Чтение онлайн

— Рад, что ты снова здесь, Кейт.

На парковке Triple Mountain я провожаю её до машины. Она достаёт телефон.

— Можно селфи на фоне каяков?

— Конечно, — говорю я. — Я, кстати, сделал пару кадров, пока мы были на реке. Позже пришлю.

— Что? Когда ты успел?

— Это часть сервиса.

Она закатывает глаза.

— Забыла, что для тебя эти пороги — как плескаться в детском бассейне. Конечно, ты успел и сфоткать. Ты ещё налоги подал? В магазин сходил?

— Всё, хорош. Иди сюда.

Я притягиваю её к себе. Обнимаю за талию, пальцы скользят по голой коже, и под пальцами будто загорается огонь. Она поднимает телефон, пытается навести камеру, но после пары неудачных попыток становится ясно, что у меня с моими длинными руками получится лучше. Я беру телефон и притягиваю её ближе, её ладонь ложится мне на грудь.

Я делаю с полдюжины кадров — с сестрой я давно понял, что одного фото никогда не хватает — и возвращаю телефон. Он вибрирует у неё в руке, и я замечаю, как её лицо меняется. От удивления — к радости? А потом — будто маска. Лицо становится спокойным, нейтральным.

— Всё в порядке? — спрашиваю я.

— Да. Конечно. Это просто… рабочее.

И у меня всё падает в живот.

— Новое задание?

— Эм… как бы да? Не совсем. — Она смотрит мимо меня. — Тебе, наверное, стоит помочь Гриффину с каяками.

Я поворачиваюсь и вижу, как он снимает лодки с машины и несёт их к стойке. Ему помощь не нужна. Всего две лодки. Но я достаточно умен, чтобы понять — это был мягкий способ меня отодвинуть.

— Ладно, — говорю ровно. — Ты всё ещё хочешь, чтобы я помог отвезти вещи в Goodwill?

— Да! — чуть слишком резко. — Конечно. Мне будет очень кстати.

Она быстро меня обнимает, садится в машину и исчезает.

Я без слов иду к грузовику Гриффина, достаю оставшееся снаряжение. Он складывает вёсла в большой контейнер, я вешаю спасжилет Кейт сушиться.

— Если хочешь знать моё мнение, — говорит он, — между вами точно что-то есть.

— Нет, — отвечаю. — Я же говорил: мы просто друзья.

Я убираю шлемы на полку. В груди накатывает усталость. Я устал от этой истории. От этих слов. От этой версии.

Гриффин смотрит на меня настороженно, как на тигра, готового к прыжку. Я и чувствую себя тигром. Полным энергии, чувств — и ни одного способа их выплеснуть. Это сводит с ума.

Я поворачиваюсь, чтобы уйти, но потом останавливаюсь.

— Эй. Спасибо за сегодня. Правда.

Он кивает.

— Всегда пожалуйста.

Я направляюсь к своему грузовику и замираю, когда он окликает.

— Броуди.

Я оборачиваюсь.

— Всё в порядке?

Я киваю и поднимаю руку — мол, да, понял, не волнуйся. Не в первый раз играю в эту игру.

Провести день с Кейт.

Влюбиться в неё ещё сильнее.

Вспомнить, что она не моя, чтобы в неё влюбляться.

И на следующий день повторить всё снова.

Но то, как она смотрела на меня сегодня… то, как она…

Я обрываю мысль и качаю головой. Даже если это письмо, о котором она молчит, не значит, что она снова уезжает, всё равно найдётся другое. Другое письмо. Звонок. Новая блестящая идея.

Как всегда. Как было раньше. Как будет снова.

Кейт

О, Господи… Видеть, как Броуди поднимает каяк над головой, — это было нечто.

Скажу прямо, не стесняясь: когда мужчина сочетает талант с упорной работой, а потом добавляет к этому откровенное проявление чистой мужественности… Да уж. Я была готова перевернуться в своей лодке ещё десяток раз, только чтобы снова увидеть это зрелище.

Сегодня я бы получила удовольствие от сплава с любым инструктором. Как только я перестала бояться перевернуться вверх тормашками, скорость, с которой мы мчались по бурным порогам, стала захватывающей. Это ощущение… Оно придавало мне силу. Я чувствовала себя способной на многое.

И в то же время — постоянно ощущала, кто здесь главный. Стоило хоть на секунду отвлечься, и вода тут же показывала, кто управляет ситуацией. Эта двойственность — она заводила. Я бы к ней привыкла.

Но не могу отрицать: всё стало в разы интереснее именно потому, что меня учил Броуди. Мне нравилось наблюдать, как он погружен в процесс.

Он был идеален.

Терпеливый. Внимательный. Надежный. Сильный. Он оказывался ровно там, где мне нужно было, и в тот самый момент, когда мне это было нужно. Понятно, что это его работа. Но ощущалось это как нечто большее.

А потом мы вернулись к моей машине. Я заглянула в телефон… и увидела письмо.

Невероятное письмо.

Совершенно неожиданное письмо.

Вот в чем дело: я не лучшая тревел-журналистка в мире. Я — настырная, стойкая и отлично умею находить места, где можно раскопать необычные истории. Вот это — и есть мой профессиональный козырь. У меня нет диплома по английской литературе. Я вообще в университет не поступала. Единственная причина, по которой я до сих пор работаю, — это опыт. Я честно заняла свое место за фрилансерским столом.

Но для «настоящей» работы я, мягко говоря, не подхожу.

Такие вакансии достаются людям с аббревиатурами после имени: MFA (*MFA — творческая, профессиональная степень для художников, писателей, актёров.), PhD (*PhD — исследовательская, академическая степень для преподавания и научной карьеры.)… Даже бакалавр — и тот лучше, чем мой ноль. А ноль, как ты понимаешь, побить проще всего.

Можешь представить себе моё удивление, когда выяснилось, что редакция лондонского журнала Expedition хочет пригласить меня на должность помощника редактора. Они доверяют моему взгляду, как написано в письме, и считают, что я смогу внести ценный вклад в развитие всего издания. В конце письма — приглашение приехать в Лондон в первую неделю июля, с примерной программой визита, которую утвердят, как только я дам согласие.

Прошло уже несколько часов, а я, несмотря на все усилия, не могу сосредоточиться ни на чём другом. Ну, разве что кроме образа Броуди, с лёгкостью поднимающего насквозь мокрый каяк, будто он сделан из воздуха и пуха.

Сейчас я в душе. Броуди должен вот-вот прийти — помочь вывезти вещи бабушки. Мысли скачут, как мячик для пинг-понга, от Броуди к Лондону, от Лондона — к этой чересчур привлекательной вакансии. Я даже не помню, мыла ли голову до того, как нанесла кондиционер. Или, может, нанесла его дважды? Вздыхаю и тянусь за шампунем. Надо взять себя в руки.