Чтение онлайн

Когда мы подъезжаем к ферме, всё вокруг погружено в темноту — за исключением парковки ресторана, освещённой фарами грузовика Перри и внедорожника Тайлера.

Перри машет Броуди, чтобы тот сдал немного назад — так, чтобы свет от фар освещал крышу кухни для кейтеринга, как и остальные машины.

Я выхожу из машины и смотрю на разрушения.

Вижу только дерево.

Оно повсюду. Огромные заснеженные ветви завалили задний вход и пробили задние окна.

Перри и Тайлер о чём-то оживлённо спорят, обсуждая, как лучше убрать дерево, и Броуди сразу присоединяется к разговору. Им бы просто дать Броуди командование — он в семье мастер решать проблемы — и делать, как он скажет.

В любом случае, без меня они справятся, так что я обхожу здание сбоку и захожу внутрь.

На улице снег отражает свет, и видно неплохо, но внутри — кромешная тьма. Я тянусь за телефоном, чтобы включить фонарик, но тут кто-то врезается в меня, сбивает телефон из рук и прижимается к моей груди.

— Уф. Ай.

Я хватаю Тэйтум — это может быть только она. Никто больше не станет бродить по кухне посреди ночи. Да и пахнет она так, как пахнет только она. Я обнимаю её за плечи.

— Эй, ты в порядке?

Её ладонь касается моей груди, а потом поднимается к лицу.

— Леннокс? — шепчет она. — Это ты?

— А кто же ещё? — Её рука всё ещё на моей щеке, и я едва сдерживаюсь, чтобы не прижаться к её ладони и не поцеловать её.

— Я подумала, что ты грабитель.

— Грабитель? Сейчас? Пока половина моей семьи стоит во дворе?

Она фыркает.

— Ну, если уж ты так формулируешь...

— Скажи мне, тебе комфортнее хватать грабителя или всё же меня?

С тех пор как я почувствовал её прикосновение и услышал голос, напряжение, жавшее мои плечи, растворяется. Она в порядке. Она в безопасности.

Она отдёргивает руку.

— Я не хватала тебя. Я пыталась убедиться, что это ты.

— Уверен, ты хватала.

— Заткнись. Я не... да какая разница. У тебя есть фонарик?

— Был. Пока кто-то не врезался в меня и не выронил мой телефон.

— Ах да. Это же я.

— У тебя есть твой?

— Я его положила, когда схватила скалку.

— У тебя скалка?

— Мне нужно было оружие! — говорит она, будто это всё объясняет.

— Понятно. Против грабителя.

— Именно.

Я всё ещё держу её за плечи и медленно скольжу рукой вниз по её руке, пока не касаюсь скалки в её сжатом кулаке. Обхватываю её пальцами.

— Может, я это возьму?

— Ага, — говорит Тэйтум медленно. — А я тогда поищу телефон...

Она отходит, и мне тут же становится неуютно без её тепла. Судя по звукам, она немного шаркает и задевает что-то, а потом включается её фонарик. Молча она двигается ко мне, светя на пол, пока не находит мой телефон.

Наклоняется, поднимает его, стряхивает пыль о свой худи и протягивает мне.

— Похоже, уцелел. Прости.

Мы идём рядом, держа перед собой включённые телефоны, и молча проходим в основную часть кухни, а затем в заднюю, где скелетообразные ветви дерева прорвали потолок. Офис Тэйтум полностью раздавлен, в нём — основная масса ствола. Но кажется, сама кухня почти не пострадала.

— Могло быть хуже, — говорю я, освещая разрушения. — Хотя бы квартира цела. И ты сможешь продолжать готовить.

— Да, могло быть гораздо хуже, — кивает она. — Как думаешь, сколько займёт ремонт?

— Без понятия. Сегодня уберём дерево, натянем брезенты на дыру в крыше, потом подождём, пока распогодится и вернётся электричество. После этого найдём бригаду, чтобы восстановить стену офиса и крышу. На глаз — неделя, может, две.

Она прикусывает губу.

— Две недели. Это долго.

— Главное, кухня работает. Если захочешь сбежать от всего — мой офис в твоём распоряжении.

Она смотрит на меня с весёлым прищуром.

— Подожди, ты сейчас серьёзно? Мне послышалось, или Леннокс Хоторн только что предложил помощь?

— Привыкай. Похоже, тебе это будут предлагать всё чаще.

— Это значит, что мне достанется вся лучшая спаржа?

— Я по-честному выиграл ту спаржу, Эллиотт. Не моя вина, что ты ужасна в «камень-ножницы-бумага». Я, кстати, предлагал приготовить тебе что-нибудь. Это было мило.

— Я всё ещё уверена, что ты жульничал. — Она скрещивает руки и слегка вздрагивает от холода. — Но на самом деле, ты уже для меня готовил.

— Сэндвичи у мамы не в счёт.

— Они были потрясающие, но нет, не в счёт. Я заказала пару блюд из Хоторн на той неделе. Филе миньон и свиную вырезку.

— Умный выбор, — говорю я, стараясь звучать спокойно, хотя внутри всё сжалось. Она ела мою еду? Ей понравилось? Я произвёл впечатление?

Если бы я знал, что готовлю для неё, отнёсся бы к этому вдвойне серьёзно.

— Это мои любимые блюда.

— Я так и подумала, — отвечает она.

У меня пересыхает в горле.

— Ну, и как тебе?

Она смотрит на меня долго, прямо, искренне.

— Всё было идеально, Леннокс. Конечно, идеально.

И в её словах нет ни грамма лести. От этого признания внутри распускается тепло, которое сложно описать. Мне всегда приятно, когда людям нравится то, что я создаю. Но сейчас это ощущается по-другому.

Больше.

Глубже.

Я поднимаю руку и провожу пальцем по краю шарфа Тэйтум — моего шарфа. Он свободно обмотан вокруг её шеи, но она всё равно выглядит замёрзшей — нос порозовел, щёки пылают.

— Тэйтум, где твоя куртка?

Она пожимает плечами.

— У меня её нет.

— Вообще нет? Ни одной?

— В Калифорнии не бывает такого холода. Да ты сам говорил, что для весны такая погода нехарактерна. Я решила, что куплю что-нибудь к следующей зиме.

Я скольжу рукой по её руке и беру её за пальцы, переплетая их со своими.

— Пойдём, — говорю, потянув её к своему кабинету.

Я оставляю её у двери, а сам захожу внутрь, снимаю с крючка своё чёрное пуховое пальто. Ставлю телефон на книжную полку и направляю свет вниз, чтобы освещение было, но не слепило глаза. Протягиваю куртку.

— На. Надень.

Она не двигается.

— Ты точно не замёрзнешь?

Я смотрю на своё тяжёлое шерстяное пальто.

— Оно справляется.

— Понятно, — отвечает она, слегка смутившись. — Конечно, справляется.