Чтение онлайн

— И что именно ты планируешь? — настороженно спрашиваю я, узнавая этот блеск в его глазах. Тот самый взгляд, который появляется у него прямо перед тем, как он сделает что-то феерически глупое.

— О, ничего особенного, — говорит он, уже залезая в карман, чтобы достать сигару. Одну из моих сигар. — Просто небольшая диверсия.

Мои руки летят к карманам, и конечно же, мелкий говнюк каким-то образом умудрился стянуть ее у меня. Когда, блядь, он успел и как, черт возьми, я этого не почувствовал?

Прежде чем я успеваю сказать ему остановиться, он достает спичку, чиркает ею о ботинок, прикуривает чертову сигару, которую украл, и бросает ее в декоративную корзину для мусора, наполненную чем-то похожим на сухие цветы и ароматические палочки.

Корзина тут же начинает дымиться.

— Это хорошая идея, — бодро говорит Козима, словно Ворон только что не совершил поджог в, мать его, королевском дворце. — Ворон, Рыцарь и я возьмем западное крыло. Николай и Гео могут обыскать восточное.

— Ни за что, — рычу я. — Я не позволю тебе и Ворону сбежать вместе. Вы в итоге сожжете все это место дотла.

Дым становится гуще, клубясь вверх к расписному потолку. Гид еще не заметила, продолжая болтать о любимой наложнице какого-то мертвого короля, но это лишь вопрос времени.

— Пожар! — кричит кто-то из задних рядов группы.

И тут начинается полный ад.

Глаза экскурсовода расширяются, когда она замечает дымящуюся корзину.

— Пожалуйста, без паники! — выкрикивает она, что, конечно же, заставляет всех немедленно запаниковать.

Туристы начинают толкаться и пихаться, пытаясь добраться до выходов. Кто-то опрокидывает фарфоровую вазу, которая разбивается о мраморный пол и рассыпает то, что, я надеюсь, не является чьим-то королевским прахом. Экскурсовод отчаянно пытается поддерживать порядок, пятясь от нарастающего дыма.

Именно на такой хаос Ворон и рассчитывал.

— Блядь! — рычу я, хватая Козиму за руку. Рыцарь тут же рычит на меня в ответ, звук низкий и собственнический, но я знаю, что он последует за ней куда угодно. Это единственное, на что я могу рассчитывать с этим большим ублюдком. — Вы двое, отделитесь! Не разнесите это чертово место! — кричу я Ворону и Николаю.

Николай выглядит так, будто предпочел бы съесть стекло, чем работать в паре с Вороном, но златовласый идиот уже хватает его, проталкивая сквозь паникующую толпу в противоположном направлении.

— Не дай случиться с ней чему-то плохому! — кричит мне Ворон через плечо в смутно угрожающей распевной манере. Словно они — те, о ком мне стоит беспокоиться.

На самом деле меня больше волнует, что Козима начнет неприятности, чем Ворон. У него, по крайней мере, есть чувство самосохранения. Козима? Она бы, наверное, подошла к самой Королеве и потребовала ответов об Азраэле, если бы представился шанс.

— Сюда, — бормочу я, утаскивая ее в боковой коридор, пока вооруженные стражники проносятся мимо нас к источнику шума. Дворец быстро пустеет, так как люди бегут от дыма, что дает нам больше свободы для исследования. Мы ныряем за огромную штору, когда еще больше стражников проносится мимо, их сапоги гулко стучат по мрамору.

— Это было бы лучшей маскировкой для Рыцаря, — говорит Козима, разглядывая ряд церемониальных доспехов, выставленных в нише.

Прежде чем я успеваю возразить, она уже надевает шлем на голову Рыцаря и набрасывает декоративный темный плащ на его плечи. С доспехами, закрывающими его современное тактическое снаряжение, он действительно выглядит соответствующе. Как какой-то древний страж, который всегда был здесь.

— Где могут быть личные покои королевской семьи? — бормочу я, оглядываясь. Место похоже на чертов лабиринт.

Козима подходит к окну, вглядываясь в сады внизу.

— Там, — говорит она, указывая через двор на другое крыло дворца. — Азраэль однажды рассказывал мне о деревьях, которые он мог видеть из окна своей спальни. Именно эти деревья, возвышающиеся над садами. Семейные покои должны быть на другой стороне.

— Как мило, — бормочу я, уже просчитывая лучший маршрут.

Мы вылезаем через окно — или, по крайней мере, Козима и я вылезаем, в то время как Рыцарь вырывает часть рамы, как будто она бумажная, чтобы пролезть за нами. Но мы выбираемся, по крайней мере, не нанеся огромного структурного ущерба. Сады безупречны, каждый куст подстрижен так, что ни один листок не выбивается, каждая клумба устроена в идеальной симметрии. Это такое навязчивое внимание к деталям, от которого у меня зубы сводит. Дайте мне хаотичную красоту пустоши в любой день вместо этого искусственного совершенства.

Мы огибаем дворец сбоку, держась низко и используя декоративный кустарник как прикрытие. Даже покои королевской семьи эвакуируют, стражники выпроваживают тех, кто, должно быть, является слугами и персоналом, через боковые входы.

— Что, черт возьми, происходит?

Чума. Этот ледяной тон невозможно спутать.

Мы вжимаемся глубже в тени, когда он выходит в поле зрения — каждый дюйм военного командира, несмотря на его принцевские одежды. Двое стражников плетутся за ним, практически бегом, чтобы не отставать.

— Ваше Высочество, — пыхтит один, — пожар возле входа для посетителей.

— Пожар, — повторяет Чума ровным голосом. — Во дворце моей матери. Во время публичных экскурсий.

Стражники обмениваются нервными взглядами.

— Да, Ваше Высочество. Он локализован, и мы следуем протоколу…

— Закрыть экскурсии на остаток дня, — обрывает их Чума. — Я хочу, чтобы каждый доступный стражник искал причину этого «пожара» и того, кто его начал. Моя омега и мой второй истинный прибывают во дворец завтра утром. Я не буду рисковать их безопасностью.

— Конечно, Ваше Высочество, — хором отвечают стражники.

Они следуют за ним за угол, и я ловлю конец их приглушенного разговора, когда он оказывается вне слышимости.

— Еще более дерганый и страшный, чем раньше…

— Когда его омега рядом…

Когда их шаги затихают, мы крадемся к окну, через которое только что вышел Чума. Комната за ним — явно его кабинет. Все расставлено идеально. Ни одной бумажки не лежит не на месте.

— Входим, — шепчет Козима, уже перелезая внутрь.

Рыцарь тоже начинает отдирать эту раму, но замирает, когда она издает треск. Он проскальзывает следом за Козимой более осторожно.

О да. Он просыпается там, точно.

— Это должен быть кабинет Чумы. Вероятно, единственное место, где он может работать, когда Валек рядом, — бормочу я, оценивая безупречный стол, идеально выровненные книги, полное отсутствие каких-либо личных вещей.

О. За исключением безвкусной фигурки чумного доктора с качающейся головой, держащего табличку с надписью «Мойте руки». Должно быть, подарок от кого-то с абсолютно нулевым вкусом.