Чтение онлайн

– Ну как, путешественник, - начал Данила Евгеньевич, - мёрзнешь в нашем климате? Отвык?

Начальник заметил как Степанов передёрнул плечами .

– Не без этого, - напряжённо, но, делая вид, что расслаблен, отвечал Степанов. За благорасположением Данилы Евгеньевича он искал скрывающийся подвох.

– Провалил операцию. Потерял Кальвадоса.

– Отчего же потерял? Я его доставил, как велено, дочери. Что с ним дальше сталось не наша проблема.

– Пожалуйста, в единственном числе! Меня в свои провалы не путай.

– Кальвадос, вполне возможно, жив. Его ввели в медикаментозный летаргический сон, а потом похитили из гроба. После эксгумации гроб оказался пустым.

– И зачем такие сложности? Если Кальвадоса просто пытались похитить, как ты неоднократно доносил, зачем в последний раз следовало прикрывать это мнимой смертью?

– Чтобы раз и навсегда покончить с его розысками. Нет человека, и нет.

– Хорош гусь! А что я скажу генералу? Что скажу парагвайскому послу, который держит дело Кальвадоса на контроле?

– Из посольства ещё не звонили, - вставил Скакунов.

– Позвонят! И письмо пришлют. Где Кальвадос? Умер по доставке. Прекрасно сработал МУР! Следовало отдать Кальвадоса дочери и марш оттуда, а ты в Парагвае торчал. Понравилось? Мало того, дождался, что Кальвадос умер, но ещё и могилу раскопали. Степанов, ты хоть понимаешь, что наш отдел не в лучшем свете?

– Понимаю.

– Угу, понимаю! Ничего не понимаешь. Если б я тебя оттуда за уши не вытащил, ты б до конца своих дней в Парагвае сидел.

– Не на свои же деньги мне обратный билет покупать…

Данила Евгеньевич задохнулся от ярости:

– Патриот, вот патриот?.. Мог бы и на свои купить, бухгалтерия потом вернула бы… Сидел, ждал перевода. Надо было звонить в посольство, требовать обратного билета, а не куковать у моря погоды.

– В Парагвае остался волей случая улетевший со мною прапорщик Записанько, - попытался Степанов перевести разговор в иное русло.

– Странно, что волей случая прапорщик Записанько не на Луну улетел.

– Почему вы его не вернули?

– Идиот! Первый год в милиции работаешь?! Прапорщик Записанько потерялся , это факт. На работу две недели не выходит. Но нет заявления от его родственников. Признаков волнения они не показывают. Предполагаю, запил человек… У него есть тёща на Украине, которую он любит донельзя. Жена сказала, что он к тёще мог и поехать, тем более праздники стояли, а Записанько два года отпуск не брал. Связи с тёщей пока нет. Мы послали запрос. Тёща Записанько проживает на селе, где отсутствует телефон, горячая вода, а часто и свет.

– Но я же видел Записанько! Я общался с Володей, - поморщился Степанов. Из вредности он хотел вытащить Володю из Парагвая, как можно скорее.

– И на основании твоего голословного и единственного заявления, я должен отправить на другой край света следственную бригаду? Кто её оплатит? На отдел до конца квартала деньги не выписали. На бензин, чтобы заправить служебные машины, средств нет. Если Владимир Записанько в Парагвае, почему он не позвонит?

Степанов помялся:

– Он не желает.

– Может он и в Органах больше служить не желает? Может, он в Парагвае политического убежища попросил? А мы самолёт за ним отправляй?.. Нетушки, всё должно идти , как положено - заявление от родственников о пропаже человека по месту исчезновения.

– В Парагвае что ли?

– Не умничай… Возбуждение дела, опрос свидетелей. Потом будут приниматься меры.

Степанов вздохнул. Во время нагоняя он стоял. Данила Евгеньевич сжалился:

– Присаживайся… Тут подполковник Скакунов из Службы Внешней Разведки. У него к тебе вопросы.

Скакунов откашлялся:

– Находясь в Парагвае, сделали ли вы заключение о военной мощи южноамериканского государства?

Степанов стрельнул беспомощным взглядом в Данилу Евгеньевича. Тот рассматривал ногти.

– Поймите, - пояснил Скакунов,- Парагвай – страна неблизкая . Сотрудники нашего посольства в Рио и консульства в Сан-Пауло, в ведение которых находится Парагвай, редко посещают страну, мы хотели бы иметь свежий взгляд.

– Мне трудно судить, - помялся Степанов. – Я не заметил особой военной мощи. Я видел, поля риса, кукурузы, пшеницы. Масса кокосовых пальм. По берегам рек растёт восковая пальма-карнуба. Ещё там - деревья, не знаю, как называются, с воздушными корнями…

– Проезжали вы, оказывались ли около военных баз?

Степанов напряг память:

– Помню, как-то ехали мимо высокого белого забора. Возможно, это была военная база, если не фабрика.

– На чём ехали?

– На автобусе. После того, как мы чуть не утонули в водопаде Игуасу.

– Кто это - мы?.. Впрочем, не важно. Русские туристы, полагаю. В конце нашей встречи запишите их фамилии, мы опросим.

– Я не знаю фамилий, кроме прапорщика Записанько

Данила Евгеньевич с сердцем хлопнул по столу ладонью.

– …Борис, Павел, сын Бориса – Виктор. Ещё мы встретили знакомую Бориса Свету с семейством, матерью – Мариной, отцом – профессором, братом- спортсменом на реабилитации…

– Всегда нужно осторожно узнавать и записывать фамилии людей, когда случайно оказываешься в малодоступной и плохоизученной стране. Это наш долг, - сделал внушение Скакунов.

– Как же осторожно вызнавать? – обозлился Степанов.

– По гостиничной книге, например. Или подошли бы к тому же Борису: Борис, как ваша фамилия, контактный телефон в России, адрес. Вы очень понравились, не терпелось бы и в дальнейшем поддерживать отношения. Способов не перечесть, надо работать активнее. Главное, никогда не забывать об интересах Родины.

– Семейство Светы было не туристами. Света вышла замуж за полковника Родригеса.

Полковник Скакунов оживился, заёрзал на стуле:

– Знаю, знаю…Он же Майкл Фрезер, Абдулла Ашраф, Сен Ким и ещё десяток фамилий. Лидер «Парагвайз труперс». Слышали о такой организации?

– Что-то такое слышал.

– Тайная военизированная тщательно конспирированная организация, устроенная по типу масонской ложи. Имеет связи с организованной преступностью. Отличительный знак – череп, скрещённые кости, латинская «R» в круге.