауза. — Что значит, ты справишься?

— Это значит, что я придумываю, как избавиться от Вито.

Она втягивает воздух, затем понижает голос до шепота. — Типа... убить его?

— Нет! — Затем мой ужас отступает, и я задумываюсь. — Если только... Как ты думаешь, я смогу найти кого-то, кто был бы готов...

— Мэгги! Господи. Даже не думай об этом. Я уже сидела в тюрьме и не хочу делать это снова.

Я иду в спальню и достаю одежду, чтобы собраться на день. — Ладно. Я его не убью. Но я превращу его жизнь в ад.

— Слушай, я знаю, это заманчиво, но он глава мафии. Ты не хочешь дразнить этого медведя, поверь мне. Это не те люди, с которыми мы привыкли иметь дело.

— Со мной все будет в порядке. Я не боюсь Вито Д'Агостино.

— Может, тебе стоит. Ты знала, что его брат тоже глава мафии? В Италии. И его прозвище — сумасшедший. Я его встречала, и он чертовски страшен.

Черт, я этого не знала. Но это не имеет значения. — Все, чего я хочу, это чтобы Вито вернул мне винодельню и забрал свою сексуальную задницу обратно в Канаду. Я не думаю, что это слишком много.

Я понимаю свою ошибку в тот момент, когда мой рот перестает двигаться.

Тупица! Зачем я вообще сказала, что Вито...

— Сексуальную? — почти крикнула она. — Ладно, чего ты мне не рассказываешь?

На самом деле много. Я притворяюсь дурочкой. — Ты его видела?

— Э, нет. Я имею в виду, что-то вроде того. На расстоянии, но я в основном видела боковую часть его головы.

— Он довольно горяч, Вэл. Не то чтобы меня это волновало.

— Конечно, конечно. — Она медлит. — Ты спала с ним?

Вэл знает меня слишком хорошо. И я ненавижу лгать ей. Но моя одноразовая связь с Вито уйдет со мной в могилу. Достаточно плохо, что мой брат знает. — Нет! Во-первых, он женат. Во-вторых, он слишком стар для меня. И, о, если кто забыл — он украл у нас винодельню.

— Ладно, ладно. Успокойся. Я только что получила предчувствие, но оно явно было неверным. Так что, расскажи мне, что ты планируешь. Может, Лука мог бы одолжить тебе…

— Ни за что. — Я перестаю завязывать шнурки на рабочих ботинках и выпрямляюсь. — Я не хочу впутывать ни тебя, ни твоего мужчину. Это мило с твоей стороны, что ты предлагаешь, но я ни у кого не буду занимать деньги. Особенно у своей лучшей подруги.

— Ну, это все равно не сработает. Лука только что сказал мне, что предложил отдать Вито деньги, а Вито сказал нет.

Вот мудак. Конечно, он отказался.

— Думаю, я останусь здесь на некоторое время. Нужно у бедиться, что мои инвестиции используются разумно.

— Он такой придурок, — говорю я и возвращаюсь к своим шнуркам.

— Хм. Может, это будет хорошо в долгосрочной перспективе. Как Лука и траттория.

Я хмурюсь, глядя в пол. — Вэл, он не фея мафии, которая платит за дерьмо издалека, как Лука. Вито теперь владеет большей частью винодельни. Майки и я вместе владеем только тридцатью процентами — и Вито хочет сменить название.

— Уф, — бормочет Вэл. — Это жестоко. Но, может быть, ты сможешь убедить его оставить это.

Мне придется. Потому что перспектива исчезновения винодельни Fiorentino навсегда для меня слишком ужасна. — Слушай, мне пора. Работа не ждет.

— Ладно, иди и ухаживай за своими лозами. Только постарайся не злить Вито. Я не хочу о тебе беспокоиться.

— Тебе не о чем беспокоиться. Я буду обращаться с ним так, как он того заслуживает.

— Блядь. Вот этого я и боюсь.

— Позже, детка! — Я отключаюсь и засовываю телефон в карман пальто.

Я люблю Вэл, и нет причин портить ей отпуск своими проблемами. Они с Лукой отвратительно счастливы вместе, и они заслуживают беспокоиться о себе, а не обо мне.

Несколько минут спустя, сжимая в руке в перчатке кружку горячего кофе, я выскальзываю из дома и закрываю дверь. Я так и не потрудилась ее запереть. Никто не вломился бы в дом моих родителей здесь, на территории винодельни. Даже если кто-то может беспрепятственно бродить по территории, все в городе знали, что внутри ничего ценного нет.

Холодный воздух хлещет меня по лицу, и я глубже зарываюсь в пальто. Январь в долине Гудзона не для слабонервных, особенно ранним утром. Но спать подольше нет возможности. Я встаю около пяти тридцати или шести каждый день — даже когда я задерживалась допоздна накануне. Я не сплю дольше семи часов с тех пор, как умерли мои родители.

Лозам все равно, устала ли я.

Каждый раз, когда я жаловалась на ранние утра, мой отец повторял эти слова. Я так сильно по нему скучаю. Ничего из этого беспорядка не случилось бы, если бы мои родители были здесь. К черту тех мотоциклистов, которые съехали с дороги на машину моего отца и заставили его врезаться в дерево.

Главное здание маячит впереди, темное и тихое. Майки и Селеста работали на мероприятии вчера вечером, так что я не ожидаю увидеть их в ближайшее время. Я не осталась, чтобы помочь. Мысль о том, чтобы улыбаться и разливать напитки, будучи вынужденной смотреть в лицо моего брата всю ночь, вызывает у меня желание совершить насилие. Я поговорю с Майки, но не раньше, чем успокоюсь.