Чтение онлайн

Он сказал: «Если мы будем бороться, мы сделаем всё, что в наших силах». На мгновение ему показалось, что он услышал чей-то голос. «Но мы никогда не должны забывать тех, кто зависит от нас, потому что у них нет другого выбора».

Тьяк потянулся за шляпой. «Я распоряжусь, чтобы пожар на камбузе потушили вовремя, сэр Ричард».

Но Болито смотрел на Эвери. «Пойди и поговори со своим мистером Карлтоном». Он закрыл часы, но всё ещё держал их в руке. «Теперь можешь передать слово, Джеймс. Сегодня будет достаточно тепло».

Когда Оззард собрал чашки, а остальные вышли из каюты, Болито взглянул на Олдэя.

«Ну, старый друг. Ты, должно быть, думаешь, почему здесь крошечная отметина на этом великом океане? Неужели нам суждено сражаться?»

Оллдэй протянул старый меч и осмотрел его лезвие.

«Как и всегда, сэр Ричард. Так было задумано. Вот и всё». Затем он усмехнулся, почти вернувшись к своему прежнему облику. «Мы победим, несмотря ни на что». Он помолчал, и его дерзкий юмор исчез. «Видите ли, сэр Ричард, нам обоим есть что терять». Он убрал клинок обратно в ножны. «Боже, помоги тому, кто попытается его отнять!»

Болито подошёл к поручню квартердека и, вцепившись в него, взглянул на возвышающуюся грот-мачту с её твёрдым, как сталь, парусом. Он дрожал, не от холодного утреннего воздуха, а от инстинктивного предчувствия опасности, которая всё ещё могла застать его врасплох после жизни, проведённой в море. Паруса стали бледнее, но горизонта не было, и единственное движение, которое он различал сквозь густое переплетение такелажа и хлопающие паруса, казалось, парило над кораблём, не отставая от него, словно одинокая морская птица. Это был его флаг, Крест Святого Георгия, который развевался день и ночь, пока он командовал. Он вспомнил её письмо в кармане пальто и представил, что слышит её голос. Мой адмирал Англии.

Он всё ещё чувствовал горечь кофе на языке и удивлялся, почему не заставил себя поесть. Напряжение, возможно, неуверенность. Но страх? Он улыбнулся. Возможно, он больше не осознавал этого чувства.

Вокруг него двигались фигуры, стараясь не нарушать его уединения. Он видел Айзека Йорка, на голову выше своих товарищей, с развевающимися на ветру сланцевыми волосами: хороший и сильный человек. Болито знал, что тот даже пытался помочь Скарлетт, когда стало известно о размерах его долгов. Белые бриджи лейтенантов и гардемаринов выделялись в сгущающейся темноте, и он догадался, что они готовятся к тому, что может произойти сегодня, каждый по-своему.

Он подошёл к компасному ящику и взглянул на наклонную картушку. Северо-восток, ветер всё ещё сильный с левой стороны. Матросы работали высоко наверху, нащупывая потёртые снасти и застрявшие блоки с уверенностью настоящих моряков.

Тьяке находился с подветренной стороны, его худощавая фигура выделялась на фоне бледной воды, пенящейся от носа. Длинная рука двигалась, подчеркивая мысль, и он представлял себе, как Добени сосредоточенно вслушивается в каждое слово. Они были как мел и сыр, но, похоже, эта смесь работала: у Тьяке был особый дар – доносить свои требования до подчиненных без лишнего гнева и сарказма. Поначалу они его боялись и испытывали отвращение к ужасным шрамам, но со временем все они преодолели это и стали компанией, которой можно было гордиться.

Он услышал, как мичман шепчет своему другу, и увидел, как они подняли глаза. Он прикрыл глаза рукой и вместе с ними посмотрел на свой флаг. Красный крест вдруг стал четким и ярким, тронутым первыми лучами рассвета.

«Палуба!» Голос Карлтона был чётким и очень громким: он использовал рупор. «Паруса по левому борту!» Пауза, и Болито представил себе, как молодой мичман спрашивает мнение впередсмотрящего на мачте. Тьяк всегда был осторожен в выборе «глаз»: это неизменно были опытные моряки, многие из которых повзрослели вместе с кораблями, на которых служили или сражались.

Карлтон снова крикнул: «Это «Атакующий», сэр!» В его голосе слышалось почти разочарование от того, что это не первое появление противника. Другой фрегат был одним из меньших шестого ранга и имел всего двадцать восемь орудий. Болито нахмурился. Такой же, как «Жнец». Но он был не похож на «Жнец». Мысленно он представил себе капитана «Атакующего», Джорджа Моррисона, сурового северянина из Тайнсайда. Но не садиста: его послужной список был одним из самых чистых в эскадре.

Эвери тихо сказал: «Он должен скоро увидеть Вёрче, сэр».

Болито посмотрел на него и увидел, как новый свет прогнал тени с его лица.

«Возможно. Мы могли расстаться ночью. Ненадолго».

Он знал, что Олдэй где-то рядом: он, должно быть, стоял почти там, где в тот день упал его сын.

Он отогнал эту мысль. Вот и всё. «Атакующий» уже занял свою позицию, или скоро займёт её, как только заметит флагман. Другой фрегат, «Добродетель», нес тридцать шесть орудий. Его капитаном был Роджер МакКаллом, характером немного похожий на Дампира, который был капитаном «Зеста» до того, как Адам принял командование. Бесшабашный и популярный, но склонный к безрассудству. Будь то для того, чтобы произвести впечатление на людей или ради собственной выгоды, это всё ещё был опасный и, как обнаружил Дампир, порой фатальный недостаток.

Боцман Сэм Хокенхалл поднялся на корму, чтобы поговорить с первым лейтенантом. Болито заметил, что тот старательно избегал контактов с Оллдеем, который всё ещё винил его за то, что тот отправил сына в ахтергард в день своей гибели. Квартердек и ют всегда были лёгкой добычей для вражеских снайперов и смертоносных вертлюжных орудий в ближнем бою: командование и власть начинались и легко кончались здесь. Никто не был виноват, и Хокенхалл, вероятно, чувствовал себя неловко, хотя ничего не было сказано.

Болито чувствовал беспокойство среди ожидающих моряков. Напряженность и тревога уже прошли. Возможно, позже, когда появится время подумать, они почувствуют облегчение. Теперь же они будут чувствовать себя обманутыми из-за того, что море пусто. Как будто их ввели в заблуждение.

И вот наконец выглянуло солнце, окрасив горизонт бронзовым отливом. Болито впервые увидел топсели «Атакера» – слабый отблеск цвета от развевающегося на топе мачты шкентеля.

Кто-то ахнул от тревоги, когда приглушённый удар эхом прокатился по белым гребням волн. Один выстрел, и звук длился несколько секунд, словно в шахте или длинном туннеле.

Тьяке тут же оказался рядом с ним. «Сигнал, сэр Ричард. Это

Добродетель. Она их увидела!

Болито сказал: «Поднимайте паруса. И как только…»

С мачты снова раздался голос Карлтона: «Палуба! Видны два паруса на северо-востоке!»

Послышались еще выстрелы издалека, на этот раз серьезные.

Сильный голос Тайаке смягчил внезапную неуверенность вокруг него. «Руки вверх, мистер Добени! Направьте королевскую власть на неё!» Он крикнул Йорку: «Фургон, пусть свалится на два румб!» Он потёр руки. «Вот теперь посмотрим, как она полётёт, ребята!»