Чтение онлайн

Кнопка. Точно. Бенджи снова ткнул пальцем в кнопку – на этот раз зажглась зеленая лампочка, указывая на то, что женщина включила систему, – и сказал:

– Я доктор Бенджи Рэй из ЦКПЗ, работаю в Службе изучения эпидемий. Я надеялся, что меня впустят внутрь.

– Нет. Уходите!

Яркий свет исчез, оставив только кружащиеся в поле зрения точки. Лампочка на домофоне снова погасла.

Бенджи нажал на кнопку, но лампочка не зажглась. Он постучал опять, уже более настойчиво. Тук-тук-тук-тук. Ему не хотелось повышать голос и привлекать к себе внимание, но какой у него оставался выбор?

– Пожалуйста! – что есть силы крикнул Бенджи. – Мне нужна ваша помощь! Это очень серьезно!

И опять ему в глаза ударил яркий свет, ослепляя его. Затем треск домофона:

– В чем дело?

В самый последний момент вспомнив нажать кнопку, Бенджи заговорил снова:

– У вас есть экспериментальное противогрибковое средство. От калифорнийской лихорадки. Оно еще не прошло клинические испытания.

Треск, шипение.

– Вы имеете в виду 1342-й?

– Да! Да, совершенно верно, именно этот препарат мне и нужен.

– Мне нужно удостовериться, что вы тот, за кого себя выдаете.

– У меня нет…

«Так, подождите, у меня есть документы». Бенджи так и не выбросил их: они лежали у него в бумажнике. Достав бумажник, он вытащил удостоверение, чем-то напоминающее полицейский значок. Свидетельствующее о том, что он действительно работает в СИЭ ЦКПЗ.

Свет погас.

Щелкнул отпирающийся замок, и этот звук вызвал вздох облегчения, вырвавшийся у Бенджи из легких. Когда его зрение освоилось в темноте, он разглядел женщину с широкими бедрами и маленькими руками, на голове черные кудри. Достав связку ключей, женщина отперла решетку и с грохотом сдвинула ее в сторону.

– Заходите, заходите! – Торопливо махнув рукой, она буквально схватила Бенджи за шиворот, втащила его внутрь, снова задвинула решетку и заперла ее. – Вам повезло, что вы живы.

– Я бы сказал, всем нам повезло, что мы на данный момент еще живы.

– Нет! – раздраженно возразила женщина. – Я имею в виду не это; я говорила про то, что живы здесь.

Она зажгла фонарик, освещая именно то, что и ожидал увидеть Бенджи: вестибюль, мраморные полы, посредине большой фонтан, неработающий, высокие тропические растения в кадках и стойка администратора у стены, отделанной деревянными рейками и плитками из стекла и полированного никеля. Современно и стильно, хотя излишне вычурно.

– Что вы имели в виду под «живы здесь»?

– Я имела в виду то, что вы черный, а я коричневая. Таким, как мы, здесь… не рады.

– Не понимаю.

– Комендантского часа в Лас-Вегасе нет, в отличие от других городов, но они здесь. Эти chingados [137] из ДАВ, со своими здоровенными автоматическими винтовками и жуткой татуировкой. Свастика и все такое. Люди Крила. Если они увидят такого, как мы с вами, то, возможно, сделают так, чтобы мы исчезли. Проходите сюда. Продолжим разговор в другом месте; я дам вам поесть, попить.

Когда они проходили мимо стойки администратора, луч фонарика скользнул по фотографиям в рамках. На одной Бенджи узнал стоящую перед ним женщину. Наверное, можно было не спрашивать, чем она здесь занималась. Сидела за стойкой.

Они подошли к закрытой двери, и женщина приложила магнитную карточку к считывающему устройству – щелкнул замок, женщина отпустила карточку, и та на подпружиненном шнурке вернулась к ней на бедро.

Они оказались в коридоре, их шаги гулко звучали на мраморном полу.

– Извините, мне неловко, – сказал Бенджи. – Я доктор Рэй, а вы…

– Розали Стивенс.

– Рад с вами познакомиться.

– Угу. Вот комната отдыха, здесь можно поговорить.

Розали Стивенс повернула налево, проводя Бенджи в обычную комнату отдыха. Щелкнув выключателем, она залила помещение подмигивающим люминесцентным светом. Смотреть тут было не на что – ни намека на показную роскошь вестибюля. Бежевый ковролин, бежевые стены, белые шкафы и стол. Холодильник, микроволновка, тостер, кофеварка. Стандартный набор.

Когда Розали обернулась к Бенджи, тот увидел, что она больна. Красный нос, натертый постоянными бумажными носовыми платками. И белая короста в уголках глаз. Болезнь еще не успела сильно продвинуться, но, определенно, к этому моменту она уже сказалась на когнитивных функциях Розали.

– Да, я больна, – подтвердила та, перехватив его взгляд. – У вас с этим какие-либо проблемы? Вы без маски, из чего я сделала вывод, что вы или храбрец, или дурак, или сами больны.

– Я тоже болен.

– «Белая маска». Стервозная болезнь. – Шмыгнув носом, Розали пожала плечами. – У меня есть вода в бутылках, могу предложить вам парочку. Или, если хотите, могу сварить кофе.

Последние слова буквально ударили Бенджи в нёбо. У него свело челюсть от мысли отведать кофе. Поразительно, как нечто такое обыденное вдруг превратилось в экзотику. И тут его оглушила сокрушительная мысль: с кофе покончено. Здесь его не выращивают. Климат не позволяет. А если мир будет и дальше увядать, никто не сможет привозить кофе сюда. И даже выращивать его. Потому что не останется никого, чтобы возить и выращивать.

В голове у Бенджи возникла безумная мысль: «Почему-то от того, что исчезнет кофе, на душе тяжелее, чем от того, что исчезнет все человечество».

– От кофе не откажусь, – с готовностью согласился Бенджи. Возможно, чересчур жадно.

– Я и сама выпью. Все равно спать я предпочитаю днем, – сказала Розали. – Хотя становится просто невыносимо жарко, твою мать. Кондиционер я не включаю.

– Вы… спите здесь?

– Да, – подтвердила Розали, хватая упаковку молотого кофе и бутылку с водой. – У меня в одном из кабинетов надувной матрас. Просто райская жизнь!

– А дома у вас здесь нет?

– Есть.

Но по тому, что Розали больше ничего не добавила, Бенджи понял, что нужно остановиться на этом.

Открыв шкафчик, Розали принялась шарить внутри – шуршание пластиковых пакетов и бумажной упаковки. Из кофеварки тонкой струйкой полился кофе. Розали достала несколько пакетиков чипсов и дешевую грудинку в нарезке, какая продается на заправках.

– Вот и все, что я могу вам предложить, – сказала она.

– Премного благодарен.

Вскрыв пакетик чипсов, Бенджи начал есть. Розали отправила себе в рот горсть орешков ассорти из банки.