Истинная красота
Шрифт:
Его брови поползли вверх.
— Своему делу?! Но разве это дело не двоих человек? Разве оба не должны желать одного и того же?
Джейн уже начинал раздражать этот разговор.
— Что ты хочешь от меня?! Хочешь моего тела, вот оно, перед тобой. Можешь пользоваться им. Больше ничего другого у меня для тебя нет!
Ее слова как пощёчина ударили по его самолюбию. Бенедикт резко отстранился от нее.
— Ты спросила, чего я от тебя хочу, так вот, мне от тебя ничего не нужно, — в голосе сквозили стальные нотки. — Можешь оставить свое тело при себе. Мне не доставляет удовольствия принуждать кого бы то ни было к тому, чего он не желает. Мои чувства к тебе искренни и чисты, и я считаю ниже своего достоинства опускаться до насилия над женщиной. Так что можешь выдохнуть, я не притронусь к тебе, — и отодвинувшись от нее на другой конец кровати, улёгся спать.
Джейн потеряла дар речи, когда так внезапно избежала исполнения супружеского долга. Она бросила украдкий взгляд на Бенедикта, всё ещё не веря в происходящее.
Ей бы следовало радоваться, что он отстал от неё, но на душе скребли кошки. Пусть и не прямо, но она дала ему понять, что он ей противен, и теперь ее мучило чувство вины. Как же она устала всё время испытывать именно это чувство! С первого дня, как оказалась в Арунделе, оно не переставало мучить ее. Разве это ее вина, что вместо Бенедикта ее сердце сделало выбор в пользу Уильяма? Разве могла она приказать сердцу полюбить первого и забыть второго? Вот и сейчас, разве она виновата, что не хотела его прикосновений? Если бы вместо того, чтобы разглядывать ее лицо, просто приступил к исполнению своего долга, она бы и слова ему не сказала, пусть это и было ей не приятно. Но он зачем-то принялся лезть в ее душу и выяснять, противен он ей или нет. А что она могла ему ответить? Поэтому, сам виноват! А ей не за что себя винить. Наоборот, теперь она может спать спокойно.
Уняв свою совесть, Джейн поудобнее устроилась на постели и закрыла глаза.
«А как долго Бенедикт будет ждать ее согласия?! Не может же он терпеть вечно?!» — неожиданно ворвался в ее сознание голос разума.
Глава 17
Джейн открыла глаза и ее взгляд упёрся в свисающий с потолка балдахин. Она не могла понять, сколько сейчас было времени. Судя по проникаемому через закрытые шторы свет, уже рассвело. А ещё, она не могла понять, лежит одна или Бенедикт все ещё находился рядом с ней. Ширина кровати позволяла двоим людям спокойно разместиться на ней и даже не касаться друг друга. Джейн слегка повернула голову и бегло осмотрела другой конец кровати. Та оказалась пуста. Это обстоятельство порадовало ее. Теперь можно не волноваться и спокойно выбраться из под одеяла. Но как только Джейн встала, тут же поспешила вызвать служанку. Не хватало ещё, чтобы Бенедикт вернулся в покои и застал ее в таком виде.
Когда через несколько минут дверь в комнату открылась, Джейн судорожно схватила одеяло и прикрыла им себя. Но слава богу, это была всего лишь ее служанка.
— Вы звали меня, миледи?
Небрежно отбросив одеяло обратно на постель, Джейн посмотрела на нее.
— Мне нужно одеться. И по-скорее! — не терпящим отлагательства тоном добавила она.
Джейн переживала, что в любую минуту Бенедикт мог вернуться в комнату. Услышав ее слова, служанка заторопились и спешно прошла к гардеробу. Она достала из шкафа несколько платьев и показала их новоиспечённой герцогине. Джейн было абсолютно всё равно, какой выбрать наряд, лишь бы успеть облачиться в него. Поэтому, почти не гладя, указала рукой на нежно голубое платье.
Пока служанка помогала ей надеть его, Джейн смотрела на всё ещё зашторенные окна.
— Сколько сейчас времени?
— Около половины девятого.
— Значит завтрак еще не подавали.
— Нет, миледи.
— А ты не знаешь, где мой муж?
— Лорд Бенедикт в своем кабинете. Вместе с ним леди Норфолк.
Джейн недовольно хмыкнула. Только бы сыночек не нажаловался матери на неудавшуюся ночь. Она не выдержит ещё одного разговора с Маргарет. Теперь постель — это их с Бенедиктом сугубо личное дело и никто не должен вмешиваться в то, что происходило в супружеской спальне.
Когда Джейн оказалась полностью одетой и ее больше не волновал внешний вид, разрешила служанке открыть окна. Тут же на полу появились белые островки солнечных лучей. Комната наполнилась мягким утренним светом.
Чтобы до конца быть готовой показаться на глаза людям, Джейн осталось прибрать волосы. Вскоре, служанка уже укладывала их в модную прическу.
Ровно в девять Джейн спустилась вниз. После праздника в доме ещё оставалось полно гостей, но когда она вошла в столовую, за столом сидело не больше десяти человек, в числе которых были Бенедикт, Маргарет и Уильям.
При появлении Джейн, мужчины повставали со своих мест и сели только тогда, когда она опустилась на стул.
Джейн казалось, после свадьбы ей станет легче и больше не придется смущаться и бояться поднять глаза на любого члена семьи Норфолк. Но она снова ошибалась. Сейчас ей всё так же было неловко перед каждым из них. Вчерашний разговор с Бенедиктом заставлял стыдиться своего поведения и слов. Да и что она могла увидеть в его глазах? Недовольство? Разочарование? Осуждение? Нет, она не будет на него смотреть.
На Маргарет тоже было совестливо поднять глаза. Вдруг, она в курсе того, что этой ночью произошло между ней и Бенедиктом и теперь осуждает ее. А на Уильяма ей тем более не стоило смотреть. Горечь от несбывшихся надежд до сих пор терзала душу и заставляло сердце тонуть в пучине мрака и беспросветной тьмы. Как же ей хотелось сбежать по дальше от них от всех!
Пока Джейн мысленно настраивалась на совместный завтрак, за столом велась непринужденная беседа о прошедшей свадьбе. Немногочисленные гости выражали леди Норфолк свое восхищение тем, как хорошо она устроила прием. Все заверяли ее, что по своему масштабу и значимости этот праздник затмит даже предстоящий лондонский сезон. Все только и будут говорить о браке герцога Бенедикта Норфолка и его прелестной жены. Леди Джейн своей красотой затмит всех столичных красавиц. Кто-то даже пошутил, что Бенедикту стоит хорошенько подумать, прежде чем решить отправиться в Лондон.
Для Джейн весь этот разговор был полнейшим сюрпризом. Она почти не думала о том, что теперь ее статус делал ее заметной фигурой в высшем свете и хотела она того или нет, но ей нужно полностью соответствовать ему. А это значило посещать большие светские мероприятия, принимать у себя многочисленных гостей, быть законодательницей мод. Привыкшая к спокойной и размеренной жизни, ей предстояло стать деятельной и активной особой. Но она почти ничего не знала о столичной жизни.
Лишь однажды Джейн была в Лондоне и то ей тогда только исполнилось семнадцать лет. Отцу срочно потребовалось отправиться по делам в город и Джейн уговорила его взять ее с собой. Отец очень переживал, что соблазны светской жизни вскружат дочери голову и не дай бог, она увлечется каким-нибудь модным франтом, поэтому, за две недели проживания в столице, она всего лишь раз была на балу, и то, отец поручил пожилой миссис Финч всюду следовать за ней. Но Джейн и этому была рада. Тогда она полностью удовлетворила свое любопытство относительно светских приемов и больше не думала о них. Она жила в ожидании встречи с красивым и прекрасным женихом. Джейн тяжело вздохнула. Красивым и прекрасным…
Неосознанно, она подняла глаза на Уильяма. Ее сердце тут же ёкнуло. Он смотрел на нее. И не просто смотрел, а буквально пожирал глазами! Зачем? Зачем он мучает ее?! Джейн поспешно отвела взгляд. Она боялась собственных чувств. Ей не стоило думать о нем, но против воли думала.
Прежде чем снова прислушаться к разговору и обрести душевное равновесие, Джейн некоторое время просидела уткнувшись в тарелку. Она уже прекрасно изучила замысловатый узор на фарфоровом блюдце и если бы захотела, могла с лёгкостью повторить его на бумаге. Тем временем Маргарет обращалась к старшему сыну.
— Бенедикт, а что если вам с Джейн несколько дней провести на водах? Сезон обещает быть насыщенным, да и вся эта подготовка к свадьбе отняла много сил. Может вам стоит немного отдохнуть? А уже оттуда отправиться в столицу.
— Завтра! — неожиданно для всех, выкрикнула Джейн. — Я бы хотела уже завтра отправиться на воды!
За столом тут же повисло недоуменное молчание.
От Джейн не ускользнуло, насколько сильно удивились все сидящие за столом, а особенно Бенедикт, Маргарет и Уильям. У них буквально повытягивались лица. Да она сама себя удивила! Но боязнь оставаться в одном доме рядом с младшим Норфолком заставило ее пойти на этот необдуманный шаг.