Чтение онлайн

– Я ударил ее, - сказал Тони.
– Я ударил Сюзанну, когда она мне это сказала.

Оливер улыбнулся:

– ну, не думаю, что стоило ударять ее. Но, наверное, не стоило и слушать ее. Тони, сделай мне одолжение.

– Какое?
– в голосе ребенка звучало недоверие.

– Ничего не говори об этом матери, - сказал Оливер.
– И Джефу. Мы с тобой просто сделаем вид, что у меня неожиданно появилось время, и я сел в машину и приехал проведать вас. Как по-твоему, неплохая мысль?

Тони отпрянул, как от внезапного приступа боли.

– Нет.

– Почему нет?
– спросил Оливер.

– Потому что Сюзанна была не единственной.

Оливер обнял мальчика за плечи.

– Но даже если, два, три или сто человек сплетничают, - возразил отец.
– Это совсем не означает, что все это правда. Ты знаешь, что такое сплетни?

– Да, - сказал Тони.

– Это одна из самых плохих вещей на земле, - уточнил Оливер.
– Это болезнь взрослых. И в одном только смысле порядочный человек может оставаться ребенком всю свою жизнь - это не сплетничать и не слушать сплетен.

Внезапно Тони вырвался из объятий отца,

– Это я!.. Я сам! Я вчера сам пошел к дому ее сестры и посмотрел через окно и видел все собственными глазами.
– Мальчик отвернулся и почти бегом бросился через всю комнату и свалился в плетеное кресло, пряча свое лицо от Оливера под подлокотник. Он плакал, стараясь одновременно изо всех сил не показать этого.

Оливер устало провел ладонью по глазам, подошел к креслу и присел на подлокотник.

– Ладно, ладно, ну будет тебе.
– И он погладил сына по голове. Тони, мне неприятно самому. Но просто не знаю, что делать. Ты очень молод. Ты еще не знаешь, что ты знаешь, а чего не знаешь. Ты мог увидеть что-то, что тебе показалось плохим, и что на самом деле было вполне невинным. Тони, - заключил он, - ты должен точно рассказать мне, что именно ты видел.

Тони заговорил в спинку кресла, не поворачивая головы.

– Она сказала, что поехала в кино. Но Сюзанна была права. Она не была в кино. Я пошел к дому его сестры. Сестра уехала и на этой неделе там никто не жил. На окнах были жалюзи. Но они не закрывали окна до конца. Внизу была щелка, через которую все было видно. Они лежали рядом в кровати и... на них ничего не было. Мама целовала...
– Тони резко повернулся и посмотрел в лицо отцу.
– Я хочу домой... Я хочу домой.
– Теперь он рыдал, безутешно и открыто.

Оливер сидел на подлокотнике, не шевельнувшись, натянутый как струна, и смотрел на рыдающего сына.

– Прекрати плакать, тони, - сказал он хриплым шепотом.
– Ты в последний раз плакал, когда был совсем маленьким.
– Он встал и вытащил Тони из глубины кресла.
– Теперь пойди, умойся, - приказал он бесцветным голосом.

– Что ты собираешься делать?
– спросил Тони.

Оливер покачал головой:

– Не знаю, - сказал он.

– Ты ведь не уедешь, правда?

– Нет, - сказал Оливер.
– Я посижу здесь немного. А ты иди, Тони. У тебя глаза совсем красные.

