Чтение онлайн

— Сюрприз ей будет знатный, — едва заметно, уголками губ улыбнулась Аэлина. Она уже привычным, бессознательным жестом погладила свой пока еще плоский живот. — Посмотрим, оценит ли она такую сыновнюю заботу.

Покои вдовствующей императрицы (В это же время)

Утро в этой части дворца выдалось не менее прекрасным. Яркое солнце пробивалось сквозь плотные шторы, снаружи заливались беззаботным пением птицы.

Вдовствующая императрица медленно открыла глаза, сбрасывая остатки сна, и сделала глубокий вдох. Тело затекло от долгого лежания в одной позе, но разум был кристально чист и холоден.

Вчерашний день принес ей немало горьких, отравляющих душу эмоций. Олден навел суету во время совета, и ее план — надавить на сына через верховных министров, чтобы он выселил Аэлину из своего дворца — осыпался прахом. Злило ли это вдовствующую императрицу? Несказанно!

Она вчера пребывала в такой слепящей ярости, когда отец Реджины тайно передал ей короткое послание через ее верную, главную камеристку. Министр обороны писал, что император словно с цепи сорвался.

Вдовствующая императрица прекрасно понимала, что Олден обязательно прижмет кого-то к ногтю, чтобы показать свою силу. Успокаивало ее лишь одно: те верховные чиновники, которых она лично прикармливала на протяжении стольких лет и которые составляли костяк ее оппозиции, никогда не трогали казенные средства. Она строго-настрого им это запрещала! Они воровали власть, а не золото. И они слушались ее беспрекословно, потому что до животного ужаса боялись, зная, на что способна эта женщина в гневе. Так что те проворовавшиеся идиоты из казначейства и министерства чинов, которых, судя по всему, ночью накрыл Ксандр, к ее личной свите отношения не имели.

Но сам факт того, что сын вышел из-под контроля, приводил ее в бешенство.

— Глупец… — злобно выдохнула вдовствующая императрица в пустой спальне.

Она рывком откинула одеяло и спустила босые ноги на пушистый ковер. Спина привычно выпрямилась. Нужно было срочно позвать свою камеристку, Гретту, которая служила ей верой и правдой много лет, и передать через нее новые инструкции для отца Реджины.

Императрица-мать сделала шаг от кровати, намереваясь подойти к колокольчику, как вдруг тяжелая дверь ее спальни тихо, без стука распахнулась.

На пороге появилась служанка. Совершенно незнакомая, молодая девица в строгой униформе дворцовой прислуги.

Заметив стоящую посреди комнаты на собственных ногах вдовствующую императрицу, которая еще вчера якобы находилась в глубочайшей, предсмертной коме от яда, девушка застыла. Глаза служанки округлились. А затем она поспешно, низко склонила голову.

— Ваше величество! Приветствую! — с неподдельной радостью и дрожью в голосе затараторила девчонка. — Вы… вы наконец-то пришли в себя! Вы встали! Небеса поистине милостивы к нам!

Вдовствующая императрица остолбенела.

Шок ледяной волной прокатился по ее венам, парализуя мышцы. Она не понимала, что происходит. Что это за девка?! Откуда она вообще здесь взялась, если вход в эти покои был строжайше запрещен чужакам?! Где ее верная камеристка?!

Сердце старой интриганки пропустило болезненный удар. Паника начала подниматься к горлу. Посторонний человек только что увидел то, что не должен был видеть никто: вдовствующая императрица не немощная, умирающая ветошь, а вполне себе здоровая, полная сил женщина! Ее легенда, ее идеальное прикрытие, ради которого она продырявила себе ногу, была разрушена в одну секунду!

— Кто ты такая? — ледяным, пробирающим до самых костей тоном спросила вдовствующая императрица, испепеляя служанку взглядом, полным неприкрытой угрозы.

— Прошу прощения, ваше величество, — девчонка вздрогнула и поклонилась еще ниже, — я ваша новая камеристка. Меня назначили сегодня утром…

— Что?! — приглушенно рыкнула вдовствующая императрица. Ее руки инстинктивно сжались в кулаки. — Что за чушь ты несешь?! Мне не нужна новая камеристка! У меня она есть!

— Уже нет, ваше величество, — тихо, всё так же не поднимая головы, ответила новая служанка. В ее голосе слышалось искреннее сожаление, но и непреклонность приказа. — Его величество император ранним утром лично заменил всю вашу прислугу ради вашей же безопасности. Те, кто служили вам ранее и не уберегли вас от змеи, были с позором выдворены за ворота дворца. Навсегда.

* Ксандр *

Глубокая ночь окутала столицу, но в кабинете императора ярко горели свечи. Я стоял у окна, скрестив руки на груди, и смотрел на опустевший, залитый лунным светом двор, пока Олден за столом перебирал бумаги.

Дворец спал. Стража на постах несла свою службу с безупречной бдительностью. А мы с правителем подводили итоги последних, невероятно насыщенных дней.

Почти треть верховного совета потеряла свои насиженные места. Зачистка прошла стремительно и без малейшей оглядки на древние родословные. Наказание, которое Олден утвердил для прогнивших министров казначейства и министерства чинов, было суровым, но справедливым: пожизненная ссылка на северные земли. Причем не только для самих проворовавшихся чиновников, но и для их семей. Лишение всех титулов, конфискация поместий и передача всего украденного, до последней золотой монеты, обратно в государственную казну империи. Те, кто покупал титулы, будут публично высечены плетью, лишаясь чинов. Чтобы ни у кого больше не возникало подобного желания.

Совет поредел. Дышать во дворце стало легче. Оставшиеся старики, осознав, что неприкосновенных больше нет, притихли, словно мыши под веником. Эта показательная порка дала потрясающий результат: теперь никто из них даже близко не посмеет открыть свой рот поперек воли Олдена.

Особенно их пыл поубавился после того, как сегодня утром стало известно: вдовствующая императрица наконец-то пришла в себя после укуса змеи. Эта новость успокоила многих суеверных аристократов при дворе. Для них это означало лишь одно: небеса не разгневались на императора за то, что он принялся менять устои, а наоборот — одобряют его действия. Правитель всё делает правильно. Боги на его стороне.

— Места в министерстве чинов пустуют, — задумчиво произнес Олден, откидываясь на спинку кресла и потирая переносицу. — И заполнять их кем попало я не намерен.

— Разумное решение, ваше величество, — кивнул я, отходя от окна.

— Нам нужны новые люди, Ксандр. Молодые, хваткие, неподкупные. Такие, кто служит империи, а не звону золота в собственном кармане, — император посмотрел на меня с легким прищуром. — Я думаю, нам стоит повысить Диаса.

Я едва заметно улыбнулся.

— Он очень сильно нам помог, — продолжил Олден. — Сделал то, на что далеко не каждый осмелился бы пойти, рискуя головой под носом у верховных министров. Я хочу дать ему чин. Повысить в ранге и ввести главой в министерство. Он не только выходец из элитной цитадели Железного Ветра — пусть и не прошел обучение до конца в связи со здоровьем, — но и имеет уникальный талант в поиске зацепок и анализе документов. Диас верен империи. Он слушает голос совести и чести, а не жадности. Именно такие люди должны находиться в моем совете. Со временем я заменю там каждого, кто не достоин своего места. А таких, как показала практика последних дней, предостаточно.

— Это будет мудрое назначение, — согласился я, искренне радуясь за парня. Он заслужил выйти из пыльных архивов.

— Пусть Диас придет ко мне завтра утром, — распорядился император. — Я лично вручу ему указ о назначении.

Я тяжело вздохнул и, невольно отведя взгляд в сторону, тихо произнес:

— Боюсь, ваше величество, что завтра с утра у него не получится явиться на аудиенцию.

Олден удивленно нахмурился, его брови поползли вверх. Отказывать императору было не принято.

— Почему? Что-то случилось? — в его голосе прозвучала искренняя тревога.

— У него… волнения в семье, — глухо ответил я. — Его супруга, Оленсия, уже вторые сутки не может разродиться. Он прислал мне весточку час назад. Диас места себе не находит от отчаяния. Нанял самую лучшую повитуху, но… всё без толку. Ребенок не идет.

В кабинете повисла давящая тишина. Олден, не понаслышке знающий, что такое страх за жизнь любимой женщины и нерожденного ребенка, сильно побледнел. В его зеленых глазах мелькнула тень старой, еще не зажившей боли.