Лейла. Навстречу переменам
Шрифт:
– Спасибо, Нарим, – сказала я, когда мы уселись на кровати друг напротив друга.
– Да ладно… К тому же, ты еще не знаешь какой я сосед! Может, уже завтра к Заруху побежишь, – перечел он все в шутку.
– Вряд ли, – улыбнулась я в ответ.
В этот момент в комнату вошли наши друзья:
– Я же говорил, что у них все точно также! – ткнул Арий в плечо Заруха. От чего тот, не привыкший к подобным изъявлениям чувств, скривился.
– Ладно, пошли, что ли, оглядимся, – предложил он.
Вещи раскладывать не хотелось, а вот поглядеть, что здесь да как – очень. Поэтому мы тут же отправились на поиски приключений! Меня настолько захватил азарт мальчишек, что я совершенно забыла о том, кто я такая и сколько мне на самом деле лет. Да что там! Я об этом забывала с завидной регулярностью, и это, наверное, к лучшему.
Погода на улице стояла замечательная – лето в разгаре, и мы решили для начала обследовать парк и то самое озеро, что видели из окон крытого перехода и башни.
– Эх, сюда бы удочку… – аж зажмурился Арий.
– И куда бы ты рыбу девал? – спросил Зарух.
– Как куда? Пожарил бы, конечно.
– А здесь можно? – спросила я, подозревая, что руководство вряд ли разрешит детям разводить костры на территории замка.
– Так кто увидит-то? – откликнулся рыжий. Обводя рукой пространство и показывая, что тут довольно глухой уголок.
И вот почему-то так рыбки жареной захотелось, аж жуть! И вспомнилось, что эта жаба ушастая не показала нам, где столовая находится. И есть ли она здесь вообще. Конечно, мы вполне могли бы об этом узнать, но…
– У меня с собой удочка есть, – внезапно сознался Нарим. Вот откуда, спрашивается, у него с собой удочка?! Неужели из самой Турании вез? О чем я его тут же и спросила. Мальчик немного покраснел, но ответил: – Ну да. Она у меня складная, сделана из дерева сааб. Мне ее отец подарил, когда я еще совсем маленьким был… – грустно закончил он.
– Да ну?! – удивился Зарух. – Твой отец был умным человеком! Знал, что дарить сыну! – уважительно закончил он.
Нарим как-то сразу повеселел и приосанился.
– А что это за дерево такое? Да и про складные удочки я никогда не слышал, —поинтересовался Арий.
Мне, кстати, тоже было очень интересно, но он успел первым.
– Это дерево растет на самом юге Турании на опасных болотах и славится очень необычной древесиной и строением ветвей, из которых можно сделать, к примеру, такую вот удочку. Но добывать и обрабатывать его очень сложно. Таких умельцев единицы во всей Туринии. И изделия из сааба стоят очень-очень дорого.
– Здорово! – восхитился рыжий и тут же, подпрыгивая на одном месте, провозгласил: – Ну что, пошли за удочкой!
Разумеется, мы захватили с собой и соль, и хлеб, и овощи, что дал нам с собой сердобольный Нурий, не уверенный, что его кровиночку вовремя покормят. Ну а кашеварить на свежем воздухе нам было не впервой: все-таки мы совсем недавно путешествовали караваном и многому успели научиться.
Однако, рыбачить пошли только Арий и Нарим. Я же этот вид спорта не то чтобы не любила, просто не понимала, поэтому предпочитала наблюдать за процессом со стороны, лежа в тенечке на покрывале. Зарух лежал рядом и крутил в зубах какую-то травинку. Некоторое время мы просто болтали ни о чем, наслаждаясь летним днем и ласковыми лучами солнца, что пробивались из-под кроны дерева.
– Сейчас бы тех самых яблочек, что нахваливал профессор, – потянувшись и глядя сквозь листву раскидистого клена, проговорил Зарух.
– Ага, – вторила я, точно так же растянувшись рядом. – Только проф говорит, что для них еще рановато. Нужно еще недельки две-три выждать.
Внезапно, Зарух подкатился совсем близко и навис надо мной, глядя в глаза.
– Слушай, Лей, если бы ты был девочкой, я бы тебе понравился? – внезапно спросил он.
У меня от такого вопросы брови поползли вверх, а сердце неприятно сдавило.
– От-откуда мне знать? Я же мальчик! – чуть не пустив петуха, ответила я.
Но Зарух продолжал испытующе смотреть мне в глаза.
– Знаю, – наконец, проговорил он. – Но мне нужно, чтобы ты ответил.
– З-зачем?
Он, наконец, отвел глаза и снова бухнулся на спину:
– Просто мне понравилась одна девочка…
У меня прямо от сердца отлегло. Заруху просто важно знать, достаточно ли он хорош.
– А почему ты меня спрашиваешь?
– А кого мне еще спросить? Нарима? Так он просто промычит что-то невразумительное, а когда я не буду видеть, еще и пальцем у виска покрутит. Или у Рыжего? Так тот и вовсе на смех поднимет. Дети!
– А ты, значит, уже не ребенок? – теперь уже я перевернулась, заглядывала ему в глаза.
– Возраст ведь рассчитывается не по количеству прожитых лет… – заявил он, словно старик.
– О да! – патетически поддержала его я. – Бремя власти прямо сейчас так сдавило твои плечи, что хочется познакомиться с девчонкой, аж сил нет!
И, засмеявшись, начала тормошить доморощенного философа и скороспелого мужчинку. Как ни странно, но он не обиделся, и мы некоторое время весело мутузили друг дружку. А когда подустали и снова разлеглись, уставившись вверх, сказала:
– Можешь не беспокоиться, ты красавчик хоть куда! – Зарух хотел снова начать меня мутузить, приняв слова за новую шутку, но я подняла руки ладонями вверх: – Я честно говорю! Мне вот мама рассказывала, что в мужчине вообще важна не внешность. Вернее, не только внешность, а харизма. Был у нас в соседнем селе неказистый с виду мужичок, но все женщины от него с ума сходили! Харизма! – подняв палец к верху, наставительно сказала я. – Так вот, у тебя она тоже есть!
Зарух разулыбался, но потом как-то резко нахмурился и спросил:
– Так ты хочешь сказать, что я урод?
– Странный вывод. Я хотел сказать, что ты харизматичный красавчик, – подвела я итог, сдерживая улыбку. Зарух после такой характеристики успокоился и явно остался доволен. – А кто тебе понравился-то?
Мальчишка некоторое время колебался, говорить или нет, но все же решился:
– Ты сестру Ария видел?
– Так она же старше нас на года три!
– Ну и что? Зато какие у нее…
– Эй, вы чего там разлеглись?! – послышалось с берега. – Костер готовьте, а то мы уже полное ведро скоро наловим!