Княжна из цветочной лавки
Шрифт:
– Пожалуйста… Он не должен узнать… Пожалуйста…
С моей истерикой Ирина Львовна справилась быстро. Она схватила кувшин, оставшийся на столике после утреннего умывания, и выплеснула остатки воды мне в лицо. А после рывком заставила встать на ноги и крепко обняла, успокаивая.
– Всё, Кариночка. Всё! Приди в себя!
Страх, что когтистой лапой сжал мне сердце, немного отступил, но не исчез. Я не желала ложиться, не желала отпускать Ирину Львовну, хоть и перестала плакать.
– Хорошо, давай поговорим, - смирилась она. – Только попрошу заварить тебе ромашкового чаю.
Она дождалась, когда Берта принесла в спальню чашку с чаем и заставила меня его выпить. И только потом согласилась выслушать.
– Ирина Львовна, вы же понимаете, что ребенок осложнит положение Гордея, - сказала я. – И, простите… его величество – ваш брат… но вы же знаете, что он убьет нашего с Гордеем ребенка.
– Со второй частью согласна, - невозмутимо произнесла Ирина Львовна. – Потому я и увезла тебя так далеко. Здесь твою беременность проще будет скрыть. Может, ты не поняла, но ее величество не может отлучаться далеко от дворца, а его величество не может оставить жену. Поэтому он так легко меня отпустил. Предполагается, что я буду докладывать ему обо всем, что с тобой происходит. Но отчего ты не хочешь рассказать о ребенке Гордею?
– Я знаю, как он поступит, - вздохнула я.
– И как же?
– Бросит все, порвет отношения с семьей, увезет меня куда-нибудь за границу. Он не будет выбирать между троном и ребенком. Сейчас у него есть какой-то план, и он понимает, что я буду ждать… что я могу дождаться… А ребенок ждать не будет. Гордей не допустит, чтобы он появился на свет бастардом, чего бы ему это не стоило. Я не хочу… так.
– Подожди… Так ты хочешь, чтобы ваш ребенок… стал незаконнорожденным? – удивилась Ирина Львовна.
– Пусть лучше незаконнорожденный, чем мертвый.
– Но Гордей…
– Гордей не смолчит! И его отец узнает о ребенке! Если он… если он…
Я хотела сказать, что если король убил матерей своих детей, лишь бы его любимая жена не родила полукровку, то и жизнь нашего малыша для него ничего не значит. Но не смогла произнести этого вслух.
– Тише, Карина, тише. Я поняла, что ты чувствуешь. Успокойся, тебе нельзя нервничать.
Не нервничать? Да это невозможно!
– Простите, Ирина Львовна. Я сейчас плохо себя контролирую. Не представляю, что мне делать… Я ничего не знаю о беременности, о детях! И потом, сейчас ничего не заметно, но ведь живот не спрячешь. Как мне быть? Что делать? Как спасти моего малыша?
И ромашковый чай не помог, к горлу опять подступили слезы.
– Да не убивайся ты так! Я тебе помогу. – Она опять меня обняла. – Кариночка, уезжая сюда, я предполагала, что ты, возможно, уже ждешь ребенка. И Гордей тоже… предполагал. Кроме меня и Орлова у его величества нет других соглядатаев. Он боится, что эта история выплывет наружу, а вслед за ней – и все остальное, что он так тщательно скрывает уже много лет. Поэтому для всех ты вернулась к опекуну Ероеву, а помолвка с Гордеем расторгнута из-за того, что тебя видели с другим мужчиной.
– Потрясающе… - пробормотала я, глотая слезы.
– Так лучше, чем быть княжной-полукровкой, обвиненной в колдовстве против принца.
– Да, согласна. Просто это… несколько неожиданно, - вздохнула я.
– Так вот, со мной сюда приехала девушка из благородного, но обедневшего рода. Никто здесь не знает, как выглядит Карина Елецкая, а слухи из дворца, добравшись сюда, обрастают такими небылицами, что от правды ничего не остается. Никто не подумает, что ты была невестой принца. А твоя беременность… объяснит, почему я привезла тебя сюда. Пойдет слух, что ты – моя родственница, чей грех я пытаюсь скрыть.
– Ирина Львовна, но ведь здесь беременность без мужа – это позор. И мой ребенок будет изгоем…
– Был бы в столице, - возразила она. – Здесь люди терпимее к чужим слабостям. Да и не задержимся мы тут надолго. Скоро зима, ты перестанешь ходить в город…
– А как же Берта? И Тихон?! – с ужасом вспомнила я о слугах.
– Берта сохранит тайну. Уверена, и Тихон тоже. Гордей поручил ему заботиться о тебе, а не докладывать о каждом шаге. Навряд ли они вообще будут поддерживать связь. И я смогу убедить Тихона, что твое спокойствие зависит от его молчания. Он кажется хорошим человеком. Он поймет.
– Еще Демьян Петрович, - вспомнила я. – Он обещал приехать, но задерживается. Ему тоже не стоит говорить о ребенке.
– Нет уж, он должен знать, - возразила Ирина Львовна. – Он на твоей стороне. И твою безопасность, в основном, обеспечивает князь Орлов. Такой человек должен знать всё.
Я промолчала о том, что еще кое-кто знает о моей беременности. Лэр Сапфирус, лекарь-чародей, определенно понимал, о чем я захочу спросить. Что ж, пришло время отправить ему письмо. Адрес я помнила наизусть.
– Вижу, ты немного успокоилась, - заметила Ирина Львовна. – Может, отдохнешь? Тебя уже не тошнит?
– Не тошнит, - кивнула я. – Но мне все же страшно…
Здесь нет УЗИ, никто не возьмет у меня анализы, никто не скажет, нормально ли развивается мой ребенок. Беременность – почти как рулетка. Повезет или нет? И от меня почти ничего не зависит!
– Да помогу я тебе, глупенькая… - Ирина Львовна погладила меня по голове, как ребенка. – И роды я принимала. Надо будет, лекаря-чародея приглашу. Все будет хорошо, Кариночка.
Вероятно, будет. Когда-нибудь…
– Ваша светлость! – крикнула за дверью Берта. – К вам гости, ждут в гостиной.
– Кто? – спросила Ирина Львовна, открывая дверь.
– Князь Орлов и лэр чародей из дворца, - ответила Берта шепотом. И добавила: - И княжну велели пригласить.
Лэр Сапфирус здесь?!
– Мне надо умыться, - сказала я. – Ирина Львовна, я спущусь чуть позже, хорошо?
– Главное, ничего не бойся, - ответила она. – Навряд ли чародей появился здесь из-за тебя.
Она ошибалась, но я не стала ее разубеждать. Лэр Сапфирус – точно мой союзник. Осталось только узнать – почему…
Глава 52
Как я ни старалась, но скрыть опухшие от слез глаза и бледный от тошноты оттенок кожи не удалось. Так и спустилась к гостям в состоянии «краше в гроб кладут». И, судя по всему, сумела произвести впечатление. Демьян Петрович чаем обжегся, а лэр Сапфирус ложку с вареньем до рта не донес.
– Доброе утро, - поздоровалась я. – Рада видеть… вас обоих.