Чтение онлайн

— Я могу это представить. Место для хранения сервировочной посуды и скатертей по бокам. Барные бокалы и бутылки в центре. И книжные полки.

— У тебя есть библиотека, но я посчитал, что ты не захочешь втискивать все свои книги туда.

— Я же автор. А значит, мне надо поддерживать репутацию, — пошутила она, всё ещё глядя на стену. — Покрасить или покрыть морилкой?

— Здесь? Морилка. Подогнать по цвету под плинтусы. Это же официальная столовая, можно и выдержать тему.

— Проклятье, Кэм. Теперь я хочу это.

— Я набросаю смету. Но осторожно, сумма может оказаться больше, чем ты ожидаешь, — предупредил я.

— Ну, перед сексом ты сказал то же самое, и смотри как всё обернулось.

Хорошо. Что ж. Эта женщина решительно настроилась оценить меня на один балл выше «нормально», и мы все знали, что это на один балл лучше полной херни.

— Теперь я не могу представить комнату без этого, — пожаловалась она. — У тебя припасены ещё какие-то дорогостоящие идеи?

Я усмехнулся.

— Всего одна или две.

Мы взяли с собой перекусы и пару бутылок пива. Я показал ей место под лестницей, которое послужит хорошим местом для хранения чистящих средств и принадлежностей для уборки — перемена, которая казалась логичной и не влетит в копеечку, не считая гипсовых панелей, полок и двери.

— Проклятье, Кэм. Ещё какие-то гениальные идеи?

— Твой стол.

Она покачала головой, отчего её хвостик колыхнулся из стороны в сторону.

— Я даже слушать не хочу.

— Решать тебе, — я отпил глоток пива и выждал мгновение.

— Ладно. Скажи мне.

Я повёл её в кабинет и включил свет. У неё тут всё ещё стояли коробки с книгами, занимавшие место на полу. Я показал на дерьмовый стол, за которым она работала.

— Эта штука — просто преступление.

— Он выполняет свою задачу. И он довольно крепкий, как ты помнишь, — она похлопала по столешнице.

Я покачал головой.

— Тебе нужно что-то сделанное на заказ, изогнутое под форму окна за тобой. Не какой-то здоровенный стол для директора. Может, что-то более простое, например, с деревянной столешницей и металлическими ножками. Это даст тебе больше пространства под ним, поскольку когда ты пишешь, ты выглядишь так, будто воюешь с аллигатором.

— Неправда, — оскорблённо возмутилась она.

— Да всё твоё тело как будто воплощает то, что ты пишешь. Кроме того, ты можешь сделать библиотечный стол в таком же стиле, — сказал я, показывая на другую стену. — И ещё место останется для небольшого дивана или пары кресел перед камином.

Она вздохнула.

— Тебе надо перестать фонтанировать идеями, пока я не продам ещё несколько книг.

— Если ты не собираешься ставить их на полки, можешь отвезти в книжный магазин, — сказал я, поддев коробку ногой.

Она покачала головой.

— Нет, они должны быть здесь. Каждый раз, когда я сажусь писать, я чувствую себя виноватой из-за того, что не разбираю вещи, а когда я начинаю разбирать вещи, я чувствую себя виноватой из-за того, что не пишу.

Я вручил ей своё пиво и взял первую коробку.

— Что ты делаешь? — спросила она.

— Заставляю тебя забыть о том, что я только что добавил дохрена денег к твоей итоговой смете.

От её хриплого смешка по моему позвоночнику пробежала искра.

— Ты не обязан распаковывать мои книги. Это больше похоже на работу для бойфренда, чем для партнёра по сексу без обязательств.

— Я уже повесил тебе шторы, — подметил я.

— Ну, когда ты всё так преподносишь.

Она включила музыку — эклектичный плейлист из классического рока. И мы распаковали книги (её и других авторов), расставив их по полкам.

— Мне нужно больше книг, — заметила она, когда я провёл ножом по предпоследней коробке, разрезая её для сдачи на переработку.

Её коллекция вызывала уважения, но была далеко не настолько большой, чтобы занять полки.

Моя коллекция как раз заняла бы оставшееся место. Не то чтобы я думал о том, чтобы объединить свою библиотеку с её.

Я бросил плоские листы картона в кучу у двери.

— Тебе надо добавить немножко безделушек, — сказал я, покосившись на полки.

Её глаза загорелись.

— Я могу обзавестись безделушками!

— Эээ. Ура?

— Попробуй прожить всю жизнь в Нью-Йорке, где тебе повезло, если у тебя есть шкаф размером хотя бы с буханку хлеба. Гардеробные комнаты и пространство для хранения — это всеобщая мечта.

— Тогда получается, что ты живёшь в мечте наяву, — я взял последнюю коробку и поставил на её стол.

Она склонила голову набок.

— Наверное, так и есть.

— Куда поставить эти? — я взял две книги в мягкой обложке сверху. Это были первые две книги в серии самой Хейзел.

Это промелькнуло и исчезло, старательно скрытое за нейтральным выражением, но я знал, что видел. Буквально на секунду на её лице отразилась боль.

— Это... запасные. Они могут остаться в коробке, — сказала она, выхватив их из моих рук и положив книги обратно.

Я колебался, стоит ли задать вопрос, но тут жуткий визг перепугал нас обоих до усрачки.

— Какого хрена? — потребовал я, инстинктивно встав между Хейзел и дверным проемом.

Чёртова енотиха сидела на задних лапах у порога и выглядела весьма взбешённой.

— Берта хочет свой ужин, — сказала Хейзел.

— Серьёзно? Мы уже перекрыли камин в гостиной, — сказал я, сделав шаг в сторону ночного млекопитающего.

— Что ж, она нашла другой вход. Она умная.

— Она не умная. Она ищет пропитание, а ты её кормишь.

Хейзел пожала плечами.

— Я всегда хотела питомца.

— Ты можешь завести кого-то получше енотихи с дерьмовыми манерами.

Хейзел

Конец августа вяло протекал, таща за собой густое одеяло влажности. Ремонт двигался бодрыми темпами. На вершине дома у меня расположилась команда кровельщиков, на кухне и втором этаже работали штукатуры, и везде сновали Бишопы.

Кэм и я великолепно притворялись, будто у нас не было регулярных голых встреч. Мы даже сделали перерыв в сексе, чтобы поужинать в забитом туристами ресторане в Доминионе, когда оба согласились, что это не свидание. Это топливо для секса.