Чтение онлайн

– Как нет? – выпалила я. – Здесь сейчас с нами ее нет. Эйвари не с нами, согласна. Она решила задержаться в столице? У нее возникли еще дела? Когда она все же вернется? – задавала я вопросы, а у самой сердце сжималось.

Я так и застыла посередине комнаты, не зная куда бежать, за что взяться. Нанита тоже замерла с ложкой в руках возле лица. Даже Айна, казалось, понимала всю серьезность ситуации, и не шевелилась. Девочка отложила кусок хлеба и прямо сейчас готова была разрыдаться. А за спиной заговорил Гюрза, уничтожая мою надежду полностью, растаптывая ее, чтобы она больше не смела даже появляться, как бы пробивался весенний первоцвет.

– Эйвари больше нет с нами, Вета, – произнес мужчина тихо. – Она не приедет ни сегодня, ни завтра. Больше мы не услышим ее голос в таверне. Теперь ты здесь полноправная хозяйка, – процедил он сквозь зубы, словно это я была виновата в гибели Эйвари. Рука Альвара потянулась в мою сторону, но я лишь испуганно отшагнула назад.

– Нанита, на сегодняшнюю ночь, как и в другие дни, вы с девочкой можете занять соседнюю комнату, но по утрам придется возвращаться сюда же, пока государевы ищейки не уедут из Лертона, – проговорила я и вышла из комнаты. Сходила за веником и совком, и вернулась в комнату за портретом, на какие-то секунды остановившись возле него. Вспомнила ухмылку, когда Хиран смотрел на государя. Но мне мужчина на картине не нравился. И почему он искал только девочку? Кто ему Айна? Кем приходится? Неужели Айла была с ним? По своему желанию или насильно? Государь годился бы ей в дедушки, не иначе. Хотя, любовь зла…

В комнате с моим уходом ничего не изменилось. Даже Гюрза сидел с закрытыми глазами также, прислонившись к стене, как и до моего ухода. Но стоило мне войти, как он тут же впился в меня изучающим глазами. Я сделала вид, что меня не волновал его взгляд, и как ни в чем не бывало начала подметать осколки. Спокойно собрала их в совок, и перед уходом обратилась к Наните.

– Отнеси потом грязные тарелки на кухню. Я пойду к себе, отдохну, устала что-то, – не став дожидаться ответа, снова направилась на кухню. Высыпала осколки в мусорное ведро, кинула взгляд в сторону плиты, где всегда стояла Эйвари с деревянной ложкой в руке и что-то размешивала, будь то ее жаркое или мазь. Казалось, что она вот-вот зайдёт на кухню, снова сделает мне замечание и, как всегда, возьмётся за свою любимую ложку. Только правда была слишком суровой. Эйвари больше никогда не войдет на эту кухню. Одинокая слеза скатилась по щеке. Вытерла ее и, поставив веник в угол, ушла в свою каморку.

Письмо так и лежало на кровати, как я его и оставила. Теперь он вызывал во мне только жгучую ненависть. Казалось, это он виноват в том, что теперь Эйвари нет и мне придется занять ее место. Разорвать бы его на кусочки или сжечь, но у меня рука не поднималась. Я не дочитала его. С дрожащими руками взяла бумагу и вгляделась в строки. Буквы плыли перед глазами, удваивались, кружились в танце, затем снова возвращались на свое место. Местами на письме от моих слез появились кляксы и отдельные слова едва ли можно разобрать, но я все же дочитала письмо.

Эйвари просила присмотреть за Айной, вырастить ее как свою дочь. Также она всецело доверяла таверну мне, и чтобы я продолжила ее дело до того момента, как ее внучка не станет взрослой. Дальше уже она сама будет решать, самой стать хозяйкой таверны или целиком и полностью довериться мне. Правда, выгнать или прогнать она меня не сможет. Эйвари Бартли позаботилась и об этом, закрепив за мной место помощника Айны. Если, конечно же, я сама буду не против. Также она указала, где хранила все свои сбережения.

«Я могу довериться только тебе, Елизавета. Хоть ты и чуждая душа моему миру, но ты не сдалась, выдержала все. Значит, ты сильная. И Айну я могу доверить только тебе. Не верь никому, если за ней кто-то придет. Теперь она твоя дочь. За любой помощью можешь обращаться к Гюрзе. Он не откажет и всегда будет рядом с вами. Присмотрит. Береги себя и мою внучку. Будь сильной и обязательно стань счастливой. И помни, что для всех ты Вета!» – дочитала я последние строчки.

