Чтение онлайн

Лена прищурилась.

— Егор, — сказала она, — а ты шею-то хорошо пощупай.

— Да всё хорошо! — мужик довольно улыбался. — Чисто!

— А ну-ка наклони голову влево.

Мужик наклонил. И замер.

— Ой, — сказал он. — А чего это тянет?

— А ну-ка вправо.

— Ой, и вправо тянет. И больно чего-то…

Лена встала, подошла, нажала пальцем на то место, где только что был фурункул. Мужик взвизгнул.

— Поздравляю, — сказала Лена Корвусу. — Ты убрал верхушку, а корень оставил. Через три дня тут новый фурункул вырастет, только больше.

Корвус побледнел.

— Не может быть. Я применил полное исцеление!

— Ты применил косметическое заклинание. — Лена вздохнула. — Оно убирает видимые проявления, но не лечит причину. У нас в меде это называют «замазать, а не вылечить».

Мужик с ужасом смотрел то на Лену, то на Корвуса.

— А как же теперь?

— Садись, — Лена махнула рукой. — Будем резать. Корвус, свети.

Корвус зажёг магический огонёк с таким лицом, будто присутствовал на собственной казни. Операция заняла десять минут. Лена вскрыла фурункул (который, к слову, никуда не делся, просто спрятался под кожей), выпустила гной, вычистила рану, залила настойкой календулы и наложила повязку. Мужик сидел бледный, но живой.

— Всё, — сказала Лена. — Три дня не мочить, мазь менять, если что — приходи.

— Спасибо, Лиррэ-лекарка, — выдохнул мужик и уполз.

Корвус стоял у стола и смотрел на инструменты, которыми Лена только что орудовала.

— Ты… — начал он. — Ты это… резала?

— А ты думал, я заговорами? — Лена вытирала руки. — Иногда надо резать. Иногда — чистить. Иногда — просто дать организму время. Магия — не панацея.

Корвус сглотнул.

— Я видел, как течёт… это.

— Гной, — кивнула Лена. — Красивое зрелище, правда?

Корвуса передёрнуло.

— Ты… ты специально? Наслаждаешься моей реакцией?

— Немного. — Лена улыбнулась.

Вторым пришёл гном. Это было событие. Гномов в этих краях не видели лет двадцать, и местные поговаривали, что они вообще вымерли, но этот был вполне себе живой. Невысокий, коренастый, с бородой до пояса и таким выражением лица, будто он пришёл не лечиться, а принимать капитуляцию.

— Ты лекарь? — рявкнул он с порога так, что с потолка упал пучок ромашки.

— Я, — Лена даже не вздрогнула.— Проходите, присаживайтесь. Что болит?

Гном замялся. Переминался с ноги на ногу, кряхтел, бороду теребил.

— Спина, — буркнул наконец. — Скрючило всего. Разогнуться не могу полгода уж как.

Лена присвистнула. Тингол в углу тихо записал: «Пациент с установкой "само пройдёт". Полгода. Прогноз: тяжёлый случай упрямства».

— Раздевайтесь. Показывайте спину.

Гном стянул рубаху, и Лена увидела спину, которая явно участвовала в войнах, держала на себе тонны породы и последние полгода пыталась жить собственной жизнью. Позвоночник выглядел так, будто его собрали в спешке и криво. Лена положила руки ему на плечи, прикрыла глаза и… замерла. Корвус с интересом наблюдал. Минута. Две. Три.

— Ты чего делаешь? — не выдержал маг.

— Чувствую, — коротко ответила Лена.— Где что сместилось. Дед учил: сначала руки, потом лечение. Магия потом, если надо.

Она открыла глаза и глубоко вздохнула.

— Так, — сказала она. — У вас там позвонки встали в позу «мы тут временно, но, кажется, навсегда». Пятый поясничный уехал влево, крестец перекошен, а мышцы задубели так, будто их варили в котле.

— Будем вправлять. — Лена показала свои ладони. — Мануальная терапия. Дедов метод. Будет больно.

— Больно? — Гном аж подпрыгнул. — Я гном! Мы боль не чувствуем!

— Все чувствуют, — отрезала Лена. — Просто вы терпите до последнего, а потом удивляетесь, что помирать пора. Ложись на лавку животом вниз.

Гном лёг. Лавка жалобно скрипнула, но выдержала — видимо, поняла, с кем связываться себе дороже.

— Корвус, свети, — Лена закатала рукава. — Тингол, встань у головы и держи его за плечи, если дёргаться начнёт.

— А заговор? — подал голос гном из положения лёжа. — Для удачи? У вас, людей, положено. Мой дед рассказывал: перед тем как спину править, люди заговор читают. Чтоб духи помогали.

— Тингол, — позвала Лена, — у нас есть заговор для вправления спины?

Эльф задумался:

— Вообще-то есть заговор для посадки деревьев. Звучит внушительно.

— Читай. Пациент требует.

Тингол подошёл, встал над гномом и затянул на эльфийском что-то тягучее и певучее, с выражением глубочайшей серьёзности. Гном слушал, затаив дыхание, и явно проникался.

— Это точно лечебное? — шепнула Лена.

— Понятия не имею, — честно ответил Тингол. — Но ритм подходящий.

Лена пристроилась у поясницы гнома. Положила ладони на позвонки, прикрыла глаза, и вдруг Корвус увидел, как вокруг её рук засветился едва заметный тёплый свет. Не магия. Что-то другое. Пальцы двинулись — мягко, но уверенно, будто знали дорогу. Лена нашла какой-то бугорок, надавила, и гном взревел так, что с печи свалились коты.

— Терпи! — рявкнула Лена. — Это позвонок встаёт на место!

— Да как он встаёт, если ты мне на спину давишь?! — взвыл гном.

— А ты не ори, мышцы расслабь! Не могу я сквозь каменную спину работать!

— Я гном! У меня всегда спина каменная!

— Значит, будем плавить!

Лена надавила локтем. В избе раздался хруст, от которого Тингол побелел, а Корвус схватился за сердце. Гном замер, выпучил глаза и вдруг… выдохнул.

— О, — сказал он. — А полегчало.

— Рано радуешься, — отрезала Лена, перемещая руки выше. — Тут ещё три позвонка в разобранном состоянии.

Следующие полчаса в избе стоял звуковой ад. Гном орал, коты шипели, лавка скрипела, а Лена ритмично вдавливала в спину пациента то пальцы, то локти, то, кажется, колено. Корвус стоял с магическим огоньком и чувствовал, что его картина мира трещит по швам.

Она не использовала магию. Совсем. Только руки. И эти руки творили что-то невероятное — он видел, как уходит перекос, как расслабляются мышцы, как позвоночник становится ровнее.

— Готово, — выдохнула Лена через час.

Она отступила на шаг, вытирая пот со лба. Руки дрожали.

— Вставай, — скомандовала она гному. — Осторожно.

Гном встал. Замер. Осторожно повёл плечами. Наклонился влево. Вправо.

— Мать честная, — сказал он. — Я… я разгибаюсь.

— Поздравляю.