ЖАНРЫ

Истинная сущность любви: Английская поэзия эпохи королевы Виктории
Шрифт:

Пустой берег

Наполни песнями меня О, море, щедростью маня, Чтоб петь, все ноги в кровь разбив, Пустого берега мотив. Любви живящий ореол — Лазурный камень я нашёл, Где двадцать лиг ревёт прилив. Пустого берега мотив! Кристаллов, каждый так лучист, Как право – твёрд, как правда – чист, Я поднял двадцать, поспешив. Пустого берега мотив! Как долго шёл я ночью, днём За драгоценным янтарём? Лет шестьдесят, и еле жив. Пустого берега мотив! Богато море, нищ песок; Кто я, не знаю. Всё же прок Не знать как он, всё позабыв, — Пустого берега мотив!

Взгляд назад

Я, веря в истинную сладость, Что правду сладостно найдёт, Познал огней небесных радость, И пел разумность этих нот. Потом сказал мечте неясной, Вдали пропавшей, как звезда: «До встречи, Проблеск мой прекрасный! С тобой я буду навсегда». Загадке Страсти предписанье Дух во плоти даёт опять. Я молвил: «Смертный, осмеянье Меня оставь. Смогу я ждать».

Джеральд Мэнли Хопкинс [203]

(1844–1889)

Из сборника «Стихотворения» (1918)

Андромеда [204]

Вот Андромеда замерла смущённо, Сияя несравненной красотой, Вдаль она смотрит со скалы крутой, Цветок её и жизнь – всё отдано дракону. И прежде ей пришлось терпеть уроны От бед и мук; а ныне слышит, стой, Рёв зверя, страшный, дикий и густой, Он похотлив, и смотрит разъярённо. Но что ж Персей её от смерти не спасает? По воздуху плывёт он и о ней Вся мысль его; ей кажется – бросает Её герой, когда ей всё больней. Никто быть безоружным не мечтает: Горгоны взгляд, меч, зубы, мощь ремней.

203

Джеральд Мэнли Хопкинс (Gerard Manley Hopkins) родился в Стратфорде, Эссекс. Он был самым старшим из 9-ти детей Кэтрин и Мэнли Хопкинса, страхового агента и генерального консула Гавайев, находившегося в Лондоне. Хопкинс получил образование в школе Хайгейт, а затем в Оксфорде, где изучал классику. Именно в Оксфорде он приобрёл дружбу Роберта Бриджеса, столь важную для его дальнейшего развития как поэта. В 1866 г. Хопкинс стал католиком. Под влиянием своего отца, который также писал стихи, Хопкинс занимался поэзией с юных лет, но став иезуитом, он сжёг свои юношеские опыты, поскольку чувствовал несовместимость их со своим призванием. Хопкинс выбрал строгую и аскетическую жизнь иезуита.

Хопкинс служил в различных округах в Англии и Шотландии и преподавал в различных колледжах. В 1884 г. он стал профессором греческой литературы в Университетском колледже Дублина. После страданий из-за плохого здоровья в течение нескольких лет, Хопкинс умер от брюшного тифа в 1889 г. и был похоронен в Дублине.

После смерти Хопкинса его стихи стали известны широкой аудитории и в 1918 г. были изданы отдельным сборником Робертом Бриджесом, ставшим к тому времени поэтом-лауреатом.

204

Стихотворение связано с известным древнегреческим мифом: дочь эфиопского царя Кефея – прекрасная Андромеда была отдана в жертву морскому чудовищу, посланному Посейдоном. Андромеда была прикована цепями к скале, и её увидел пролетавший на крылатых сандалиях герой Персей. Поражённый красотой Андромеды, Персей убил чудовище, получив её согласие выйти за него замуж.

