Чтение онлайн

— Ты думаешь, Кейли сможет приехать за тобой, если я не вернусь вовремя? — спрашивает он так, словно беспокоится о том, как я доберусь домой.

Я утвердительно киваю, а затем говорю ему:

— Послушай, есть пара вещей, которые ты должен знать о машине, — пытаюсь объяснить я, но он быстро перебивает.

— Серьёзно, я думаю, что понял. Это микроавтобус. Насколько он может отличаться от любого другого транспортного средства? — он направляется к лифту.

— Хорошо, но просто чтобы ты знал, как т… — продолжаю я прямо у него за спиной.

— Лорен, я понял. Это не операция на мозге. Я справлюсь, — затем он садится в лифт, и двери закрываются.

Я смотрю на Кармен.

— О, ну, я пыталась предупредить его, что диск «Холодное сердце» застрял в плеере, и «Let it go» постоянно повторяется, — я слегка пожимаю плечами, прежде чем повернуться и пойти обратно за свой стол. О, как бы я хотела быть мухой в этой машине прямо сейчас!

В ту же минуту, как мне позвонили, я понял, что это связано с Лорен. С тех пор как она вошла в мою жизнь, это была череда сумасшедших, хреновых эпизодов один за другим. Я ещё никогда не хмурился больше, чем в последнее время, но я также могу признать, что и смеялся я больше, чем когда-либо. Она пробуждает во мне не только этот безумный, абсурдный ужас, но и весёлую, глупую, игривую сторону, о которой я даже не подозревал.

Месяц назад я бы уволил её без раздумий, но сейчас она увольняется почти каждый день, улыбаясь каждый раз, когда подает мне заявление.

А вот то, что она не оплатила мои штрафные квитанции, было ударом ниже пояса. Моя машина — мой малыш — была конфискована, а у меня важная встреча с Денисом в ресторане, чтобы мы могли завершить пару дел.

Теперь я выхожу из офиса с ключами от её автобуса в руках. Ладно, это не настоящий автобус, но он чертовски близок к нему.

Я нажимаю «разблокировать» на брелоке и сажусь. Мои колени прижимаются к приборной панели, а руль так близко, что практически перекрывает доступ воздуха к моему грёбаному горлу. Я нащупываю сбоку кнопки, чтобы изменить положение сиденья и получить немного места для ног.

Как только я оказываюсь в нужном положении и кровообращение возвращается к моим конечностям, я нажимаю кнопку стартера без ключа, и машина сразу заводится.

Я пристёгиваюсь и отправляюсь в путь. Тихая музыка играет на заднем плане, потом внезапно машину начинает заполнять женский голос.

Мягкий поначалу, хоть и немного раздражает, поэтому я нажимаю кнопку на сенсорном экране, чтобы переключиться на радио. После первого клика ничего не происходит, поэтому я повторяю попытку. И снова ничего не происходит.

Я слишком занят, пытаясь пробиться сквозь поток машин на этом чудовищно огромном транспортном средстве, поэтому я пытаюсь просто заблокировать звук. И я в какой-то степени преуспеваю, до тех пор, пока не начинаются крики, которые пугают меня до чёртиков. Кто-то вопит о том, чтобы отпустить это [11] .

Что это, чёрт возьми, такое? Я снова жму кнопку, на этот раз спутникового радио, но всё ещё звучит грёбаная песня о том, чтобы отпустить это. Голос становится всё выше и выше. Музыка становится всё громче и громче, пока я отчаянно пытаюсь её выключить.

Не в силах заглушить этот текущий Лорен-зависимый кошмар, я хватаю свой телефон, набираю её номер, всё ещё пытаясь уменьшить громкость, но безуспешно.

Она берёт трубку после первого же гудка.

— Да, — отвечает она, явно раздражённая тем, что я беспокою её, если судить по тону голоса. Что ж, хорошо, я тоже раздражён.

— Что-то не так с машиной, — кричу я в телефон, который держу в руке, и нажимаю на экран, включив громкую связь.

