Чтение онлайн

– А что важное вы хотели мне сообщить?

– Борислав Силыч… - вкрадчиво начал Годяй Самыч.
– Не знаю, как сказать… чтоб не обидеть.

– Говори, как есть. Не первый же год мы с тобой знаемся… Так неужто не поймем друг друга?

– Имеется у меня одно подозрение, почтенный Борислав, - сделав над собой усилие, проговорил хранитель.
– После долгих размышлений, я пришел к умозаключению, что спаситель наш, Скосырь Горемыкыч - нехороший человек. Вывод сей я сделал не скоропалительно. Об услуге, которую Скосырь городу оказал, не забыл. Помнится, он и твоих внуков от смерти спас. Так что, не подумай чего…

– Продолжай, - кивнул судья с окаменевшим лицом.
– Уверяю тебя, Годяй, я способен судить о вещах беспристрастно. Я не мешаю дела городские и домашние, - заверил он.
– И со Скосырем дружбу не вожу. Уж больно он напрашивался ко мне в поверенные, все напоминал о своем неоценимом поможении. А я так считаю, что кичиться своими заслугами может только человек бесчестный и бессовестный… или глупый. Но Скосырь не глуп.

– Да. Он образован, - согласился Годяй Самыч.

– А умный человек на правду не обидится, верно? Ну, я ему и сказал, мол, нечего передо мной лебезить. Больше всего в людях я ценю скромность. Пусть не думает Скосырь, что если он сделал доброе дело, значит, все должны перед ним заискивать. Разве кто другой на его месте отказал бы в помощи умирающему, если б знал, как помочь? Заповеди обязан выполнять всякий живущий среди людей. Разве не сказано было: помоги ближнему своему, и деяние твое оценено будет, и тебе воздастся сторицей? Живешь среди людей - поступай по-человечески.

Судья прервал свою речь-проповедь, чтобы перевести дыхание, и Главный хранитель выпалил:

– Мнится мне, что Скосырь Горемыкыч не тот человек, за которого себя выдает.

– Что, значит, не тот?
– Борислав Силыч вопросительно приподнял бровь.
– Не темни, Годяюшка. Прямо говори, что разузнал о нем.

– Городу-то Скосырь помог. Но нынче он, не иначе как, в пособниках у Злыдня ходит. Всякий человек может измениться… со временем.

– Ну-ка, выкладывай, давай, все, как есть, начистоту. И подробно чтоб…

И поведал главный хранитель о странном визите лекаря, “Пути Ключа“, “Были о Победе Велей“ и гориковых поисках. Борислав Силыч слушал внимательно, глядя на свои на сцепленные замком руки.

– Чего же ты раньше молчал про Скосыря?
– спросил он Годяя.
– Ведь сколько времени, с тех пор прошло, как он к тебе за гриватиной рукописью приходил!

– А если бы оклеветал человека, почетного горожанина, к тому ж? Люди-то его уважают. Ведь никакой явной вины за ним нет. Разве ж это преступление - книги читать?

– Так-то оно верно. Но не сочти за укор… не ты ли только что доказывал мне, что книга книге - рознь?

– Борислав, ты пойми, когда я принимал хранилище, мне никто не указывал, какие книги тайные, а какие - можно всем показывать. Тем более, сколько помню, “Путь Ключа“ всегда лежал на видном месте в Башне. Никому и в голову не приходило прочитать рукопись Велигрива.

– Оно понятно. Но Скосырь-то как узнал про рукопись?
– Борислав поднялся из-за стола, выглянул в окно, под которым находилась площадка, где стражи состязались в ловкости. Залихватски свистнув, он подал знак рукой кому-то внизу.