Медленно, волоча ноги по полу, Тони направился в ванну. Оливер смотрел ему вслед, неопределенно покачивая головой. Он тяжелой походкой начал мерить шагами прохладную комнату. На стуле валялась забытая Люси соломенная сумочка с ярко оранжевым шарфом, небрежно брошенным сверху. Оливер остановился возле стула и взял в руки шарф. Он приложил его к лицу и вдохнул аромат ее духов. Снова склонившись над стулом, он раскрыл сумочку и начал рассматривать ее содержимое. Маленькая компактная пудреница попалась ему в руки первой, он открыл ее, пудра припорошил маленькое зеркальце. Он осторожно положил пудреницу на стол, и начал одну за другой вынимать предметы из сумочки и в педантичном порядке расставлять их на столе. Крошечный пузырек духов, связка ключей, расческа, рецепт, вырезанный из газеты - рецепты пирога "Ангел". Потом он вынул небольшой кошелек для мелочи. Затем так же педантично одно за другим он уложил все это обратно в сумочку. И тут послышались голоса Люси и Джефа, приближавшихся к домику, затем их шаги на крыльце, и надев на лицо маску спокойствия, Оливер повернулся к двери, распахнувшейся перед Люси. За ней следовал Джеф. Она смеялась. Увидев Оливера, замершего в центре комнаты, Люси слегка нахмурилась, потом с радостью и удивлением воскликнула: "Оливер!" - и бросилась через комнату ему навстречу, раскрыв руки для объятий и поцелуя. Джеф тактично ждал на пороге, пока закончится приветствие.

Оливер поцеловал жену в щеку.

– Привет, Люси, - доброжелательно сказал он.

– Что ты здесь делаешь?
– пробормотала Люси.
– Почему ты не позвонил? Сколько ты будешь с нами? Ты уже обедал? Какой приятный сюрприз! Ты уже видел Тони?

– Оливер усмехнулся,

– не спеши, - сказал он.
– Всему своя очередь. Привет, Баннер.

– Добро пожаловать, мистер Краун, - ответил Джеф с детской вежливостью, вытянувшись при этом по струнке.

Люси взяла Оливера за руку и подвела его к диванчику.

– Пойдем присядем, - предложила она.
– Ты выглядишь усталым. Тебе что-то принести? Что-нибудь выпить? Бутерброд?

– Ничего, - отказался Оливер.
– Я поел по дороге.

Джеф глянул на часы.

– Уже поздно, - сказал он.
– Наверное, мне пора.

– О! Нет, останьтесь, пожалуйста, - попросил Оливер. Он был почти уверен, что Люси бросила на него тревожный взгляд.
– Я бы хотел с вами кое о чем поговорить. Если вы не очень спешите, конечно.

– Нет, - сказал Джеф.
– Я не спешу.

– Ты уже видел Тони?
– спросила Люси.

– Да, - ответил Оливер.
– Он в ванной.

– Он прекрасно выглядит, правда?

– Прекрасно, - согласился Оливер.

– Я говорила тебе, что на этой неделе он проплыл сто ярдов?
– с гордостью сообщила Люси.

Оливеру показалось, что она говорит быстрее, чем обычно, как пианист, который нервничает в присутствии аудитории и старается скрыть это быстро проигрывая наиболее сложные пассажи.

– Он заплывал далеко-далеко на озере, - продолжала Люси.
– А Джеф плыл за ним в лодке. У меня сердце было в пятках и...

– Я уже имел с ним небольшую беседу, - сказал Оливер. Он любезно повернулся к Джефу.

– Вы сейчас обедаете в гостинице?

– На этой неделе, - поспешно вставила Люси, прежде чем Джеф успел открыть рот.

– Его сестра уехала, и бедный мальчик остался с двумя банками рыбных консервов, и мы сжалились над ним.

– А, понятно, - улыбнулся Оливер.
– Вы оба прекрасно выглядите, лето пошло вам на пользу.

– Да лето выдалось неплохим, - ответила Люси.
– Хотя было много дождей. А ты как? Как тебе удалось вырваться? Что все твои замечательные работники на заводе забастовали?

– Все гораздо прозаичнее, - объяснил муж.
– Просто удалось улизнуть.

– В городе ужасно, правда?
– спросила Люси.

– Ну, не так уж ужасно.

Люси погладила его по руке.

– Мы так скучали по тебе. Тони все спрашивал, когда ты наконец приедешь. Ты побудешь с нами, да?

– Не знаю, - сказал Оливер.
– Посмотрим.

– А, - пробормотала она.
– Посмотрим.

И Люси направилась к небольшому коридорчику, ведущему в ванную комнату и крикнула: