Чтение онлайн

Донерчинский период

Мы предложили свою совершенно новую периодизацию российско-цинских отношений, основанную на колебании соотношения вооруженных сил Российского государства и Цинской империи. В соответствии с данной периодизацией мы выделили первый период российско-цинских отношений. Данный временной отрезок мы обозначим как донерчинский период, то есть протекающий от первой экспедиции Е.П. Хабарова на Амур (1649) до заключения Нерчинского договора в 1689 г. Данный период характеризуется превосходством сил России над силами империи Цин в Приамурье.

Причины возникновения отношений России и империи Цин

Важным вопросом в рассмотрении российско-цинских отношений является причина их возникновения. Исследователи данной проблемы считают основной причиной возникновения российско-цинских отношений стремление России выйти на внешний рынок Китая. Рассмотрим данное утверждение. С одной стороны, московское правительство было крайне заинтересовано в установлении посольских связей с Китаем, что подняло бы международный престиж России как европейской державы, с другой — торговля с Китаем не только сулила России громадные прибыли, но и при определенных обстоятельствах сделала бы Россию основным поставщиком китайской продукции в Европу, то есть у России существовала реальная возможность создать русскую монополию во внешней торговле Китая. Империя Цин же не стремилась к развитию торговых отношений с Россией с целью получения экономической выгоды, так как, во-первых, все контакты китайцев с иностранцами были сведены маньчжурами к минимуму по причине завоевательной войны маньчжуров на территории Китая (1644–1683); во-вторых, внешняя торговля рассматривалась государством (которое фактически контролировало все внешние связи страны, в том числе и торговлю) как второстепенное занятие для населения и использовалась как эффективный рычаг воздействия на соседние государства. Таким образом, стремление установить российско-цинские торговые связи было характерно только для Российского государства, поэтому данная причина не может считаться основной причиной возникновения отношений двух держав. Следовательно, нужно искать именно ту первопричину, которая заложила основы отношений двух государств, тот начальный процесс, участие в котором принимали бы обе державы.

Под эти характеристики подходит борьба России и империи Цин в Приамурье и Маньчжурии. Данная территория представляла интерес для двух государств, поэтому именно здесь началась борьба, именно этот процесс, в котором активно участвовали обе державы, в разрешении которого были заинтересованы.

Империя Цин, рассматривавшая Маньчжурию как тыл для отхода своей армии в случае неудачи в Китае, была обеспокоена проникновением в сопредельное Маньчжурии Приамурье казаков, и поэтому стремилась решить эту жизненно важную для себя проблему, а Россия стремилась расширить свою зону влияния и сбора ясака. Итак, именно столкновение интересов Российского государства и Цинской империи на территории Приамурья и Северной Маньчжурии явилось основной причиной возникновения российско-цинских отношений.

Основные внешнеполитические цели сторон в Приамурье

Казаки, быстрыми темпами осваивавшие Сибирь, являвшиеся авангардом распространения российского влияния на Востоке, представляли собой важный инструмент внешней политики Российского государства в отношениях с империей Цин.

Отметим, что основной целью казаков (которая поддерживалась как уездными, так и столичными властями, что видно из постоянного поощрения казаков деньгами и пр.) было закрепление на Амуре и его притоках для сбора ясака — налога с местного населения в виде пушнины, которой было очень богато Приамурье. Данной цели казаки добивались посредством строительства острогов по рекам Приамурья, которые являлись центрами сбора ясака.

Для того чтобы конкретно определить цели империи Цин в данном регионе в данный период, необходимо рассмотреть внешнеполитическую ситуацию вокруг империи в данный момент: во-первых, основной внешнеполитической задачей цинов являлась покорение Китая, что требовало мобилизации абсолютно всех сил маньчжурского государства, во-вторых, полная мобилизация сил для китайского фронта сделала Маньчжурию (фактический тыл) беззащитным для любого внешнего воздействия. Два утверждения позволяют нам воссоздать систему внешней политики маньчжурской империи на период до решения первоочередной задачи, предполагавшей оккупацию Китая. Таким образом, вся внешняя политика империи Цин преследовала две цели: во-первых, оккупация Китая, во-вторых, создание наиболее безопасной обстановки вокруг тыла. И так концепция действовала до полного покорения Китая маньчжурами, так как с момента достижения этой цели империя высвобождала огромные силы для активной внешней политики за пределами Китая.

Поэтому империя Цин, приступившая к покорению Китая в 1644 г., имела в Приамурье и Маньчжурии цели, противоположные Российским. Первоначальная территория маньчжурского государства (империи Цин) — Южная Маньчжурия со столицей в Мукдене — рассматривалась цинами как возможный тыл при случае неудачной войны в Китае. Из этого вытекает и основная цель империи Цин в данном регионе: территорию тыла нужно обеспечить надлежащей защитой, при этом нужно учитывать тот факт, что Маньчжурия (в связи с уходом почти всего населения в Китай на завоевание этой страны) обезлюдела и потому стала крайне уязвимой. Но первоначально к осуществлению данной цели, то есть охраны Маньчжурии как тыла, не надо было прикладывать никаких усилий, так как Южную Маньчжурию окружали подконтрольные цинам племена. Таким образом, достижение цели не требовало средств.

