Чтение онлайн

Он и сегодня был готов к подобному повороту, но Мирослава, смерив его тяжелым взглядом, молча прошла мимо. Яромир под вопросительным взглядом Никиты, который приблизился к нему, пошел за ней следом. Шел потерянный, как собака, которая поджимает хвост, но все же ни на шаг не отходит от человека, потрепавшего его за ушами и подарившего немного тепла. Какая ирония.

— Ты не хочешь ничего объяснить? — в который раз спросил Вершинин, и Полоцкий, засунув руки в карманы брюк, коротко покачал головой. Никита прищурился. — Что, прям совсем нечего рассказать? А Морозыч у нас просто так теперь от одной волчьей морды нос воротит?

Яромир резко повернул к нему голову.

— Сам разберусь!

— О, ну я вижу! Скоро как неделю уже молчите!

— Вершинин! Не мозгоклюйствуй, будь добр!

— Ой, ну простите, княже, что ваш покорный слуга переживает! — осклабился Никита и показушно поклонился, прижав руку к груди.

— Прекрати, и так тошно!

— Да в чем причина-то?!

— Я виноват, как обычно! Этого достаточно?!

— Вполне! Но не совсем! Может, скажешь, почему… — Никита увидел идущую Софию под ручку с Агатой и Линой, и продолжил: — …почему Мирская так часто стала возникать на горизонте?!

Он оглянулся туда, где еще недавно шел друг, но никого там уже не было. Вершинин завертелся вокруг себя, но Полоцкого уже и след простыл.

— Испарился что ли…

— Никита! — окликнула яриловца София, и лохматый и потный Никита предстал в одиночку перед тремя красавицами с общины коляды. Он улыбнулся и слегка приподнял одну бровь, не ожидая, что с ним заговорят. — Где Яромир?

— Кто ж его знает!

— А мне показалось, что он шел с тобой… — слегка растерянно произнесла Агата, поправив свои длинные каштановые волосы, уложенные на одну сторону.

— Яромир-то? Не-ет, что ему тут делать! Он же не играет в “шабаш”! — яриловец пожал плечами, скосив взгляд вбок, чтобы все же понять, куда делся друг.

— Вершинин! — призвала его к вниманию Лина.

— Дамы, я не знаю! Вы лучше спросите у Мирославы, наверное, они где-то вместе! — ответил парень, сам не понимая, зачем лжет, но от его слов лицо у хорошенькой Софии скривилось. Агата и Лина переглянулись за ее спиной.

— Какой еще Мирославы?!

— Я лично знаю только одну, но могу уточнить — Морозовой!

— Что?!

— Никит! Если не можешь быть джентльменом, так не будь хотя бы свиньей! Мы же по-человечески спросили! — Агата смотрела на парня, но Вершинин, адаптировавшийся к тяжелым взглядам друга, теперь легко игнорировал и остальные. Он подошел ближе, взлохматив свои светлые волосы, и заинтересованно посмотрел на Голицину. Она сделала шаг назад.

— Цитируем Буковски? Интересненько… У нас еще Стихии после ужина, мне идти пора! — Никита, обогнув девчонок, быстрым шагом двинулся прочь. Вслед ему обернулась Агата, а София капризно дернула ее за руку.

— Классно помогла! Еще побеги ему вслед, обсудите с ним всю библиотеку!

Агата опустила взгляд, а когда подняла его на подругу, тяжело вздохнула. На языке у нее вертелась мысль о том, что ей, Мирской, можно бегать за имперским сыном, и это не должно поддаваться порицанию. Агате же нельзя было даже отвлечься на общение с кем-то, если это помешало бы планам Софии. Раздражало.

— Неужели Морозова снова переманила Яромира к себе? Они же вроде разругались? — спросила Лина, глядя на Софию, которая моментально побагровела от злости.

— Свалилась на мою голову! Я ее точно придушу!

— Уж лучше его, — буркнула Агата, выдерживая недовольный взгляд Софии.

— А что он, Агата?! Мужчина как щеночек, куда его позовешь, туда он и побежит!

— Хочешь сказать, что Яромир — глупый и неразумный щеночек? — фыркнула Агата, еле сдерживая улыбку от услышанной глупости.

— Я смогу вырастить из него настоящего волка, — чересчур пафосно ответила София, хотя ее подруги, разумеется, даже не догадывались о том, насколько близко она была к правде.

Если только его уже не приласкала Морозова, — тем временем подумала Агата, не став озвучивать свои мысли вслух, чтобы не нарываться на скандал. Лина, закусив губу, смотрела на Софию, которая развернулась и пошла туда, где недавно скрылся Вершинин.

— Ну ладно, пойдемте, увижусь с ним позже!

??

На улице было темно и прохладно. По ногами уже хрустела подмерзшая трава: в этом году зима точно хотела прийти пораньше, подгоняя заморозки, пришедшие на вторую половину октября. Ученики кутались в свои длинные ферязи, пряча носы в меховом воротнике накидки. Сегодня впервые с начала учебного года Стихии проводились на улице в такое позднее время суток. Учителя высчитывали необходимую дату, ученики выслеживали положение планет, и вот встречу назначили на десять вечера.

Видана Здеславовна вывела яриловцев на поляну, на которой они занимались летом, чтобы приступить к практике. Каждый подсвечивал себе дорогу созданным шаром света, потому что дополнительного источника света не было. Пробираясь сквозь облысевшие кусты рябины, ягоды которой уже собрали, чтобы потом приготовить снадобья или перетереть в джем, ученики негромко переговаривались, боясь разбудить засыпающую к зиме нечисть.

Преподавательница плавно повернулась, взметнув длинной косой, и пару раз хлопнула в ладоши.

— Подойдите все ко мне!

Мирослава послушно двинулась к Видане Здеславовне и остановилась в десятке шагов от нее. Взмахнув рукой, та провела еле заметную линию, очерчивая вокруг себя круг.

— Вставайте за линией! Тушим свет!

Когда все выстроились в ровный круг, шары света в руках погасли, и каждый погрузился в темноту, проникшую даже в уши и заполнившую собой все пространство. Мирослава еле сдерживала дрожь от холода, забравшегося под ткань ферязя, который уже не справлялся долго сохранять тепло. Пар выплывал изо рта от горячего дыхания тонкой струйкой, смешиваясь с лесной промозглостью. Яромир шел к кругу рядом с Вершининым, и она старалась не смотреть на него, как делала это и все прошедшие дни.

Мирослава чувствовала себя так, будто от нее оторвали кусок. Однако этот кто-то носил ее часть вместе с собой, и это тянуло к нему будто магнитом. Друг подходил уже несколько раз, но обида была сильнее. Осознание того, что за спиной происходило что-то, во что ее не собирались посвящать — больно укололо юную девичью гордость. Неужели она не была достойна того, чтобы оказаться в курсе всех дел и мыслей друга, скрывшего от нее свои чувства к другой? Друга, который раз за разом повторял, что его ничего больше не связывает с Мирской. Раз за разом он твердил, что не хочет жениться, что ему все это не по нраву. Мирослава верила ему, и для нее было важно не оказаться дурой в чужих глазах. Но раз за разом ситуация повторялась, и это уже начинало нервировать. Каждая попытка Яромира поговорить вызывала раздражение и желание наговорить кучу всего, за что потом еще и самой пришлось бы извиняться. Однако одно для себя решила точно — действовать так, как хочется ей, раз многим она была побоку. Осознать и прочувствовать внутреннюю уверенность в себе, чтобы знать — ничье отсутствие больше не повлияет на ее жизнь, решения и мотивацию двигаться дальше.