Истинная красота
Шрифт:
Голос Уильяма перешёл на шепот.
— Значит, я самый страшный из всех грешников, если хочу жену своего брата, — и тут, одной рукой он ухватил ее за талию, а второй за голову и постарался притянуть к себе.
Джейн знала, если сейчас уступит ему и позволит поцеловать себя, то больше не сможет сопротивляться и полностью отдастся ему. Голос разума кричал бежать, пока ещё не поздно.
Она изо всех сил упёрлась в его грудь.
— Перестань! Если ты сейчас же не прекратишь, я закричу!
— Нет, ты не закричишь, так как хочешь этого так же сильно, как и я. Уже сейчас ты сможешь увидеть разницу между Беном и мной. Наши тела созданы, чтобы дарить друг другу наслаждение. Джейн, я хочу тебя, — и Уильям постарался поцеловать ее.
Не смотря на внутреннюю борьбу между долгом и честью, напор Уильяма не на шутку испугал ее. Он был уверен, что Джейн уже познала мужчину, но она-то всё так же оставалась невинной девушкой. Боязнь того, что скрывалось за интимными отношениями придала ей сил сопротивляться ему, поэтому, когда он уже почти достиг ее губ, Джейн резко отвернулась.
— Уильям, хватит! Я не играю с тобой! Если ты продолжишь, то мне придется рассказать леди Норфолк о твоём поведении.
Ее слова возымели на него действие. Уильям отклонился назад и с укором посмотрел на нее.
— Джейн, я тебя совсем не узнаю. Неужели ты разлюбила меня? Может ты уже влюблена в Бена?
Джейн хотелось бы соврать ему, но знала, предательский голос выдаст все ее истинные чувства.
— Уильям, я замужем. Сейчас не имеет значения что и к кому я чувствую. Мы теперь с тобой словно брат и сестра.
Он отрицательно покачал головой.
— Нет, брат и сестра не испытывают друг другу такое влечение. Джейн, я же вижу, ты все также любишь меня. Пусть мы с тобой и не женаты, но это не значит, что нам не познать настоящей страсти. Одно твое слово и я буду любить тебя.
Джейн закрыла глаза. Сердце отбивало в груди бешенный ритм, а щеки пылали жарким огнем соблазна. Могла ли она совершить такой страшный, но не менее желанный поступок? Уильям был прав, она любила его и желала его прикосновений. Но что дальше? Как она потом будет смотреть в глаза леди Норфолк, отцу, обществу и даже Бенедикту? Ей ведь всю свою жизнь предстоит хранить эту тайну. А как же ее собственная совесть?
Джейн открыла глаза и решительно посмотрела на Уильяма.
— Нет! Я не могу согласиться на это. Я не лягу с тобой! — и оторвав его руки от себя, бросилась к выходу.
Она хотела бы сейчас выглядеть смелой и непреклонной, но в данный момент ей владели совсем другие чувства. Ей было горько и обидно, что приходилось задушить на корню свою любовь к Уильяму.
Чуть не плача, она выбежала в холл и почти налетела на Бенедикта. Он вовремя успел ухватить ее, прежде чем она врезалась в него. Она видела, как он внимательно всматривался в ее лицо.
— Джейн, что с тобой?! Что-то случилось?!
Она молча уставилась на него, боясь, что сейчас из библиотеки выйдет Уильям и Бенедикт узнает, что она была там не одна. Только бы тот не вздумал выходить!
— Случилось? Нет, нет, ничего не случилось, — спохватилась Джейн и постаралась придать лицу безмятежный вид. Она даже положила ладонь на его руку. — Просто я вспомнила, что так и не написала отцу. Скоро обед, а я даже не села за написание письма. Мы ведь завтра уезжаем и мне нужно поторопиться, чтобы успеть во всех подробностях описать нашу свадьбу.
Бенедикт украдкой посмотрел на ее руку, покоившуюся на его пальцах. Это прикосновение вызвало жар теле.
— Прости меня, но я пойду. Мне ещё нужно успеть переодеться к обеду, — и Джейн отстранилась от него, отняв и свою руку.
Бенедикт подавил внутренний стон, когда лишился такого маленького удовольствия.
— Хорошо. Только постарайся больше ни на кого не налететь. Дом ещё полон гостей и не стоит их пугать.
Джейн весело засмеялась и слегка поклонившись ему, неспешно направилась к лестнице. Как же на самом деле ей было страшно от мысли, что если бы Бенедикт вздумал заглянуть в библиотеку, то застал бы ее вместе с Уильямом, да ещё и в обнимку. Тогда бы сейчас ей точно было не до смеха.
Глава 19
Джейн сидела в экипаже и безотрывно смотрела на открывающийся за окном вид. Перед глазами простирались залитые солнцем луга, иногда сменяющиеся небольшими островками леса. Вовсе не красота здешних мест заставляла ее так внимательно разглядывать природу. Виной тому был Бенедикт, который точно так же как она не отрывала взгляда от окна, не отрывал взгляда от нее. Даже не смотря на него, она прекрасно видела, как он без стеснения рассматривает ее. Его поведение ужасно раздражало ее. Как же сильно она сглупила, решив сбежать от Уильяма, тем самым обрекая себя на уединённое общество с Бенедиктом.
Путь до Брайтона должен занять у них чуть меньше суток. Выехали они с рассветом, чтобы не пришлось по дороге ночевать в гостинице. По началу Джейн не слишком беспокоило присутствие мужа в экипаже. Стоило ей занять место, как вскоре сон сморил ее и облокотившись головой о стенку кареты, тут же заснула. Проспав достаточно долго, проснулась лишь тогда, когда экипаж остановился у придорожной гостиницы. Здесь они могли поесть и справить нужду. И вот после этого-то и начались ее мучения.
Продолжив путь, Джейн с неудовольствием начала ловить на себе взгляды Бенедикта. Сначала он лишь иногда посматривал на нее, но когда она решила полюбоваться местным пейзажем, тут то он больше ни в чем себе не отказывал. Он буквально не отрывал от нее глаз. Джейн чувствовала себя крайне неуютно под его взглядом. Особенно сильно ее беспокоило, что в это время происходило у него в голове. Вдруг он решит отступить от своего слова и лечь с ней. Да и вообще, кто дал ему право так бесцеремонно рассматривать ее?! Возмущению Джейн не было предела.
— Бенедикт, прекрати! — наконец не выдержала она.
Его бровь вопросительно изогнулась.
— Что именно я должен прекратить?
— Прекрати смотреть на меня! Я чувствую себя как экспонат на выставке. Во мне нет ничего интересного, чтобы так пристально рассматривать меня.
Джейн ожидала, что сейчас он попросит прощение за свое вызывающее поведение, но вместо этого услышала совсем другие слова.
— Ну уж нет, я не собираюсь отказывать себе в этом удовольствии. Ты — моя жена, и в моем поведении нет ничего предосудительного. Не вижу чего-то плохого в том, что муж решил полюбоваться своей женой, тем более, что ничего другого ему больше не остаётся.
От возмущения Джейн запыхтела как паровоз.
— Но ты смущаешь меня!
— Прими это как комплимент.
Она одарила его недовольным взглядом.
— Ты невыносим! — и снова уставилась на улицу, но от злости и возмущения почти ничего не видела.
Джейн не верила, что Бенедикт отказался выполнить ее просьбу, при этом ещё и не преминув упрекнуть ее за первую брачную ночь. Она рано обрадовалась, думая, что он так легко отступит от нее.
В воздухе повисло напряжённое молчание.