– Надо бы разобраться, - сказал судья, вернувшись на место.
– Сегодня же пошлю в лавку к Скосырю стражей. Ведь прежде-то жалоб на него не поступало. Наоборот, народ хвалу ему возносил. Вреда он, вроде, никому не причинил… Вообще-то, до меня доходили разные слухи про Скосыря. Наш город только кажется огромадным, а на самом деле он, как деревня - все про всех знают. Только досужие сплетни вздорных кумушек для меня, как судьи, не служат доказательством чьей-либо вины. Могут же и оговорить человека просто от зависти или обиды. Тем более, сейчас люди напуганы - им везде чудовища мерещатся и злодеи всякие. Но порядок в Двуречье, хвала божественному Свету, пока держится. Хоть и засылает к нам Злыда своих слуг. Слышал я, что Скосырь путешествовать любит, частенько уезжает из города по делам своим лекарским. Вполне мог повстречаться с Исчадьем Мрака, и продался ему за какой-нибудь посул. Ибо по твоему свидетельству, Годяй, чисто выходит, что Скосырь кромешником стал. К Злыде в услужение подался.

Вель умолк, подпер бороду кулаком и крепко призадумался.

– Борислав, тут у меня вот еще какое дело, - робко произнес главный хранитель.
– Хочу отправить Горислава, своего помощника верного, в Холмогорск, где, как следует из поведания веля Полеска, находится Злыднева могила. Пусть его сопровождает кто-нибудь стражей. Время сейчас трудное, дороги опасными стали…

– Верно мыслишь, Годяюшка. Расследование на месте надо провести принепременно.

– Я уже грамоту написал тамошнему судье-правителю, чтобы помог Гориславу.

– Ни один судья-правитель не станет чинить препятствия расследованию. По одной земле ходим, и закон - для всех один.

Не предупредив стуком о своем появлении, вошли Огнишек и Неждана. С их появлением в маленьком помещении совсем тесно, потолок словно опустился. Удостоив книговедов мимолетным взглядом, вели остановились в шаге от стола судьи-правителя.

При их появлении Горислав подобрался и ноги под лавочку задвинул, опасаясь, что оттопчут. А потом набрался смелости и взглянул снизу на девушку, да и дышать забыл - до того картина была чудесная. Неждана возвышалась над ним во всем своем великолепном бесподобии - голова на длинной шее гордо вскинута, синие глаза светятся, переливаются всеми оттенками от синего, губы алые в надменную улыбку сложены. Богиня, да и только, сошедшая прямо с небес.

– Чего звал-то?
– просто и безо всякого вступления ради вежливости, спросил Огнишек.

– Возникли новые обстоятельства, связанные со Злыдой. Наши книговеды, проявив похвальную любознательность и потратив много сил и времени, узнали из древних книг о месте захоронения Исчадья Мрака. Могила находится в окрестностях Холмогорска.

– И что?
– Огнишек посмотрел на книговедов.
– Оно там до сих пор покоиться?

– Вот это и следует обязательно выяснить, - сказал судья.
– Узнайте по возможности, как оно оказалось на свободе - случайно али помог кто. Хотя, может статься, что Зло, побежденное Велигривом, светлая ему память, все еще коптится в Бездне… - И со вздохом добавил.
– Раз уж Провидение забыло о нас, приходится все делать самим.

– Поедет Данка, - объявил Огнишек, выставив ногу вперед и заткнув большие пальцы за широкий пояс.
– У меня в городе дел невпроворот.

Сердце Горислава подпрыгнуло и заколотилось где-то в горле. Да, он и мечтать не смел, что его спутницей станет Неждана.

– А чего я-то?
– тоном рыночной торговки возмутилась красавица.
– Чё я забыла в этом Холмодырске!

– Холмогорск, - поправил ее Годяй Самыч.
– Ныне же город называется Чудово.

– Тем более!

– Тебе полезно посетить места боевой славы, - заверил ее наставник. Его карие глаза смеялись.
– А то ты даже представления не имеешь о подвиге наших собратьев. Нет в тебе ни капли уважения к памяти Прошлого.

– И никакого уважения к страшим, - добавил Борислав.

– Ага, я там буду холм посещать, а тебя здесь всякие бесстыжие дуры. Им даже в окно не придется лезть, могут смело через дверь войти.

Мужчины с удивленно-уважительно воззрились на Огнишка. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять, в чем заключался секрет его успеха у женщин. Вель - он и есть вель - телосложения могучего, высокий, широкий в плечах, и лицом необычайно привлекательный.

– Просто не хотел тебя будить. Дверь-то у нас скрипит. Думал, ты не услышишь…