— Ну, что бы ты ни сделал, отмени это, — советует она, а затем продолжает. — Я говорила тебе до того, как ты взял её, что, если ты сломаешь что-то, ты заплатишь за это.

Я издаю тяжёлый вздох.

— Я ничего не сломал. Я не могу выключить радио.

Тем временем песня началась — снова — голос врывается с долбаным «отпусти это».

— О, это, да, я знаю. Я должна съездить на диагностику. Как будто она замёрзла, — говорит она и тут же начинает смеяться над собой. — Понял? Замёрзла? [12] .

Я пялюсь на телефон, задаваясь вопросом, действительно ли это происходит, действительно ли я веду этот разговор.

— Я не понимаю, — фыркаю я, пока леди поёт о том, что холод всё равно её никогда не беспокоит. — Как, чёрт возьми, мне заставить её заткнуться? — я перекрикиваю музыку.

— О, ну да… я не знаю. Я попыталась погуглить, но ничего не вышло, — я слышу, как она печатает, словно этот разговор её совсем не волнует.

— Ты погуглила это, — невозмутимо отвечаю я, а затем переспрашиваю, потому что, конечно же, я ослышался. — Ты погуглила это?

Я практически слышу, как она закатывает глаза.

— Да, я погуглила это. Что ещё мне оставалось делать? Google знает всё.

— Лорен, у меня вот-вот лопнут барабанные перепонки, если мне придётся продолжать слушать, как эта девушка всё твердит и твердит о том, что всё прошло, и грёбаный холод никогда её не беспокоил. Как мне отключить это дерьмо? — я касаюсь каждой кнопки на экране.

— Ты не одинок в этом. Я просто не знаю, что делать. Думаю, мне нужно позвонить дилеру, — её голос ровный.

— Ты должна позвонить им в следующую же минуту, как позвонишь на штрафстоянку, и выяснишь, как, дьявол побери, вернуть мою машину, — огрызаюсь я, как раз перед тем, как радио снова кричит «отпусти».

— Да, да. Я этим занимаюсь. Это всё, что ты хотел? — она отмахивается от меня. Как раз в тот момент, когда снова начинается фортепианный рифф.

— Всё, — ворчу я. — Слава богу, я только что приехал на свою встречу. Эта грёбаная песня — саундтрек из ада, я уверен, — заявляю я, прежде чем отключиться и заглушить машину. Конечно, я потрясён и встревожен тем, что всё ещё слышу, как эта песня играет. Только когда я открываю дверь, радио, наконец, выключается. Я надеюсь, на самом деле молюсь, что магнитола перезагрузится сама. Схватив ключи и телефон, я закрываю дверь и даже не думаю запереть фургон, уверенный, что Лорен повезёт, если кто-нибудь его угонит.

Когда я открываю дверь в ресторан, в нос ударяет запах дерева и краски. Это моя любимая часть работы. Создавать что-то. Может, у меня и не очень хорошо с руками, но у меня есть дар видения и концептуализации, за что мне и платят.

Денис подходит ко мне, одетый в свои обычные брюки-карго и строительные ботинки.

— Эй, ты выглядишь намного лучше, чем в прошлый раз, — он протягивает свою руку, чтобы пожать мою. Без шуток, я чуть не умер, когда он видел меня в последний раз. Я просто киваю ему и направляюсь в бар, где разложены планы.

Я поднимаю взгляд на убегающую вверх превосходную лестницу. Отмечаю, что стеклянные блоки установлены именно так, как я предполагал, чтобы, когда посетители поднимаются по лестнице, они могли видеть сквозь них нижний этаж. Закруглённые кабинки отлично подойдут для группы друзей, которые хотят уединения; каждую кабинку также можно увидеть снизу. Я не могу дождаться, когда придут и будут развешены драпировки, завершив образ, к которому я стремился — как уютный форт. Сексуальный, первоклассный, но всё ещё уютный форт, очевидно.