Чтение онлайн

Вернись ко мне. Целой, живой и желательно без новых врагов (хотя я знаю, что это невыполнимое требование).

Я люблю тебя. Больше, чем могут выразить слова. Больше, чем я думал способен любить.

Твой вечно ждущий и сходящий с ума Райнар.

РS. Василиус обещал присматривать за тобой. Я пригрозил ему личной расправой, если с тобой что-то случится. Надеюсь, этого достаточно для мотивации."

Слёзы капали на бумагу, размывая чернила. Я вытерла их, бережно сложила письмо и прижала к груди.

Боже, как я скучала. Как скучала по его голосу, его прикосновениям, его присутствию рядом. Мы были разлучены всего три дня — жалкие, ничтожные три дня — а я чувствовала себя так, словно прошла вечность.

Я прижала письмо к груди, закрыв глаза. Воспоминания нахлынули с такой силой, что перехватило дыхание. Наша последняя ночь вместе. Его руки, державшие меня так бережно. Его губы, целующие мой лоб. Его голос, шепчущий слова любви.

Я представляла, как он обнимает меня, как его дыхание касается моей шеи, как мы лежим, переплетённые, в нашей постели. Как его пальцы рисуют ленивые узоры на моей спине. Как он смотрит на меня тем взглядом, который заставляет моё сердце биться чаще.

Тело отзывалось на воспоминания предательским теплом. Я вспоминала каждое прикосновение, каждый поцелуй, каждый момент близости, который мы разделили.

"Райнар.." — прошептала я его имя в темноту, как молитву, как заклинание.

Воспоминания были такими яркими, что казалось — протяни руку, и коснешься его.

Но вместо тёплой кожи мои пальцы встречали только холодный воздух пустой комнаты.

Волна тоски накрыла с головой — такая сильная, что защипало в глазах. Это физически болело — быть так далеко от человека, ставшего частью тебя.

Я лежала, прижимая к себе его письмо, и слёзы текли по щекам. Не от горя — от острой, пронзительной тоски. От желания оказаться рядом с ним. От понимания, что впереди ещё недели разлуки.

— Я скучаю, — прошептала я в темноту. — Так сильно скучаю.

За окном выла ночь. где-то далеко, за сотнями миль, был он. Ждал. Беспокоился.

Скучал так же сильно, как и я.

Я свернулась калачиком в постели, прижимая к груди его письмо.

Ещё немного. Еще чуть-чуть, и я вылечу принцессу, закончу эту миссию и вернусь домой. К нему.

Где моё место.

Где моё сердце.

На следующее утро мы выехали на рассвете. Граница Альтерии встретила нас серым туманом и подозрительными стражниками.

— Документы, — потребовал капитан пограничной стражи — мужчина с лицом, высеченным из гранита и столь же радушным. — Цель визита.

— Я принц Эдвард Альтерийский, — Эдвард выпрямился, и в его голосе зазвучала королевская власть. — Это герцогиня Вайнерис Эльмхарт, личный врач нашей семьи. Мы едем во дворец по срочному делу.

Капитан изучил нас с тем выражением, которое говорило: "Я видел тысячи самозванцев, и вы не выглядите особо убедительно"

— Личный врач? — он скептически посмотрел на меня. — Женщина?

— Проблемы со зрением? — съязвила я. — Или вы действительно настолько отстали, что существование женщин-врачей вас удивляет?

Эдвард ткнул меня локтем в бок.

— Капитан, — он достал из кармана печать с королевским гербом, — вот мои полномочия. Я требую немедленного пропуска.

Печать подействовала. Капитан нехотя махнул рукой, и шлагбаум поднялся.

— Проезжайте. Но я доложу о вашем прибытии.

— Докладывайте, — невозмутимо ответил Эдвард.

Когда мы отъехали от заставы, он повернулся ко мне.

— Вы могли бы быть чуть более дипломатичной.

— Могла бы, — согласилась я. — Но где в этом веселье?

Василиус фыркнул — звук, который можно было интерпретировать как кошачий смех.

— Вот поэтому я её и люблю, — заявил он. — Никогда не знаешь, когда она устроит дипломатический скандал.

— Спасибо за поддержку, — буркнула я.

Альтерия встретила нас холодным дождём и ещё более холодными взглядами местных жителей. Видимо, иностранцев здесь любили примерно так же сильно, как чуму или саранчу.

Но я не обращала внимания на хмурые лица и осуждающие взгляды. У меня была миссия. Девушка, которую нужно спасти. И жгучее желание закончить всё это как можно быстрее и вернуться домой.

К Райнару.

К жизни.

К себе.

Карета мчалась по дороге, увозя меня всё дальше от дома и всё ближе к новым испытаниям.

Но я была готова.

Насколько это вообще возможно.

Королевский дворец Альтерии встретил нас примерно с тем же энтузиазмом, с каким крепость встречает осадную армию — настороженно, недоверчиво и с явным желанием, чтобы мы убирались восвояси как можно быстрее. Стражники у ворот смотрели на нас так, словно мы были прокажёнными с табличкой "заразные", придворные шептались за углами, а сам дворец — серый камень, готические башни и атмосфера всеобщего недовольства — выглядел как декорация к пьесе "Как сделать гостей максимально некомфортными за пять минут"

Я, Вайнерис Эльмхарт, обладательница титула "Иноземная целительница, которой здесь явно не рады", шла по мраморным коридорам и пыталась не обращать внимания на враждебные взгляды. Что было примерно так же просто, как игнорировать пожар в собственных волосах.

— Атмосфера просто душевная, — прокомментировал Василиус, пристроившийся у меня на плече как рыжий пиратский попугай. — Я чувствую себя как на семейном ужине у Борджиа. Все улыбаются, но яд в бокалах.

— Заткнись, — прошептала я сквозь зубы, изображая улыбку для очередного хмурого придворного. — Мы здесь, чтобы помочь, а не устраивать дипломатический скандал.

— Ещё не устраивать, — поправил кот — День молодой.

Принц Эдвард шёл впереди, и я видела напряжение в каждой линии его тела. Он был дома, но явно не чувствовал себя желанным гостем. Что говорило о семейной атмосфере больше, чем любые слова.

Нас привели в тронный зал — помещение размером с небольшой ангар, украшенное гобеленами с изображением батальных сцен (видимо, альтерийцы очень любили войну или у них был крайне специфический декоратор). На троне восседал король Альдред.