Любовь и смута
Шрифт:
Глава 7. Монсеньор Карл.
Лес дышал предчувствием скорой весны. Порывистый и влажный ветер щедро одаривал всадников сладковатой свежестью и ещё более сладким чувством свободы и единства со всем божьим миром. Снег почти растаял, и повсюду звенели весёлые ручейки, сливаясь вместе и норовя затопить окрестности. Солнечные лучи, не находя препятствий в оголенных кронах деревьев, дарили светом и теплом бледную робкую зелень только что пробившейся травки.
Путешественники устроили привал на поляне в небольшой, укромной низине, подальше от проезжих троп.
– Вы можете здесь отдохнуть, монсеньор, - сказала Альберга мальчику, обустроив из сёдел и плаща нечто вроде спального места.
– Но я не отдыхаю днём, и уже давно, - заметил в ответ мальчик.
– Ну как знаете, - пожала плечами графиня, - я подумала, что вы устали.
– Но я вовсе не устал.
Не желая и дальше выслушивать подобные пререкания, Альберга предпочла промолчать. Подготовив место для костра, она достала из дорожной сумки кресало и кремневый камешек, чтоб развести огонь.
– Я сам, можешь не хлопотать!
– сказал принц, бесцеремонно забрав всё это у неё из рук.
Альберга остолбенела от такого самоуправства мальчика и с недоумением посмотрела на Нитхарда, но учитель лишь улыбнулся и отвёл взгляд.
– Ну что ж, отлично, - скептически усмехнувшись, проговорила Альберга, - если к моему возвращению костра не будет, все останутся голодными.
По возвращении она увидела, что костер благополучно разожжён и вполне весело горит. Альберга положила возле огня пробитую стрелой птицу и огляделась - принца нигде не было видно.
– Где монсеньор?
– удивленно спросила она Нитхарда.
– Он здесь, вам не о чем волноваться, Альберга, - отвечал учитель.
– Где?!
– возмущенно воскликнула молодая женщина, оглядываясь.
– Вы что, думаете, что мы в Ахене? Вы не должны оставлять принца ни на минуту, ребёнку нельзя одному гулять по лесу!
– Я не гулял, я принес сухих веток для костра, - сказал, появившийся из-за деревьев Карл, услышав последние слова графини.
– Здесь есть родник, я пойду наберу воды про запас.
– Я знаю, я уже набрала, - остановила его графиня.
– Нитхард, гляди, - сказал Карл другу, поднеся убитую птицу к самому лицу учителя, - даже ахенские дамы умеют стрелять из лука, а ты нет!
Карл взял лук и проверил крепление и прочность тетивы.
– Я запросто могу подстрелить зайца, сейчас их выследить проще простого.
– Нет, монсеньор, - отрезала графиня, решительно отобрав из рук принца оружие.
– Мне что и погулять нельзя?
– сердито глянув на графиню исподлобья, поинтересовался мальчик.
– Разумеется можно, - милостиво улыбнулась Альберга, - но только вместе с Нитхардом. И чтоб недалеко.
Действуя скорее по наитию, чем руководствуясь какими-либо конкретными знаниями, Альберга, наконец, приготовила обед.
– Никогда не ел ничего вкуснее, - поблагодарил Нитхард, вызвав улыбку и симпатию графини.
– Благодарю, я уже сыт, - сказал Карл, немного поев.
– Да, чуть не забыла, - вспомнив о чём-то, сказала молодая женщина, и, порывшись в сумке, извлекла оттуда походный сигнальный рожок, - вот, возьмите, - она протянула его учителю, - если в случае опасности меня не окажется рядом...
Не успела Альберга договорить, как маленький принц, перехвативший заинтересовавшую его вещь, что есть сил прогудел сигнал. Протяжные и громкие звуки огласили на весь лес призыв о помощи, взбудоражив всю окрестную лесную живность.
Альберга и Нитхард замерли, оторопело уставившись на мальчика.
– Зачем вы это сделали?!
– воскликнула Альберга.
– Нам надо быть как можно незаметнее, а вы сейчас всю округу оповестили о своем присутствии!
Карл сам уже понял, что сделал что-то не очень правильное и молча отдал рожок Нитхарду.
– Лучше уйти отсюда, - сказала Альберга, вдруг почувствовав себя неуютно на вполне симпатичной и миролюбивой, солнечной полянке.
Но не успели они собраться, как услышали конский топот — на поляне появились несколько всадников.
– Что за дьявол?! Это вы трубили?
– недовольно спросил один из них - тучный чернявый верзила, не увидев на поляне никого, кроме трех юнцов, мал мала меньше.
– Нет, это не мы, - отвечал Нитхард.
Альберга застегнула плащ, накинув на голову капюшон, нацепила лук с колчаном и молча кивнула принцу в сторону уже осёдланных коней. Тот послушно направился к своей лошади.
– А что вы здесь делаете?
– не отставал барон, оглядывая их лошадей и скарб в поисках поживы.
– Мы послушники из монастыря Сен-Рикье, собираем хворост по приказу настоятеля, - отвечал Нитхард.
– И это не мы вас звали.
– Как не звали, а это что?!
– рыцарь указал на рожок, болтающийся у Нитхарда на шее.
– Вот тупые бараны, прирезать бы вас, чтоб людей не отвлекали от дел! Ну ты смотри, теперь потеряем добрых полчаса и все из-за каких-то поповских ублюдков!