Чтение онлайн

Когда шум стих, и матросы уже наполовину справились со своим обедом (овсянка, корабельные сухари и сыр, потому что понедельник был постным днём), Уэст повторил – он уверен, что видит тендер и почти наверняка на нём вымпел.

– Возможно, вы правы, сэр, но я ничего не вижу, – сказал Джек. – Но даже если и так, нет ничего необычного в том, что тендер отправили на остров Норфолк. Там на берегу всё ещё множество казённых складов и сколько-то людей, как я понимаю.

– Сэр, они определённо сигналят, – крикнул Уэст мгновением позже.

– Я не вижу, сэр, – холодно произнёс Джек. – У меня нет времени на пустую болтовню с каким-то тендером.

А Дэвидж, который был сообразительней своего товарища, пробормотал: «Молчание – золото, старина».

После того как матросы, а затем и мичманы пообедали, Джек спустился к себе и послал за Оуксом.

– Садитесь, мистер Оукс, – сказал он. – Я долго думал, что с вами делать; очевидно, что нам придётся расстаться – не говоря уже о том, что женщинам не место на «Сюрпризе» – но я не буду вас увольнять, пока мы не достигнем какого-нибудь сносного порта в христианских землях вроде Чили или Перу, откуда вы легко сможете вернуться домой. У вас будет достаточно средств для этого: не только ваше жалованье, но, возможно, часть призовых денег. Если нам ничего не удастся захватить, я сам вам ссужу необходимую сумму.

– Большое спасибо, сэр.

– Я также дам вам рекомендации для любого морского офицера, которому вы сочтёте нужным их предъявить, упомянув о вашем хорошем, достойном моряка поведении под моим командованием. Теперь что касается вашей… вашей спутницы. Она ведь под вашей защитой, я полагаю?

– Да, сэр.

– Вы думали о её дальнейшей судьбе?

– Да, сэр. Если вы будете так добры, что пожените нас, она станет свободна; и если люди с того тендера поднимутся на борт, мы предложим им поцеловать нас в... мы сможем рассмеяться им в лицо.

– Вы сделали ей предложение?

– Нет, сэр. Я думал...

– Тогда идите и сделайте это, сэр. Если она согласится, приведите её сюда, чтобы она сама мне это подтвердила: будь я проклят, если позволю кого-то взять в жёны насильно на борту моего корабля. И если она откажет, нам придётся найти ей место для сна. Теперь проваливайте. Постарайтесь побыстрее. У меня полно дел. Кстати, как её зовут?

– Кларисса Харвилл, сэр.

– Кларисса Харвилл, отлично. Ну идите уже, мистер Оукс.

Они вернулись вдвоём, запыхавшиеся, и Оукс поторапливал девушку при входе в каюту. Она слышала, что её любовника вызвали к капитану, и у неё было время привести в порядок одежду, волосы и лицо, несмотря на все обстоятельства, поэтому она выглядела вполне прилично, когда предстала перед капитаном – хрупкая и похожая на мальчика в своей униформе, со склонённой светловолосой головой.

– Мисс Харвилл, — сказал Джек, вставая. – Прошу, садитесь. Оукс, найдите стул и тоже сядьте.

Девушка присела, как подобает женщине, насколько это было возможно: глаза опущены, лодыжки скрещены, руки на коленях, спина выпрямлена. Джек обратился к ней:

– Мистер Оукс сказал, что вы вроде как согласны выйти за него замуж. Это действительно так, или, так сказать, чему верится, того хочется, и он себе польстил?

– Нет, сэр. Я вполне готова выйти замуж за мистера Оукса.

– По своей собственной воле?

– Да, сэр. Мы будем бесконечно признательны вам за доброту.

– Не надо благодарить меня. У нас на борту есть священник, негоже, если его обязанности будет выполнять дилетант. У вас есть какая-то другая одежда?

– Нет, сэр.

Джек задумался.

– Джемми-птичник и Бонден могли бы на скорую руку сшить вам платье из парусины номер восемь, которую мы используем для бом-брамселей и трюмселей. ...Хотя, – продолжил он после некоторых размышлений, – такая ткань будет смотреться неподобающе – недостаточно торжественно.

– Вовсе нет, сэр, – пробормотала мисс Харвилл.

– У меня есть старые рубахи, сэр, можно, наверное, использовать их, – сказал Оукс.

Джек нахмурился и, повысив голос до обычного тона, крикнул:

– Киллик, Киллик, эй!

– Сэр?

– Достань отрез алого шёлка, который я купил в Батавии.

– Не уверен, но нам с помощником придётся обшарить весь кормовой трюм, и нужно ещё пару человек, чтобы вытащить всё оттуда и потом вернуть обратно, – ответил Киллик. – Это несколько часов горбатиться.

– Глупости, – парировал Джек. – Он за лаковым комодом в моей кладовой, завернут в рогожу и синий ситец под ней. Это займёт две минуты, если не меньше.

Киллик открыл было рот, но, оценив текущее настроение капитана Обри, предпочёл промолчать и удалился, выражая своё крайнее неудовольствие невнятным ворчанием. Джек продолжил, по-прежнему обращаясь к девушке:

– Уверен, вы и сама прекрасно справитесь с шитьём?

– Увы, сэр. Я умею делать только самые простые швы, с большими стежками и очень медленно – едва ли ярд за полдня.

– Так не пойдёт. Платье должно быть готово к восьми склянкам. Мистер Оукс, в вашем отряде есть пара молодых парней, которые очень красиво вышили свои рубахи.

– Уиллис и Харди, сэр.

– Точно. Каждый может сделать по рукаву. Джемми-птичник справится с юбкой за полсклянки, а Бонден разберётся с этим – с верхом.

Возникла пауза, и чтобы как-то её заполнить, Джек, который всегда несколько нервничал в присутствии женщин, сказал:

– Надеюсь, вам не слишком жарко, мисс Харвилл? При таких облаках, как сейчас за кормой, часто бывает душно.

– О нет, сэр, – возразила мисс Харвилл с большей живостью, чем прежде позволяла ей скромность. – На таком красивом корабле не может быть слишком жарко. – Это была полная чепуха, но намерение угодить и показать свою радость было очевидным, а комплимент кораблю всегда уместен.

Вернулся Киллик, которого так корёжило от неодобрения, что он выдавил из себя только: «Я снял с него рогожу». Джек произнёс: «Спасибочки, Киллик», вертя рулон в руках. Он развернул синий ситец, и появился шёлк – тяжёлая, поблескивающая ткань, темнее алого, необыкновенно богатая фактурой и особенно цветом, заигравшим в косых солнечных лучах, падающих сквозь кормовые окна.

– Мистер Оукс, – сказал Обри. – Отнесите эту ткань Джемми-птичнику, она шириной в фатом, и если отрезать от края квадрат с припуском на шкаторины, этого куска хватит, чтобы укутать юную леди с головы до пят. Объясни Джемми, что нужно сделать, и спроси, есть ли на корабле портные получше, и если да, задействуйте их тоже: нельзя терять ни минуты. Мисс Харвилл, надеюсь, что буду иметь удовольствие снова увидеть вас, когда пробьёт восемь склянок.