Чтение онлайн

Пламенная речь не произвела на Викторию Ивановну должного впечатления, она поправила на носу очки и как ни в чём не бывало продолжала изучать сайты авиакомпаний.

– Ты, Вадик, не тела лишился, а ума...
– спокойным голосом проговорила Темнова.
– Когда вернёмся? А если уже не вернёмся? Вот представь: не получится у нас вернуть мне молодость... Дальше что?! Оба на тот свет? И потом, просто поверь мне: это - не спешка, это - счастливый случай, что старая цыганка тебя увидела... Вот! Нашла! Всего-то сорок тысяч евро в оба конца, и два дня на месте... Отлично!

– Какие сорок тысяч, мы что, на ракете полетим?

– Мы полетим чартером... Небольшой самолёт, взятый нами в аренду на три дня, доставит нас практически до места. Думаю, за пару дней управимся и туда, и обратно...

– Я тебя не пущу!
– зашипел Вадик.
– Слышишь! Не пущу!

– Попробуй!
– засмеялась Вика.

Она встала, взяла сумочку и, шагнув сквозь прозрачный силуэт возникшего напротив Вадима, вытащила из неё банковскую карту.

– Сделай милость, помолчи... Я сейчас формальности улажу и оплачу рейс... А потом... Возмущайся сколько душе угодно.

– Это - дискриминация! Ты игнорируешь моё мнение!

– Исключительно ради твоей пользы... Ты, наверное, забыл, что сейчас твоя судьба хранится в «коконе неприкосновенности»... Но когда ты снова вернёшься в своё тело - кокон исчезнет... Ты должен будешь сам проживать свою жизнь. А там что? Родовое проклятье! И если мы можем его остановить, значит - будем останавливать! И потом, что за споры из-за трёх дней?! Это что, так критично?

– Мне не нравится, когда ты тратишь на меня свои деньги...

– Ничего, потерпишь!
– отшутилась Вика.
– Если тебе от этого так плохо, то можешь вернуть, когда получишь наследство Большовой...

– Договорились...
– пробурчал Ракул.
– Но не более трёх дней! Если что-то пойдёт не так... Бросим и вернёмся. Слышишь меня?

– Угу...
– промычала Вика и нажала кнопку «оплатить»...

Глава 8

Уже вечером следующего дня госпожа Темнова, простившись на двое суток с любезной бортпроводницей, покинула салон симпатичного «Hawker 800», приземлившегося в аэропорту Кишинёва.

Монастырь Курке оказался известной достопримечательностью, и таксисты наперебой предлагали пожилой даме свои услуги. Уговорил её самый красноречивый парень, который был родом из ближайшего к монастырю села. Он даже пообещал договориться с ночлегом в гостином дворе монастыря, сославшись на знакомых священников. Виктория Ивановна, долго не раздумывая, согласилась.

Осенний день выдался тёплым и солнечным. Дорога плавно изгибалась вдоль фермерских полей. Желтеющие прямоугольники скошенной пшеницы соседствовали с участками, на которых виднелись невысокие зелёные побеги.

Вика вдруг вспомнила, как визуализировались её отношения с Ракулом в секторе «беж».

Пшеничное поле!

«Интересно, это всего лишь дружба, или плодоносящие колосья - намёк на что-то большее...», - мелькнула у неё мысль.

– Озимая пшеничка, - пояснил водитель, перехватив через зеркало заднего вида заинтересованный взгляд пассажирки.
– Сеем пшеницу, рожь, спельту...

– Спельту?
– новое неизвестное слово заинтересовало Темнову.
– Это что?

– Спельта, полба - разновидности дикой пшеницы, их ещё в древнем Египте выращивали. Теперь они типа модного тренда, как экологически чистая продукция... Европа закупает...

Водитель оказался не только знатоком-аграрием, но и отличным экскурсоводом. Всю дорогу удивительные - а порой, и мистические истории здешних мест - заставляли Вику на время позабыть о личных невзгодах.

– А вы просто путешествуете или какую-то конкретную цель имеете?
– поинтересовался шофёр с «краеведческим» уклоном.

Вика задумалась, стоит ли посвящать незнакомца в свои планы, но, вспомнив указания Черген замечать в происходящем знаки, решилась задать волнующий её вопрос:

– Мне нужно встретиться с Иордаке Куркь, - медленно произнесла она.

От удивления парень резко затормозил и, развернувшись, уставился на Темнову.

– Вы, это... Так не шутите... Иордаке Куркь умер уж двести пятьдесят лет тому назад.

– Я тебе говорил, не надо было сюда мчаться как ошпаренным, - раздался над ухом голос Ракула.
– Посмеялась надо мной цыганская ведьма. У нас в роду от их племени одни неприятности!

– Перестань!
– отмахнулась Вича.

– Что значит, перестань?
– обиделся водитель, приняв услышанное на свой счёт.
– Иордаке Куркь - наша легенда.

Тут, правда, у него «краеведение» возобладало над обидой, и таксист начал пересказывать эту легенду:

– Говорят, в этой части кодр долгое время промышляла грабежами шайка разбойников, главарём которой был сам Иордаке Куркь. Как-то под вечер бандиты увидели на дороге мужчину и женщину. Они напали и убили обоих, но когда стали обыскивать трупы, то главарь узнал в убитых собственных родителей. Тогда Иордаке покаялся, основал скит и принял монашество. Его примеру последовали и дружки-разбойники. Иордаке Куркь был жителем села Морозены. А монашество принял под именем Иоанн. Он своими руками построил деревянную церковь, названную в честь святого великомученика Дмитрия. Основал скит, где и стал настоятелем. Было это аж в 1773 году. Только через сто лет его скит был преобразован в монастырь. Так-то, вот... Поэтому посетить основанное Иордаке место вы, конечно, можете... Но с ним встретиться... Даже не знаю, что вам и сказать...

– Я не так выразилась, - попыталась выкрутиться Вика.
– Я имела в виду: иносказательно встретиться...

– А-а-а...
– протянул водитель.
– Духовные практики и всё такое... У нас тут разный народ приезжает. Бывают и эзотерики разные. Есть тут заброшенная турбаза, прямо в кодре. Так там они по ночам духов вызывают... По гортопам-оврагам лазают, костры жгут... Но вы - женщина солидная, вы вряд ли по этой части... Через десять минут будем около монастыря, давайте я вам телефончик оставлю, если надумаете ещё куда прокатиться - позвоните.

Щедро пожертвовав на ремонт монастыря, Вика оставила вещи в чистой крохотной комнатке и пошла осматривать территорию.

– Госпожа!
– окликнул её молодой послушник.
– Вот возьмите специальные формы на всякий случай, если захотите заказать поминальную молитву по усопшим - напишите имена на этой бумаге, - он протянул Вике квадратный листок с большим чёрным штампом, на котором были изображены три купола с крестами и два ряда надписей на молдавском языке.
– А если за здравие - на этом бланке пишите...
– и протянул листок с точно таким же штампом, но выполненным красной тушью.