Нужно отметить, что Приамурье было не только смежной территорией с Южной Маньчжурией, то есть стратегической сферой интересов цинов, но и экономической сферой интересов цинов. Распространение российского влияния в регионе влекло за собой разрыв экономических связей региона с Китаем и ущемление экономических интересов цинов.

Кардинально ситуацию изменил приход в Приамурье русских казаков, которые постоянно расширяли сферу своего влияния в данном регионе. Фактически у маньчжуров появился новый неподконтрольный сосед, «неизвестное приамурское племя» — так первоначально предполагали местные мукденские власти и, исходя из этого, строили свою политику, решив «усмирить» русских с помощью карательных экспедиций.

Такие методы борьбы не принесли успеха маньчжурам. Нужно отметить, что с этого момента стратегия цинов меняется: если раньше борьба с русскими воспринималось делом, не требующим больших усилий (карательные экспедиции) по причине недооценки противника, то теперь цины, полностью оценив реальные возможности своих новых соседей, развернули долговременную деятельность в данном регионе, направленную на сдерживание дальнейшего продвижения России по Амуру.

Таким образом, в борьбе с русскими маньчжуры преследовали только одну цель — обеспечить безопасность Маньчжурии, используя разные средства (при императоре Шуньчжи [Фу Лине]): сначала карательные экспедиции, имея задачу установить контроль над «неизвестным племенем», далее, о чем речь ведется ниже, тактику «выжженной земли» и мобильной войны как средство воспрепятствовать дальнейшему проникновению казаков в глубь Северной Маньчжурии.

Но есть такое утверждение, что маньчжуры стремились захватить Приамурье, тем самым опередить русских. Во-первых, на такое утверждение следует логичный вопрос: почему маньчжуры не сделали этого раньше, ведь агрессивная империя Цин граничит с этими областями изначально (при этом смежную Южную Монголию империя покорила в 1636 г., а в 1637 г. покорила Корею)? Следовательно, территория Приамурья сама по себе не представляла интереса для цинов. Во-вторых, зачем, напряженно воюя на территории такой огромной и богатой страны, как Китай, где задействованы почти все силы империи Цин, вдруг проявлять интерес к слабозаселенной местности, население которой не превышает 30 тыс. человек? Если казаки действительно мирно осваивают Приамурье и находятся в глухой обороне, зачем империи Цин открывать второй фронт в столь напряженное время? Затем, что казаки в глухой обороне не находились и осваивали местность так быстро, что в скором времени сюда пришли бы регулярные войска Российского государства (что и произошло в1689 г.), и в случае неудачи в Китае отступать цинам было бы некуда. Утверждения Сладковского о территориальных притязаниях империи Цин в Приамурье не выдерживают критики: сама по себе данная территория не представляла никакого интереса для цинов. Но, как показала практика, просто выбить россиян из Приамурья — это лишь половина дела, так как через некоторое время они возвращались туда вновь, поэтому, чтобы добиться цели, то есть обезопасить Маньчжурию, данную территорию цинам пришлось закрепить за собой, то есть произошедшее закрепление Приамурья за империей Цин по Нерчинскому договору 1689 г. не является результатом стремления цинов оккупировать Приамурье, но является лишь вынужденным средством по вытеснению активно действующей России из данной области, где цель — безопасность Маньчжурии.

Также было бы грубой ошибкой считать, что действия маньчжуров в Приамурье есть средство заставить Россию стать вассалом империи Цин, так как даже после того, как Н.Г. Спафарий фактически признал вассальную зависимость России от империи Цин, боевые действия и напряженность в Приамурье не уменьшились.

Ход действий в Приамурье 1652–1662 гг.

В 1653 г. на Амур прибыл царский посланник Зиновьев, чтобы наградить Хабарова за присоединение новых территорий к русскому государству и составить собственное мнение о новых землях для доклада государю. Уезжает Зиновьев вместе с Хабаровым, оставляя О. Степанова за главного. Со Степановым связана активизация деятельности (точнее было бы утверждение о расширении сферы деятельности) по сбору ясака в данном районе: теперь в список подданных России вошли жители Нижней и Средней Сунгари, Уссури. Такое расширение сферы влияния России встречает сопротивление со стороны империи Цин, и в качестве контрмеры цины переселяют объясаченное Степановым население в Южную Маньчжурию. Такие действия получили название тактики «выжженной земли».

Действия Степанова, носящие характер открытой враждебности в адрес цинов, а также размах его деятельности заставили их пойти на более серьезные меры: в январе 1655 г. началась подготовка военной операции, а уже в марте по планам, подготовленным в столице, армия с полководцем Минъаньдали (Мингардари) во главе в составе 10 тыс. человек и 10 пушек осадила Кумарский острог, осада которого продолжалась около месяца. Но и теперь маньчжурская армия потерпела поражение.

Крайне интересно последующее развитие событий. «Русские нанесли маньчжурам несколько ощутимых поражений. Эти поражения… вызвали серьезное беспокойство в Пекине».