Чтение онлайн

— Но отец..

— Ваш отец может навещать вас, соблюдая меры предосторожности, — перебила я. — Но это необходимо. Иначе половина дворца заболеет.

Эдвард побледнел

— Боже, мы с ней виделись каждый день.

— Тогда вам тоже нужно будет регулярно проходить осмотр, — сказала я. — На всякий случай.

Изольда закрыла глаза, и я видела, как по её щеке скатилась слеза.

— я не хочу умирать, — прошептала она. — У меня столько планов... я хотела учиться, путешествовать, лечить людей.

Я села на край кровати, взяв её холодную руку в свою.

— И вы будете, — твёрдо сказала я. — Вы выздоровеете, принцесса. Я обещаю. Но вы должны слушаться всех моих указаний. Пить лекарства по расписанию, соблюдать режим, не перенапрягаться. Договорились?

Она открыла глаза — в них появился огонёк надежды.

— Вы… вы действительно верите, что я выживу?

— Я не просто верю, — улыбнулась я. — Я знаю. Я уже спасала людей от этой болезни. И вы не исключение.

— Как? — внезапно спросила она, приподнимаясь на локте. — Как вы лечите туберкулёз? Наши лекари говорили, что это неизлечимо, что это божье наказание.

— Ваши лекари идиоты, — отрезала я. — Извините за прямоту. Туберкулёз вызывается бактериями — крошечными организмами, которые поражают лёгкие. У меня есть лекарство, которое убивает эти бактерии.

— Бактерии? — её глаза загорелись любопытством. — Я читала о теории, что болезни вызывают невидимые существа, но это считалось ересью.

— Это не ересь, это наука, — я почувствовала, как между нами возникает связь.

Встреча умов. — И когда вы выздоровеете, я с радостью расскажу вам всё об этом.

— Когда я выздоровею. — повторила она, пробуя слова на вкус. — Звучит как мечта.

— это станет реальностью, — заверила я.

Дверь распахнулась, и в комнату ворвался король Альдред в сопровождении троих мужчин в тёмных мантиях — королевские лекари, судя по их самодовольным лицам и атмосфере превосходства, которую они излучали как дешёвый одеколон.

— Итак? — потребовал король. — Диагноз?

— Туберкулёз в средней стадии, — повторила я, поднимаясь. — Излечим при правильном лечении.

Самый старший из лекарей — седобородый мужчина с лицом, которое видело слишком много смертей и перестало на них реагировать — фыркнул.

— Чепуха, — объявил он. — Туберкулёз неизлечим. Это всем известно.

— Вам известно, — поправила я. — Мне известно обратное. Потому что я лечила эту болезнь и добивалась успеха.

— Абсурд, — второй лекарь покачал головой. — Чахотка — это наказание за грехи, дисбаланс гуморов.

— чахока — это инфекционное заболевание, вызываемое бактерией Mycobacterium tuberculosis, — перебила я, переходя в атаку. — Которая поражает лёгкие, размножается там и разрушает лёгочную ткань. Никаких гуморов, никаких наказаний. Просто биология.

Тишина. Все трое уставились на меня так, словно я говорила на древнем шумерском.

— Микобактерия.. что? — переспросил третий лекарь.

— Неважно, — махнула я рукой. — Главное, что у меня есть лекарство, которое работает.

— и вы откажетесь поделиться рецептом? — ехидно спросил седобородый. — Как удобно. Чудодейственное средство, которое никто не может проверить.

— Я откажусь давать вам рецепт, потому что вы его неправильно используете, —твёрдо сказала я. — Вы начнёте давать его от любой болезни, увеличивать дозы, смешивать с вашими дурацкими отварами. И убьёте больше людей, чем спасёте.

— Какая дерзости — взорвался второй лекарь. — Вы оскорбляете нашу профессию!

— я констатирую факты, — парировала я. — Ваша "профессия" за последние три месяца довела принцессу до состояния, когда она на волосок от смерти. Простите, если я не восхищаюсь вашими успехами.

Король поднял руку, останавливая начинающуюся склоку.

— Достаточно, — его голос прорезал шум как нож. — Герцогиня, вы говорите, что можете вылечить мою дочь. Сколько времени это займёт?

— Минимум три месяца, — ответила я. — Максимум — полгода. Зависит от того, как её организм отреагирует на лечение.

— Три месяца, — повторил он. — И что требуется?

— Полная изоляция принцессы. Отдельные покои, минимум контактов. Строгий режим: покой, свежий воздух, правильное питание — много белка, овощей, фруктов. Мои лекарства три раза в день, в точных дозах. И никакого вмешательства ваших лекарей.

Седобородый открыл рот для протеста, но король снова остановил его жестом.

— Условия приняты, — сказал он. — Вы получаете полную свободу действий. Но если моя дочь умрет…

— Она не умрёт, — я посмотрела ему прямо в глаза. — Даю вам слово.

Он долго смотрел на меня, оценивая, взвешивая.

— Хорошо, — наконец кивнул он. — Начинайте лечение. Эдвард, обеспечь герцогине всё необходимое.

Когда все ушли, и мы остались наедине с Изольдой, она посмотрела на меня с благоговением.

— Вы только что поставили на место придворных лекарей и заставили моего отца согласиться со всеми вашими условиями, — прошептала она. — Как вы это делаете?

— Упрямство, — честно ответила я. — И полное отсутствие страха перед авторитетами. Помогает, кода тебя уже однажды пытались сжечь на костре —после этого короли не кажутся такими уж страшными.

Она рассмеялась — тихо, слабо, но искренне.

— Я думаю, — сказала она, — что мы станем друзьями.

— Я тоже так думаю, — улыбнулась я. — А теперь отдыхайте. Завтра начнём лечение.

Вечером, в отведённых мне покоях, я сидела у окна и смотрела на чужой город под чужим небом.

Впереди месяцы работы. Месяцы разлуки с Райнаром. Месяцы борьбы за жизнь девушки, которая стала мне близка за один день.

— Ты справишься, — сказал Василиус, запрыгивая на подоконник. — Ты всегда справляешься.

— Надеюсь, — прошептала я. — Боже, как же я надеюсь.

За окном зажглись звёзды. Те же самые звёзды, что светили над моим королевством. Над Райнаром.

Я прижала руку к сердцу, де под платьем лежало его письмо.

"Жди меня- Я вернусь."

— мысленно обратилась я к нему. — "Я вернусь. Обязательно"

А пока — работа. Лечение. Спасение жизни.

То, ради чего я и стала врачом.

Лечить принцессу под пристальным наблюдением целой армии недоброжелателей — это примерно, как оперировать на сцене театра, где зрители в первом ряду ждут не дождутся, когда ты облажаешься, чтобы закидать тебя гнилыми помидорами.