Упала на кровать и свернулась калачиком, прижимая письмо Эйвари к груди. Ну почему? Почему она доверилась мне? Я многого не знала в этом мире и мне не на кого было положиться. Теперь у меня есть дочь и таверна, и ради них я должна быть сильной. Но откуда же взять ее, если у меня в груди образовалась дыра, а боль съедала изнутри? Да, я знала эту женщину недолго, но успела привязаться к ней и прикипеть всей душой. Она мне заменила чуть ли не мать. И теперь ее не стало. Она ушла тогда, когда так была нужна мне…

Дверь в мою каморку скрипнула, и я замерла, перестав дышать. Кровать под чужим весом скрипнула, словно жаловалась, что нам помешали погоревать наедине с письмом.

– Поплачь, поплачь и станет легче, – мужская рука коснулась меня и сжала плечо в знак поддержки. – Эйвари была хорошей. Она рано осталась одна, без мужа и с ребенком на руках. Сама отстроила эту таверну. Она всегда вкусно готовила. Да и народ любил ее. Эйвари помогала всем, чем могла. Дочь во всем была похожей на свою мать. Айла выросла красавицей не только лицом и фигурой, но и сердцем. Она, как и Эйвари, помогала всем, чем могла. Они вдвоем работали в таверне, от посетителей не было отбоя. Все любили стряпню Бартли.

Все было хорошо. Пока в один прекрасный день Айла не привела в таверну раненого мужчину. Они вдвоём с матерью выходили незнакомца, дежуря возле его постели днями и ночами по очереди. Когда же тот пришел в себя, оправился, то позвал Айлу с собой. Та только рассмеялась ему в лицо. Мужчина был намного взрослее девушки. Да и Эйвари была против такого союза. «Моя дочь никогда не станет ни чьей наложницей!» – высказала она в лицо мужчине и попросила оставить их. Тот ушел, но вскоре вернулся. Вернулся за Айлой. Девушка так запала тому в душу, что он решился на страшное: выкрал ее. Эйвари долго обивала пороги его дома, пока сама Айла не вышла к матери и попросила ее вернуться в таверну и продолжить жить без нее. Спасенным раненым оказался сам государь.

Услышав от Гюрзы упоминание о государе, я вздрогнула. Неужели тот самый, что на портрете? Но он же…

Я присела на кровать.

– Тот государь, что там? – указала я рукой куда-то в сторону, намекая на портрет на втором этаже, но мужчина меня понял и так и утвердительно закивал.

– Он сделал ее своей пленницей, наложницей, любовницей, несмотря на то, что на тот момент у него были жена и взрослый сын. Против государя никто не мог и слово сказать. Все его приближенные и слуги делали вид, что ничего такого не происходило. Как он уговорил Айлу остаться рядом с ним, чем пригрозил, никто не знает, но мы с Эйвари догадывались. Вот только ее ответ уже не могли изменить. Айла осталась с ним, по своей воле, о чем и сообщила матери в один прекрасный день. Нам пришлось вернуться домой ни с чем.

Спустя долгое время государь сам навестил Эйвари. Привел в таверну беременную Айлу. Зашел в зал с гордостью, с улыбкой, словно делал великое дело, – процедил сквозь зубы Альвар, словно все тогда видел своими глазами. – Айла ходила за ним, как преданная и верная собачка, боялась поднять глаза. Она все время смотрела в пол. Государь не разрешил даже обняться с матерью, каки взглянуть на нее. Он приказал подать обед, как обычный посетитель. Эйвари тогда едва удержалась от того, чтобы не подсыпать в еду яда. Сдержалась, ни слезинки не уронила. Государю понравилось жаркое Бартли, и он заставил ее научить готовить также своего повара. Все это время он сидел и наслаждался вином, а Айла так и простояла за его спиной с опущенной головой. А перед своим уходом он преподнес Эйвари свой портрет. «Помни мое добро», – были его последние слова. Государь вновь ушел, забирая с собой Айлу. Эйвари тогда слегла в постель на неделю. После же повесила его портрет на втором этаже, а за ним появилась потайная комната. Она верила, что когда-нибудь сможет вызволить Айлу из его плена и поселить туда свою дочь, чтобы тот не смог добраться до нее.

Гюрза замолк, я же вытерла слезы на щеках. Какого это жить, зная, что твоя дочь в плену и страдает, а ты ничего не можешь сделать? И жить в неизвестности столько времени. И умереть, так и не высвободив ее…

– Что случилось с Эйвари? Почему вы вернулись без нее? – больше всего меня интересовало, где хозяйка таверны. Только вот мужчина молчал. – Как вам удалось вызволить Айну? Выкрали? А что же стало с Айлой? – мне хотелось знать, что же с ними со всеми случилось там в ту ночь. Вдруг был шанс, что мать девочки спаслась.