Чтение онлайн

Тот смиренно, без лишних вопросов склонил седую голову, безоговорочно принимая ее волю.

— На все вопросы императора или его цепных псов на протяжении последующих двух недель отвечай одно: я нахожусь между жизнью и смертью. Балансирую на грани. Понял? Никто не должен в этом сомневаться.

— Как скажете, ваше величество! Можете на нас положиться! — покорно ответил главный лекарь, пятясь к дверям вместе со своими помощниками.

Когда они покинули спальню, вдовствующая императрица медленно перевела взгляд на свою главную камеристку, которая застыла у изножья кровати, ожидая приказов.

— Наведайся к министру обороны, — приказала она. — Сделай это тайно, через черные ходы. Пришло время отцу Реджины помочь мне посадить его глупую дочь на трон. Передай ему: пусть наведет смуту в верховном совете. Пустит слух, что внезапное, предсмертное состояние вдовствующей императрицы напрямую связано с тем, что его величество Олден решил перечеркнуть многовековые устои и поселил в своих покоях Аэлину, прогневив тем самым богов и духов предков! Я заставлю его выгнать эту девку не только из своего дворца, но и из своей жизни!

* Ксандр *

Огромный зал Совета сегодня напоминал притихший, затаившийся террариум. Я стоял по правую руку от императорского трона, привычно держа ладонь на эфесе меча. Мой немигающий взгляд скользил по лицам собравшихся верховных лордов.

На очередной совет стянулась вся столичная верхушка.

Олден сидел на своем троне, откинувшись на высокую спинку. Его лицо было непроницаемым, пока перед ним один за другим распинались министры, зачитывая свои доклады.

— Ваше величество, смею доложить, что урожай в северных провинциях собран без потерь, — монотонно вещал лысеющий министр земледелия, перелистывая плотный пергамент. — Зернохранилища столицы заполнены на восемьдесят процентов, что гарантирует нам сытую зиму.

Олден лишь скупо кивнул, не проронив ни слова.

Едва министр с поклоном отступил в толпу, его место тут же занял один из заместителей главы казначейства — тучный лорд с бегающими глазками и влажными ладонями.

— Что касается сбора налогов с торговых гильдий на южном тракте, мой император, — он льстиво изогнулся, — то план практически выполнен. Но смею напомнить о недавних весенних паводках в западном уезде. Поступления в казну оттуда ожидаемо снизились. Местным чиновникам срочно требуются дополнительные золотые дотации на восстановление торговых дорог и разрушенных переправ...

Я стоял и молча наблюдал за этим парадом. Олден выслушивал рутинные отчеты о дорогах и зерне не перебивая, словно был согласен с каждым словом. Но я, зная его не первый год, был уверен: внутри у императора сейчас всё кипит от ярости. Он осознавал цену этим «паводкам».

Когда последний докладчик закончил свою заученную речь и почтительно поклонился, в зале повисла вязкая тишина. Все формальности были соблюдены. Теперь настало время для того, ради чего они все здесь на самом деле собрались.

Я зорко отслеживал малейшие движения в толпе. Вот лорд Веймар, всегда выступавший негласным лидером оппозиции, едва заметно, воровато переглянулся со своими соседями. Уловив этот короткий обмен взглядами, я подобрался. Сейчас начнется.

Один из советников, нервно кашлянул в кулак, делая шаг вперед из шеренги.

— Ваше величество, — начал лорд Торн елейным, нарочито осторожным тоном, — весь совет, да и вся столица, крайне обеспокоены. Позвольте поинтересоваться здоровьем ее величества вдовствующей императрицы?

Олден сделал медленный, тяжелый вздох, всем своим видом показывая глубокую сыновнюю печаль.

— Пока всё без изменений, — ровно ответил император.

Советники притихли, переваривая ответ. Затем другой лорд — сухонький, желчный старик — показательно вздохнул, склонил седую голову и вступил в игру:

— Это просто ужасно, мой император. Уже шестой день ее величество находится во дворце, не приходя в сознание. Ей денно и нощно занимаются лучшие, самые проверенные лекари империи, но… улучшений всё нет.

Олден промолчал, скрестив пальцы на коленях, терпеливо ожидая продолжения этого спектакля.

— За что же небеса так страшно разгневались на правящую семью? — в итоге с придыханием выдохнул старик, казалось, даже задерживая дыхание в ожидании реакции правителя.

Я недобро сощурился, рука машинально крепче сжала эфес меча. Конечно же, прекрасно понимал, к чему эти прожженные интриганы ведут. Они намекали. Тонко, завуалированно, но вполне однозначно намекали на то, что это именно Олден навлек беду на дворец! Тем, что отверг вековые устои, пошел против воли предков и перевез Аэлину в свои личные покои.

Вот только прямо, открытым текстом сказать об этом у всего совета не хватало духу. Они помнили свою прошлую попытку. Знали, что Олден может привести данную им угрозу в исполнение и жестоко наказать их за любые выпады против императрицы. Поэтому только жалкими, трусливыми намеками им и оставалось сеять смуту, пытаясь сыграть на чувстве вины императора за умирающую мать.

На губах Олдена медленно растянулась опасная, угрожающая улыбка. Улыбка хищника, который только что дождался, когда жертва сама зайдет в заботливо расставленный капкан.

— И каково же ваше мнение, лорд? — обманчиво мягко спросил Олден. — За что именно небеса могли так разгневаться на нас?

Весь совет притих. Старики замерли, понимая, что ступили на очень тонкий, трескающийся лед.

— На самом деле, — тяжело вздохнул Олден, нарушая эту звенящую тишину, — я и сам считаю, что разгневал небеса.

Советники мгновенно вскинули на него торжествующие взгляды. Они смотрели на Олдена, словно стая голодных гиен, которые нападают только исподтишка и теперь почуяли слабость вожака. Они думали, что он сломался. Что сейчас признает свою «ошибку» с переездом жены.

— Я разгневал их тем, что позволил скверне так долго цвести прямо у подножия моего трона, — жестко, чеканя каждое слово, продолжил император.

Растерянность, мгновенно сменившая триумф на лицах стариков, была великолепна!

— Я виноват в том, что был слишком беспечен! Что годами доверял вам!

Советники тут же в панике выпрямились по струнке смирно. Они хлопали глазами, совершенно не понимая, что сейчас происходит, в чем конкретно их обвиняют, и как так быстро их уверенное, спланированное наступление переросло в глухую оборону.