Княжна из цветочной лавки
Шрифт:
– Нет. Однако не пользуйтесь ими часто. Это отнимает силы, а вы беременны.
– А что я вообще умею?
В общем, лэр Сапфирус удачно зашел. Я поняла, что лучшего источника информации в области магии мне не найти. Тем более, мне нужны его консультации, чтобы не навредить малышу. Я понятия не имею, как ребенка воспитывать… А уж как воспитывать чародея – тем более!
Лэр Сапфирус не успел ответить, к нам спустилась Ирина Львовна, одетая в дорожное платье, с саквояжем в руках.
– Я готова, - сказала она.
Вскочив, я обняла ее без стеснения и церемоний. На мгновение мелькнула мысль, что княгиня может не вернуться, но я ее отогнала. Хватит! Я так часто теряю близких… Нет, Ирина Львовна непременно вернется. И, вообще, все будет хорошо!
– Держитесь, - шепнула я ей. – Мы будем вас ждать.
– Гордею… что передать? – Она погладила меня по спине. – Ты не догадалась написать пару слов?
– Ничего не передавайте. – Одному Богу известно, каких сил мне стоило это произнести. – Хотя, нет. Только соболезнования, ведь он потерял брата. Пусть делает все, что сочтет нужным, не думая обо мне.
Отстранившись, я заметила, что Демьян Петрович одобрительно кивнул, а лэр Сапфирус одарил меня заинтересованным взглядом.
– Время рассудит, - мудро заметила Ирина Львовна. – Кариночка, береги себя.
Глава 54
Без Ирины Львовны в доме сразу стало как-то пусто. В последнее время мы мало разговаривали, почти не проводили время вместе, и все же я постоянно чувствовала, что она рядом. Белка бродила по первому этажу, как потерянная, и периодически душераздирающе мяукала. Мора настороженно следила за ней, забравшись на буфет. И даже Берта на кухне как-то по-особенному печально гремела посудой.
Тошнота и слабость отступили благодаря чародею, и я отправилась в сад, где Тихон расчищал очередной клочок земли. Мы уже успели привести в порядок оранжерею – перемыли стекла, освободили горшки и длинные ящики из-под старой земли. Я планировала начать использовать ее весной, однако теперь появилась мысль попросить лэра Сапфируса провести туда отопление, освещение и воду. Тогда уже зимой я смогу выращивать комнатные растения для продажи.
Дом чародея прекрасно сохранился, а вот сад пришел в запустение. Мне пришлось даже вырубить часть деревьев. То есть, рубил, конечно, Тихон. Он же выкорчевывал корни. Не только деревья прогнили и выродились, и почва истощилась. А выбор удобрений невелик – навоз, да зола. Есть еще люцерна, но это долгий процесс. Я могла засеять ею весь сад, однако почва хорошо насытится азотом через пару лет, а на продаже одной люцерны не разбогатеть. К тому же сеять ее лучше весной, а не в конце лета.
Мне приходилось учитывать и климат местности, и особенности почвы. Ирина Львовна сказала, что осень здесь наступит рано, приблизительно через месяц. А еще рядом море, поэтому в почве много песка, а в воздухе – соли.
С навозом проблем нет, его легко достать. Однако я решила, что безопаснее для нервов Ирины Львовны будет соорудить компостную кучу. Как это сделать, я знала исключительно в теории. Зато материалов под рукой хватало: и веток сухих, и опилок с деревьев, и всяких сорняков, и пищевых отходов, и водорослей, и того же навоза.
А рожать мне, между прочим, весной…
И хорошо! Живот не будет мешать огородным работам. Я уже примерно распланировала землю под грядки с овощами и травами и под клумбы с цветами. Исследование спроса убедило меня, что связываться с букетными цветами не стоит – их будут покупать, но мало. Лучше выращивать на продажу что-то цветущее в горшках, да рассаду для клумб. В конце концов, в моем распоряжении всего лишь сад, а не поле, на котором можно сажать тюльпаны в промышленном масштабе.
– А что гости, ушли? – поинтересовался Тихон, сгребая в кучу скошенные сорняки.
– Старший принц скончался, - сообщила я ему невеселую новость. – Они за Ириной Львовной приходили.
– Ох, ты ж!
– Тихон потемнел лицом. – Значит, Громобой теперь…
– Наследный принц, - произнесла я, так как он замолчал. – Да…
– А вы, стало быть…
– Нет. – Я отрицательно качнула головой. – Тихон, я знаю, что вы преданы Громобою. И все же…
Сказать или нет? Не сделаю ли я хуже? Ирина Львовна собиралась сама поговорить с Тихоном и Бертой.
– Вы о чем-то хотели попросить, княжна?
– Да…
– Прежде чем что-то скажете, подумайте, - попросил Тихон. – Я не предам Громобоя.
– Нет, ничего такого, - вздохнула я. – Наоборот. Я ценю все, что он для меня сделал. Верю, что он меня любит. Но я не буду для него… достойной женой. Посмотрите сами, какая из меня королева!
– Не пойму я, к чему вы клоните, - прищурился Тихон.
– Чем меньше Громобой будет знать о том, что со мной происходит, тем лучше, - сказала я. – Не до того ему сейчас. И вообще… пусть не отвлекается от государственных дел. Пусть не вспоминает обо мне.
– Ах, вот вы о чем… Считаете, он меня соглядатаем приставил?
– Телохранителем. Но ведь… не только?
– Ошибаетесь, княжна. Он даже оговорил специально, что никакой связи с ним держать не надо. Кажется, опасался, что это может вам навредить.
– Вот как… - пробормотала я. – Что ж…
– Дальше-то что делать? – Тихон оперся на грабли. – Вы говорили, грядки.
– А, да! Вот здесь. – Я показала ему участок на солнечном месте. – А после надо будет выкопать яму за сараем. Я покажу размеры.
– Надо, так надо, - вздохнул Тихон.
И отправился за лопатой.
За месяц укроп, сельдерей и петрушка вырасти успеют даже на этой почве. А я, заодно, посмотрю, насколько она плоха. Жаль, что осень близко… Или, наоборот, хорошо? Вот вернется Ирина Львовна, попрошу ее научить меня шить. Буду готовить одежду для малыша – распашонки, пеленки. Здесь, между прочим, подгузников нет. Да и не только их…
Ох, нет! Не буду думать о плохом. Мне повезло! И Ирина Львовна рядом, и Тихон защитит, и чародей с родами поможет. Вот Гордею сейчас несладко… Надеюсь, хоть Леонид его поддерживает.
На похоронах я все же побывала. Видимо, сильно хотела увидеть Гордея, а он попал в поле зрения коня из траурного кортежа. Я задремала после обеда в кресле – и дар перенес меня в столицу. Увидеть успела немногое: Гордея в черных одеждах на лошади, гроб на катафалке, украшенном белыми цветами, толпу людей на улице.
Почти сразу мелькнула мысль, что беременным нельзя присутствовать на похоронах, и я проснулась.
Это случилось на пятый день после отъезда Ирины Львовны, так что вернулась она позже. Ожидание превратилось в кошмар: беременность сделала меня раздражительной и мнительной, и я сильно переживала, представляя, что король не отпускает от себя сестру. А еще Ирина Львовна нужна и Гордею! Сейчас, наверное, особенно…