Чтение онлайн

Я бросаю взгляд на Оливию — она всё ещё отвернута, роется в шкафчике над плитой.

— Я хотела помочь твоей маме с посудой.

— Не переживай. Перри всё сделает. Поехали, пока не слишком жарко.

Я слишком поспешно прощаюсь с его семьёй и выхожу с Броуди к машине. Он что-то скрывает, и сейчас он расскажет мне, что именно.

— Что происходит, Броуди? — спрашиваю я, как только он заводит двигатель. — Почему мы уезжаем так резко? И что ты мне не договариваешь про Оливию? Она ведь не хочет, чтобы я была в Силвер-Крике, да?

Он тяжело выдыхает.

— Дело не в этом.

— А в чём?

— Они просто… переживают за меня, наверное.

— Из-за меня?

— Из-за нашей дружбы.

— Я всё ещё не понимаю.

Он сворачивает на Big Hungry Road.

— Кейт, это правда неважно. Тебе не стоит об этом думать. Оливия просто… перегибает палку.

— В чём? Скажи, пожалуйста. Я справлюсь. Обещаю.

Он тяжело вздыхает.

— Она боится, что пока ты здесь, я не буду встречаться с другими. — Он пожимает плечами. — Потому что я провожу всё свободное время с тобой.

Я откидываюсь на сиденье. Честно говоря, сложно её винить. Это логично.

— Понятно.

— Но это не…

— Нет, — перебиваю я. — Я понимаю. Я и правда, наверное, отнимаю у тебя много времени.

— Мне так не кажется. Я не жалуюсь, ладно? Мне нравится проводить с тобой время. И, если честно, это даже приятно — немного отдохнуть от свиданий.

Не знаю почему, но его слова ранят. Наверное, потому что он так чётко отделяет наше общение от «свиданий». Хотя это и правда не свидания. Но ведь было же то объятие перед поездкой в Goodwill, и то, что произошло на кухне у бабушки — там, где я чувствовала, будто всё моё тело охвачено током.

Хотя… может, я всё себе придумала?

Господи. А что, если всё это только в моей голове?

Что, если он ничего не чувствует?

Он легко говорит, что ему несложно пару месяцев не ходить на свидания. А ведь именно на столько я и собиралась остаться изначально…

Я же сама установила для него срок. Чёткий дедлайн. И он, похоже, не ищет ничего, что выходило бы за его рамки.

— Ты можешь и встречаться с кем-то, пока я здесь, Броуди. Тебе не обязательно проводить всё своё время со мной.

Он улыбается.

— Знаю. Но я хочу проводить его с тобой.

У меня в голове каша. Каждый раз, когда мне кажется, что я начинаю понимать, чего хочу, что-то снова всё переворачивает.

Идея с Лондоном по-прежнему манит. Я бы и правда хотела стабильную работу, какую никогда не имела. Но хочу ли я жить в Лондоне? Всю жизнь я была уверена, что никогда не захочу жить в Силвер-Крике. А потом провела пол-утра, представляя, каково бы это было. Составляла в уме списки статей, которые могла бы написать, чтобы остаться здесь.

Но я не могу остаться в Силвер-Крике, если моё присутствие будет мешать Броуди найти то самое «долго и счастливо», которое он, я уверена, хочет.

Разве что… оно связано со мной.

От этой мысли по телу пробегает дрожь.

А вдруг он действительно этого хочет?

Чем больше я думаю, тем сильнее убеждаюсь — я не выдумала ту искру в его глазах, когда он помогал мне спуститься с кузова. Но физическое притяжение — не всё.

Самая пугающая мысль приходит следующей: А если он и правда хочет? Если мы попробуем… а я всё испорчу?

А если мои попытки построить карьеру здесь окажутся недостаточными? Если я продержусь всего год, а потом снова придётся ехать? Если я на самом деле не создана для спокойной, устойчивой жизни — и попытка притвориться, что создана, разрушит нас обоих?

Может, так и не будет. А может — будет.

Готова ли я поставить на кон нашу дружбу ради этого «может быть»?

— Ты в порядке? — спрашивает Броуди. — Слышу, как у тебя в голове мысли гремят.

— Угу, — отвечаю. — Просто любуюсь видом.

А вид и правда потрясающий. Зеленеющие деревья, пахнущая перегноем земля, заросли рододендронов с обеих сторон дороги. Я опускаю стекло и глубоко вдыхаю. Воздух — чистый, свежий, пахнет лесом. Такой родной.

Я не знаю, что мне делать. Но чем дольше мы едем, чем дольше я вдыхаю этот горный воздух, тем яснее становится одно.

Я скучала по этому.

Никогда бы не подумала, что скажу это вслух.

И всё усложняется оттого, что я это чувствую.

Но я скучала…по дому.

Кейт

Тропа Пуллиам Крик — довольно лёгкий маршрут, но когда мы сворачиваем с главного пути и начинаем спуск к узкому ущелью, я понимаю, почему Броуди трижды уточнил, есть ли у меня подходящая обувь. Спуск крутой — настолько, что между деревьями натянуты верёвки, за которые можно держаться. В какой-то момент мне проще повернуться спиной и сползать задом, цепляясь руками. И всё, о чём я могу думать, — как весело будет обратно подниматься этим же путём.

— Самое безумное, что во время гонки — говорит Броуди, — зрителям приходится спускаться по этой тропе к Горилле, если они хотят посмотреть. Представь: двести человек идут по этому склону одновременно.

— Эм, это звучит ужасающе, — говорю я, но как только мы выходим к воде, становится понятно, почему люди готовы на это. Река — потрясающая.

Мы идём по тропе вдоль воды, ущелье поднимается стеной с обеих сторон. Река усыпана гигантскими валунами, некоторые из них такие большие, что на них свободно поместится с дюжину человек. Они образуют узкие каналы и крутые перепады. Я узнаю эти пейзажи — видела на видео с гонки, но видеть всё это вживую — совсем другое. И думать о том, что Броуди проходил всё это в каяке… у меня просто нет слов.

— О, вон Гриффин, — говорит Броуди, указывая чуть в сторону от тропы, где Гриффин и несколько каякеров вытаскивают лодки на берег.

— Что они делают?

Броуди кивает в сторону реки.

— Обносят Гориллу. Проходят пешком мимо порога, не спускаются по нему.

— Часто так делают?

— С Гориллой — постоянно. Она очень жёсткая. Без страховки внизу — а её сложно организовать — это слишком рискованно. Большинство не решается.

Мы здороваемся с Гриффином, Броуди представляет меня всем остальным — все они его друзья. Мы идём вместе с ними по тропе, чтобы посмотреть, как они вернутся в воду. Видно немного, но я всё равно затаиваю дыхание, когда каяки исчезают в бурлящей воде. Это совсем не те «детские» пороги, по которым я плыла по Нижнему Грину.