Курс 1. Ноябрь
Шрифт:
Греб и Элизабет ещё секунду постояли, глядя на меня взглядами, полными чистой, неподдельной ненависти и недоумения. Потом, не сказав больше ни слова, они развернулись и пошли прочь, их плечи были напряжены от злости.
— Молись, чтобы о твоём поведении не узнал наследный принц, — бросил на прощание Греб через плечо, уже почти у выхода. — Он с тобой разберётся.
Угугугу. Боже, какой же я гондон. Только что договорился о массаже для будущей императрицы в обмен на то, что она прикрыла меня перед парой идиотов, которые не знают, что я и есть тот самый «ревнивый наследный принц». И всё это посреди спортзала. И Катя всё видела. Ладно, хоть она смеялась, а не вызывала на дуэль. Прогресс. Но чертовски стыдно. И чертовски смешно. Главное — чтобы Мария не потребовала массаж у алтаря. Я к такому не готов. Совсем.
Элизабет же стояла все ещё рядом со мной. Она бросила на меня презрительный взгляд, а затем молча ушла за братом, виляя бедрами.
Она стерва. Она стерва, Роберт. — шептал я в своей голове, наблюдая за Элизабет.
— Десять фавориток на сердце наследного принца.
Йо-хо-хо, и бутылка рому.
Пей, и енот доведет тебя до конца.
Йо-хо-хо, и от такой оргии я впаду в кому.
13 ноября. 19:15
Комната, в которой мы оказались, была небольшой, уютной, но сейчас воздух в ней казался густым и колючим, как зимний туман. Стол, заваленный чайными сервизами и остатками пирожных, стал полем битвы. Я сидел между Ланой, которая пристроилась ко мне так близко, будто хотела стать частью моего плеча, и Марией, сидевшей напротив с безупречно прямой спиной, но со сжатыми на коленях пальцами. Рядом с Марией, словно мрачный страж, восседала Сигрид. Её ледяной взгляд был прикован ко мне.
Мария первой нарушила тяжёлое молчание. Она не смотрела ни на кого, кроме меня, и в её голосе звучала тихая, но явная обида.
— Я надеялась, что мы… поговорим вдвоём.
— Я тоже так предполагал, — честно ответил я, чувствуя, как Лана ещё плотнее прижимается ко мне.
— Так почему она тут? — Мария пренебрежительным, едва заметным кивком указала на Лану.
Лана лишь сладко улыбнулась в ответ, не удостаивая её взглядом.
Я пожал плечами.
— А почему моя сестра тут? — я аналогичным жестом кивнул на Сигрид, которая сидела, будто проглотила лимон.
— Вы совсем уже обнаглели? — прошипела Сигрид, её тонкие губы искривились от гнева. Она повернулась к Марии, и в её голосе прозвучало что-то вроде отчаянного недоумения. — Мария, зачем? Зачем ты вообще пошла на это? На этот… фарс?
Мария молчала. Она просто отвернулась, сделав вид, что разглядывает узор на фарфоровой чашке, но её напряжённые плечи выдавали её с головой.
— Сигрид, что такое? — спросил я, наливая себе чай. — Не нравится, что я больше не член семьи Дарквуд? Или тебя бесит осознание того, что старый контракт о свадьбе с принцессой теперь — просто клочок бумаги? Аннулирован.
Сигрид сжала кулаки так, что её костяшки побелели.
— Ты обманул её! — выкрикнула она, указывая на Марию. — Обманул принцессу, втерся к ней в доверие! Признавайся!
— Никого я не обманывал, — спокойно ответил я, отхлёбывая чай. — Всё было прозрачно. Просто обстоятельства изменились. Или ты хотела, чтобы я, как послушная пешка, женился на принцессе и подарил тебе доступ к трону через мою спину? Не вышло.
В этот момент Лана взяла меня за руку, переплетая наши пальцы. Её голос прозвучал тихо, но ясно, когда она обратилась ко мне, игнорируя остальных:
— Теперь она нам не помешает? — её улыбка была хитрой и довольной.
Я почувствовал, как напряглась Мария. Она всё ещё смотрела в сторону, но её шея и уши порозовели.
— Увы, — вздохнул я, пожимая руку Лане в ответ, но глядя при этом на Марию. — Было бы по-свински грубо с моей стороны так… отблагодарить за оказанную доброту. Принцесса проявила ко мне великодушие. Это нужно ценить.
Мария медленно повернула голову и посмотрела на меня. В её глазах, полных смеси обиды, гордости и чего-то ещё, мелькнула слабая, едва уловимая улыбка. Она всё поняла.
— Принцесса, — Сигрид снова заговорила, её голос дрожал от бессильной ярости. — Это же… он Вас использует! Он…
— Сигрид, — перебил я её. — Получается, дом Дарквудов в этой новой раскладке… ничего не получает? Никаких дополнительных привилегий, союзов, преференций? Так?
Мария кивнула, её взгляд стал холодным и официальным, когда она обратилась к Сигрид.
— Получается именно так. Контракт разорван. Никаких обязательств перед домом Дарквуд у короны не осталось.
Сигрид побледнела.
— Отец… отец узнает. Он с тебя, Роберт, три шкуры сдерет за этот позор! За то, что ты…
Она не закончила. Потому что и Лана, и Мария одновременно повернули к ней головы и устремили на неё такие грозные, леденящие взгляды, что Сигрид невольно сжалась, отодвинувшись на стуле. Ланин взгляд обещал медленную и мучительную расправу, а взгляд Марии — крах всей политической карьеры её семьи.
— Не уверен, что отец что-то сможет сделать, — заметил я, наслаждаясь моментом. — Мой новый дом, Арканакс, находится под прямой защитой короны. Мои земли граничат с владениями Эклипсов, что делает их стратегически важными. А в потенциальных союзниках… — я кивнул на Лану, — значатся Блады. Так что, думаю, графу Дарквуду стоит быть осторожнее в своих претензиях.
Сигрид замолчала. Она больше не смотрела ни на кого, уставившись в свою нетронутую чашку. Её гордая, надменная маска дала трещину, и сквозь неё проглядывало нечто похожее на страх и полное поражение.
Я с довольной, широкой улыбкой поднёс свою чашку ко рту и сделал долгий, громкий глоток. Чай был уже остывшим и горьковатым. Но на вкус он казался слаще мёда.
Мария вздохнула, поставив свою чашку на блюдце с тихим, но чётким звоном. Звук прозвучал как сигнал.
— Сигрид, — сказала она, не глядя на мою сестру. — Мне нужно обсудить с твоим… с графом Арканаксом несколько официальных моментов. Касающихся его новых владений. Будь добра, оставь нас.
Сигрид замерла. Её ледяное лицо выразило такое глухое, бессильное недовольство, что казалось, воздух вокруг неё похолодел на несколько градусов. Она бросила на меня взгляд, полный яда, но встала — медленно, с достоинством, которое сейчас выглядело жалко. Не сказав ни слова, она вышла из комнаты, закрыв дверь чуть громче, чем было необходимо.
Затем Мария перевела взгляд на Лану. Её выражение стало нейтральным, но в глазах читалась твёрдая решимость.
— Лана, ты тоже, пожалуйста. Это… приватный разговор.