На образ Св. Доротеи [205]

С корзинкой, устланной травой, Иду вперёд, легка, мила, Всем интересно, что с собой В корзинке этой я взяла. В носилках нового плетенья — Цветы – от горечи спасенье. Увы, не лилии они, И не из Цезаря садов! Айва в руке – но, в эти дни Нет на ветвях у вас плодов, Поскольку цвет не брызнул нежный, Раз нет весны, и мир весь – снежный. Нашли их там, где Юг, Восток, Где все забыли о Зиме — Росинка – шпорника глоток, О, не должна ль сгореть во тьме? Искрился влажный луг при свете — Роса иль звёзды капли эти? Айва в руке её? Всмотрись: Скорей луны уменьшен лик. Путь Млечный, Небеса сплелись! То шпорники её. Лишь миг? Душа несётся в эмпиреи? Где плод, цветы, где Доротея.

205

Святая мученица Доротея жила в Кесарии Каппадокийской и пострадала при императоре Диоклетиане в 288 или 300 г. Была зима, и когда святую вели на казнь, некий ученый человек, (схоластик) Теофил, с насмешкой сказал ей: «Невеста Христова, пошли мне из сада Жениха Твоего розовых цветов и фруктов». Перед смертью святая попросила дать ей время помолиться. Когда она окончила молитву, ей предстал Ангел и подал в корзине фрукты и розы. Святая попросила передать все это Теофилу, после чего была усечена мечом.

Горняя гавань

Монахиня надевает покрывало (принимает обет)

Хочу бродить все дни, Где всё цветёт, В полях, где слепней нет, и град не бьёт, Где лилии одни. Прошу, о, дай мне кров, Где есть покой, В той гавани, где молкнет вал морской, И нет штормов.

Свадебный Марш

Жениху Господь дал честь, Стыд невесте; ложе есть, Милых чад, прелестных чад, Свято тело будет несть. Друг для друга утешенье Глубже, чем небес прощенье, Милосердье дал нам Бог, Связь – на век, на век – влеченье. Марш, топчи колосья с нами: Обращаюсь со слезами: Коль брачуешь чудный брак, Дай триумф и жизнь веками.

Яркозвёздная ночь

На звёзды глянь! Глянь, глянь на небеса! Глянь, огненный народец в воздухе резвится! Сверкают сёла, быстрый блеск бойницы! Во тьме лесов лежат алмазы! Фей глаза! Холодный луг, где золото-роса! Рябит рябина! Лёгкий тополь серебрится! Взлетели со двора испуганные птицы! Ах! Это купля всё и приз, всё чудеса! А что взамен? – Молитвы и обет. Глянь, как в саду мелькает майский цвет, Мука с желтком застыла на бредине! Гумно всё это; скирды, дом, фасад. Сей яркий запирает палисад Христа и мать его, и все его святыни.

Остин Добсон [206]

(1840–1921)

Из сборника «Carmina Votiva и другие стихотворения по случаю» (1901)

1-я Баллада антикваров

Дни вянут, как травинки в зной, Года – безмолвный перекат, Всё преходяще под луной! — Так листья по ветру летят. И всякий раз светил парад На старом небе будет нов, Посеян хлеб Времён и сжат — Мы ищем зёрнышки Веков! Амбар наш – прошлый мир земной, От бури прячем всё на склад, Скупцами копим за стеной Дары Судьбы, как ценный клад: Старинных летописей ряд, Клочки стариннейших стихов, Старинных шуток блеск и яд — Мы ищем зёрнышки Веков! Вот миф, покрытый стариной, Старинный цвет, пленявший сад, Старинный текст очередной, Старинный лук, обломки лат, Старинный остов колоннад, Старинный след былых слоев: Всё, что блуждает без преград — Мы ищем зёрнышки Веков!

206

Генри Остин Добсон (Henry Austin Dobson), английский поэт и писатель, родился в Плимуте в 1840 г. в семье Джорджа Добсона, гражданского инженера. Поступив в восемь, а окончив школу в шестнадцать лет, Добсон решил профессионально пойти по стопам своего отца. В декабре 1856 г. Добсон стал работать в министерстве торговли, постепенно достигнув должности начальника порта, с которой он ушёл в 1901 г. В 1868 г. Добсон женился на Франциске Мэри, от которой у него было 10 детей. На работе он был трудолюбив, однако всё свободное время отдавал поэзии и литературе. Вскоре Добсон начинает печататься в журнале, редактируемом писателем Энтони Троллопом, но под псевдонимом.

