Чтение онлайн

— Кто бы он ни был, преследующие нас враги рано или поздно до нас доберутся. — Берослав вскинул копьё и проверил наличие топора в чехле. — Поднимусь, встану на караул.

Оказавшись на верхнем этаже, леший осмотрел окрестности. На западе ещё алела вечерняя заря, на востоке сверкал серебром диск полной луны. Берослав всматривался в темноту, пытаясь уловить хотя бы одно движение, способное выдать врага, но мрак надёжно скрывал гомункулов. А учуять запахи с такой высоты было не возможно, даже для чуткого носа лешего. Когда солнце окончательно зашло за горизонт, Берослав, поняв бессмысленность дальнейшего наблюдения, спустился к спутникам.

— Никого не видно, — доложил леший. — Скрываются. Или прекратили преследование.

— Не думаю, что прекратили. — произнёс Гельгарот — Уж слишком настойчиво они за нами гнались.

Герцог оглядел потонувшее в ночной тьме помещение. Темнота вызвала в памяти события пятнадцатилетней давности. Вспомнив одного юношу, Гельгарот вспомнил и другого, которого поклялся защищать ценой собственной жизни.

— Как Ильдрим? — спросил он у Лугнуады.

— Приходит в себя, — эльфийка приложила острое ухо к груди студента.

— Жаль, я не умею делать это «Пиригнис», — герцог выставил руки на уровне груди и пошевелил пальцами.

— Он делает не так, — Лугнуада подняла левую руку и опустила правую. — А так.

— В любом случае, нам это неподвластно. — вздохнул Гельгарот. — Нам бы ещё одного мага в отряд.

— Зато нам подвластно другое, — заявил Берослав.

Леший достал из кожаной поясной сумки кресало2, кремневый камень и пластину трутового гриба. Зажав трут сверку кремня, Берослав ударил по ним кресалом и высек искру. Задымившийся трут он поднёс к охапке сухой травы, взятой из временного ложа Ильдрима, и принялся на него дуть. Вскоре темноту осветило разгорающееся пламя. Берослав зажёг факел, висевший на стенах в каждом вемфальском здании, включая мельницы.

— Думаю, ограничимся одним, — заявил леший. — А то слишком яркий свет может привлечь наших врагов.

— Теперь поднимусь я, — Лугнуада встала и, поправив колчан, решительно направилась к лестницы.

— Подожди, — остановил её Берослав.

— В отличие от вас, я прекрасно вижу в темноте, — возразила эльфийка.

— Просто я чую, что они уже рядом, — объяснил леший.

В подтверждение его слов, двери содрогнулись от удара. Но сваленные жернова надёжно защищали героев от вторжения в импровизированную крепость.

— Наверх! — приказал Гельгарот, по привычке обнажив меч.

— Только не урони его, — гневно произнесла Лугнуада, глядя, как Берослав вновь взвалил на плечо Ильдрима.

Студент тихо стонал, его глаза изредка разлипались. Дождавшись, когда эльфийка и леший со студентом ступили на лестницу, герцог последовал за ними. Он пожалел, что на мельнице, в отличие от Своршильдского замка, отсутствовали люки, блокирующие доступ с нижних этажей к верхним. Но при этом ещё раз обрадовался заваленным окнам.

— Да что за волчьи ягоды! — удивлённо выкрикнул Берослав.

— Хитрые мерзавцы, — добавила Лугнуада.

Гельгарот, сжимая рукоять Змееборца, поспешил к открытом окну третьего этажа, и понял, что напугало его друзей. Около десятка гомункулов подошли вплотную к каменной стене. Другой десяток залез к ним на плечи. Таким образом враги выстраивали живую лестницу, чтобы добраться до героев. Положив стонущего Ильдрима подальше от окна, Берослав схватился за копьё и достал из чехла топор. Эльфийка сжала от злости зубы, видя столько мишеней, по которым бесполезно стрелять.

— Могу ли я чем-нибудь помочь? — прозвучал голос пробудившегося Ильдрима.

Пока Берослав помог студенту подняться, а Лугнуада заключила его в объятья, Гельгарот судорожно размышлял, как им отразить атаку врагов. В этот момент крылья мельницы скрипнули, качнувшись на ветру. И этим привлекли внимания герцога.

— Ты хорошо обращаешься с огнём и водой, — обратился он к студенту. — Как у тебя успехи с воздухом?

— Думаю, я справлюсь, — Ильдрим проследил за рукой Гельгарота, поняв, что тот задумал. — Аэронус!

Пальцы студента поднялись к ночному небу, из них вылетели голубые искры. Они мгновенно растворились в воздухе. Подул холодный ветер, который резко усиливался, развевая волосы Лугнуады и Берослава. Вскоре, как и задумал Гельгарот, крылья мельницы закрутились. Живая стена из гомункулов, выстроенная уже до второго этажа, рухнула под напором урагана. Часть зеленокожих воинов разрубило крыльями, других отбросило в реку.

— Всё, больше не могу, — Ильдрим, тяжело дыша, опустил руки. — Простите.

— Ты сделал всё, что мог, — успокоила его Лугнуада. — Ты молодец.

— Но победа ещё далека, — Берослав указал копьём вниз. — Должно же быть что-то, способное уничтожить этих тварей.

Ветер стих. Разбросанные гомункулы снова приближались к убежищу героев. Увечья, причинённые мельничными крыльями, зарастали. Спутники с ужасом смотрели на непобедимых врагов. Тут ночную тишину прорезало конское ржание.

— Это ещё кто? — Лугнуада первой заметила нового участника сражения.

Чёрный всадник, едва видимый в ночной тьме, выехал из-за соседнего холма. Держа в руке меч, он ринулся в гущу армии гомункулов, обрушивая на тех удар за ударом. Ещё недавно казавшиеся непобедимыми, зеленокожие воины падали под копыта вороного коня и больше не подавали признаков жизни.

— Он их убивает! — удивлённо и одновременно радостно крикнул Гельгарот.

— Надеюсь, нас убивать не будет, — усмехнулся Берослав.

— Надейся, — Лугнуада злорадно посмотрела на него. — Я бы убила тех, кто вторгся в мой дом и привёл войско зеленокожих уродов.

— Спустимся, — распорядился Гельгарот, убирая меч в ножны. — Если это действительно хозяин мельницы, лучше встретить его мирно.

Гомункулы набрасывались на всадника, как гончие на загнанного оленя. Но неожиданный спаситель точным ударами рассекал зелёную плоть, поражая врагов одни за другим. Бросив последний взгляд на битву, Гельгарот последовал вниз за спутниками. Ильдрим освещал дорогу камнем-фонарём, чем напомнил герцогу о своей важности в отряде. Сейчас Гельгароту не верилось, что он когда-то считал студента обузой.

— Если не хотим новой схватки, — Берослав спустился на первый этаж и посмотрел на заваленный жерновами вход. — То думаю, лучше самим открыть двери.

— Я сделаю, — Ильдрим осветил жернова и внимательно их рассмотрел.

— Ты не ослабнешь снова? — взволновалась Лугнуада.

— Нет, — покачал головой студент. — Я могу ослабнуть лишь после сильного заклинания, либо при долгом использовании магии.

Видя зажжённый факел, он погасил камень-фонарь и убрал его в торбу. Затем опустил руки к полу.