Чтение онлайн

– Но что это может быть?

– Работают все видеоприемники - значит, передается какое-то централизованное сообщение, - обыденно произнес священник.
– А раз так, логичнее всего вернуться в мои комнаты послушать, о чем идет речь.

– Можно подумать, что вы не догадываетесь!
– процедил сквозь зубы Большое Эхо.

– Что такое?
– все разом повернулись к нему.

– Сволочи... Предатели... Я так и знал!
– изо рта Большого Эха потекла слюна, выталкиваемая изнутри избытком ненависти.

– Ладно, пойдемте, - священник встал и направился в сторону Храма.

– Но мне так страшно...
– прошептала Скейлси.

46

Храм снова был пуст, лишь ветер гулял, свободно входя в незапертую дверь, и пахло паленым маслом от выгоревших до основания светильников. В коридоре валялись тряпки и банки - следы недавнего обыска. Лишь Скейлси смогла уловить боль, пронзившую священника при виде этой картины: ничем не выдал он своего истинного отношения к происшедшему.

– Видеоприемник стоял у меня вот здесь, - сказал он, тормозя возле одной из занавесок.

На стене висела копия картины, оригинал которой был вывешен у входа: два круга с серой перемычкой между ними, постепенно меняющей цвет: пятнистый белый, пятнистый серый, пятнистый черный... Или наоборот - как кому приятнее было видеть перед собой свой мир. Было в этом простом изображении что-то такое, что сразу приковывало к себе взгляд и не позволяло его отвести. Буквально через секунду Рипли ощутила, что ей до раздражения хочется замазать некоторые точки, словно нарушающие равновесие в этой картине.

Эти точки были черными.

Можно было подумать, что священник прочитал эти ее мысли: на подходе к видеоприемнику он, не оборачиваясь, сказал:

– Именно эти пятна черного цвета зависят от тебя. Лишь твое отношение к жизни поможет им стать белыми... И пусть они всегда стоят перед твоими глазами - лишь так, точка за точкой, можно исправить общий цвет... От неожиданности Рипли вздрогнула: она не ожидала от него такого умения, но тут же поняла, что он просто хорошо знаком с картиной: вряд ли только она испытывала при виде нее подобные чувства. Скорее всего, и у него перед глазами были эти "неправильные" точки, ради изменения которых стоило жить. Видеоприемник включился с легким щелчком - и тут же точки, картины, да и все прочее отошло на второй план.

– Обращение Правительства к народу будет повторяться в течение одной восьмой малого ночного периода, - сообщала с экрана женщина, - слушайте четвертое включение...

– Всем, всем, всем...
– возникла на экране морда темного цвета.
– Дорогие сограждане! Впервые наша планета стоит перед страшным испытанием, которое мы обязаны выдержать с честью.

Только что окончены переговоры с представителями цивилизации Нэигвас, и хотя официального объявления войны мы еще не получили, с нотой такого содержания наше посольство уже ознакомлено.

– Смилуйся над нами, Господи!
– изменившимся голосом проговорил священник.

– Нет, только не это!
– простонала Шеди.

– Я боюсь, мам!
– прижался к Рипли дрожащий бок Скейлси.

– Мы не можем еще точно назвать дату начала военных действий, но обращаемся ко всем добровольцам: для победы необходима поддержка каждого из вас...

– О какой победе он говорит?!
– зажмурилась Шеди.
– Мы безоружны... Нас сметут за одну секунду...

– Также просьба ко всем гражданам нашей планеты сохранять спокойствие: лишь наша выдержка, мужество и решительность, к которым я вас призываю, помогут нам защитить нашу свободу и жизни...

– Я больше не могу, - Шеди повалилась на пол, закрывая лапами голову.

– Будьте же мужественны, друзья мои, в этот час невиданных испытаний...

– Обращение Правительства к народу будет повторяться в течение одной вось...
– перекрыла его голос дикторша.

Священник подошел к видеоприемнику и нажал на выключатель.

– Вот и все... Друзья мои, - проговорил он, опуская голову.
– Нет... Нет!
– стонала, катаясь по полу, Шеди.

Даже Рипли чувствовала сейчас их ожидающий страх, полный бессилия что-либо изменить. Или это она сама уже переживала вместе с ними?

Почему на черном круге белые точки не казались лишними, и их не хотелось убрать - только черные на белом?

Рипли молчала. Она чувствовала себя не вправе высказывать свои суждения по этому поводу: любые слова оказались бы фальшью. Да и что дали бы ей самой чьи-то слова, если бы, наоборот, Земле кто-то объявил войну?

Промчавшийся холодок заставил ее встряхнуться. Как все это нелепо, неестественно, жестоко...

– А что мы теперь будем делать, мама?
– Может быть, Скейлси не понимала всей глубины обрушившегося на них несчастья, но общее настроение едва не убивало ее.

"Мы? А я-то тут при чем... Что я могу сделать...
– поморщилась от пронзившей ее боли Рипли.
– Ну почему все так?!"

– Ну чего им от нас нужно?
– продолжала мучиться Шеди.

"Что нужно?" - эти слова показались Рипли похожими на пощечину.

– Шеди... Это те самые, чей корабль нашли мы?

– Да...

– Тогда я знаю, - Рипли сжала кулаки.

Разве совсем недавно и сама она не желала этому миру гибели за смерть своих товарищей?

– Месть?
– Рипли показалось, что священник прятал под этим словом горькую усмешку.

– Да... Я очень хорошо представляю себе, что они пережили и перечувствовали. Такое очень сложно простить.

– А ты смогла?
– испытующе взглянул на нее священник.

Рипли молча погладила Скейлси: "Разве вам нужны еще доказательства?"

– Ну как же так?
– Шеди наконец присела и раскачивалась теперь с боку на бок, как при сильной головной боли.
– Почему? Неужели же им не объяснили?

– Не все объясненное можно понять, - ответил ей священник.

– Прощать сложно, - подтвердила Рипли.
– Ну хорошо, что мне встретились вы все... А если бы я знала только вашего Транслятора и того типа, что валяется сейчас в коридоре? Неужели вы думаете, что дипломатическими переговорами у вас занимались нормальные честные люди? Я не знаю ваших дипломатов как личностей, но еще не родился ни один политик, не запачкавшийся во время своей работы по уши. Вот если бы представители той цивилизации увидели вас: Шеди, Вас, не знаю Вашего имени, если бы хоть у кого-то из них появилась своя Скейлси - неужели они не переменили бы своего отношения к вашей планете?

– Так давайте покажем им священника и Шеди, - с детской непосредственностью предложила Скейлси.

Все молча уставились на нее.

Сказанные девочкой слова, безусловно, были наивны, но почти у всех появились в этот момент схожие мысли.

– А мне лично кажется, - задумчиво проговорил священник, - что им действительно, кроме шуток, стоит показать эту семью. Раз Рипли смогла простить - для них это может послужить примером... Да, если бы можно было попасть к ним! Как знать, иной раз простая точка может изменить общий цвет или сдвинуть чашу весов в противоположную сторону...