Осенью 1873 г. Добсон издал первый сборник стихотворений – «Виньетки в рифмах», а через четыре года второй сборник – «Пословицы в фарфоре» (1877). В последующих сборниках: «Идиллии Старого мира» (1883) и «Знак Лиры» (1885) – проявилось увлечение Добсоном XVIII столетием. В последующие годы Добсон преимущественно занимался биографиями деятелей любимого им XVIII в.: Филдинга (1883), Голдсмита (1888), Уолпола (1890) и Хогарта (1879–1898). Он прожил в Лондонском пригороде Илинг до самой смерти, последовавшей в 1921 г.

Посылка
Друзья, кто незнаком иль брат! Под звон рождественский Христов Спасайте то, что ждёт распад — Мы ищем зёрнышки Веков!

2-я Баллада антикваров

«Друзья, кто незнаком», – мы вас Теперь узнали, как друзей, Что в добрый и недобрый час, Где Время шло с косой своей, Снопы вязали средь полей. И вам, испытанным! – и вам, Кто нас не знает из гостей, — Привет вам, истинным Друзьям! Велик в амбарах наш запас: Мешки округлы у дверей, Гумно – с зерном как напоказ, И мельница гудит сильней, Без вас всё было бы скудней, — Чуток колосьев там и сям; За труд, уменье у межей, Привет вам, истинным Друзьям! Но, чу! Вот Жнец идёт до нас! Так наберём зерна скорей, Где рос подснежник всякий раз, И цвёл нарцисс в сиянье дней, В июне розу мял борей; Пока навстречу холодам Под тисом мы не крикнем, эй! Привет вам, истинным Друзьям!
Посылка
На Святки кто пришёл, налей В рог пуншу с пеной по краям, Шлют холм, долина, и ручей Привет вам, истинным Друзьям!

Баллада о зануде

Он к нам сумел явиться. От безнадёги рад Я звёздам помолиться, — Он шёл как на парад. Здесь есть укромный сад, Чтоб спрятаться тайком? О, боги, тяжкий час! Он весь горит огнём, — Храни от Барда нас! Он яростно стремится. Не ведая преград, Как Джаггернаут [207] мчится И давит всех подряд. Он словно водопад, Он вертится клубком, Стоит как напоказ И мелет языком! — Храни от Барда нас! В стихах: Судьба – убийца, И Горестей каскад, Всегда Луна-царица, Девиц несчастный взгляд, (Однообразный ряд), Надежд и Клятв фантом, Печалей громкий глас; Кто купит этот том, — Храни от Барда нас!

207

Джаггернаут (англ.) – одна из форм индийского бога Вишну. Его поклонники в экстатическом состоянии бросаются под колесницу Джаггернаута, считая счастьем погибнуть под ней.

Посылка
Принц Феб, мы все умрём, В добре, во зле подчас, Скорбя или смеясь; Но почему при нём? — Храни от Барда нас!

Вилланель

Когда был молод мир, И городов не знали, Была любовь – кумир. И чьи глаза – сапфир, Зла никогда не ждали, Когда был молод мир. Любовный эликсир, Они не применяли. Была любовь – кумир. Им был не нужен пир! Лишь только жизнь вначале, Когда был молод мир. Они, где чист Зефир, Пастушек целовали: Была любовь – кумир. Никто под звуки лир В Любви не знал печали: Когда был молод мир — Была любовь – кумир.

К Ричарду Уотсону Гилдеру [208]

Друг – не стареет! Я одну Тебе отправил песню снова, Обычной формы образцовой, Ты у неё бывал в плену. О ней не скажешь ты сурово, Мне старый друг ты, как взгляну! Друг – не стареет. Я старым книгам и вину, Которым ход Времён суровый Вручил изящества покровы, Всегда был рад, но (entre nous) [209] Друг – не стареет.

208

Ричард Уотсон Гилдер (1844–1909) – американский поэт и редактор.

209

entre nous (фр.) – между нами.

Поделиться с друзьями: