Лютер. Книга 1. Начало
Шрифт:
Рид с полмили лавирует в густеющем потоке транспорта, пока не чувствует, что он проехал достаточное расстояние и можно звонить Лютеру без опаски.
— Здорово! — кричит Лютер в трубку под смутное завывание сирены.
— Ты где? — спрашивает Рид.
— На Эм двадцать пять, посерединке.
— Как тебя туда занесло?
— Транспортирую свидетеля.
— Говорить сейчас можешь?
— О чем?
— Кто-то ночью спалил машину Джулиана Крауча, — докладывает Рид. — Черный громила. В твидовом пальто.
— Вот же гадство, — отзывается Лютер. — Я-то сам автомобилями не увлекаюсь, но та лайба была действительно красивая. Вальяжная такая.
— Вот как, — соображает Рид. — А ко мне тут жалобщики нагрянули.
— Уже?
— Ага.
— И кто этим занимается?
— Мартин Шенк. Знаешь его?
— Знаю его хватку.
— Вот и я тоже. Он не из тех собак, которым стоит подставлять для обнюхивания свою задницу.
— Ну да… Вот же черт.
Рид представляет, как Лютер задумчиво доскребывает себе макушку, а мимо под вой сирены и прерывистый блеск мигалки мелькают предместья Лондона.
— Тут вот какое дело, — делится соображениями Рид. — Как только Шенк положит глаз на копа, подпадающего под описание Крауча, этот коп моментально увязнет в дерьме по уши.
— Даже если он при исполнении?
— Если сочтут, что это он жжет где ни попадя винтажные «ягуары», то даже неважно, при каком он исполнении.
— Но если они привлекут того неправильного копа, — замечает Лютер, — это может не лучшим образом сказаться на Мии Далтон.
— А ты уже… поймал след?
— Как раз сейчас иду по нему Мне кажется, это уже близко.
— Понял, — реагирует Рид. — Значит, Краучу надо передумать насчет того, что он видел.
— Пожалуй, — соглашается Лютер. — Ты не мог бы об этом позаботиться?
— Попробовать можно.
— Отлично. А кстати, где Шенк сейчас?
— В том-то и проблема. Едет к Зои поговорить.
— Ч-черт.
— Так-то, — вздыхает Рид. — Я вот что тебе скажу. Кто бы там ни палил машину Крауча, он был явно не в себе.
— Похоже на то, — солидарен Лютер. — Скорей всего, он был в состоянии аффекта. Наверное, день сложился скверно.
— Не иначе.
— Ты мне можешь эсэмэской скинуть номер Шенка?
— Уже кидаю.
Разъединившись, Рид, не сбавляя скорости, жмет кнопочки на трубке. Сунув мобильный телефон в карман, Лютер оборачивается к Хоуи.
— Надо куда-нибудь приткнуться, — говорит он.
— Шутите? — свербит его взглядом сержант.
— Очень важно. На пару минут.
Хоуи прижимает машину к бордюру автострады. Кристина Джеймс, с печально округленными глазами, одиноко сидит на заднем сиденье. Хоуи ободряюще ей подмигивает: мол, не унывай.
Затем к Кристине с переднего сиденья всем корпусом поворачивается Лютер:
— Вы не одолжите ваш телефон? Мне буквально на минутку.
Кристина оторопело моргает — ну и утречко, свихнуться можно. Пошарив в сумке, протягивает ему розовенькую, всю в царапинках, складную «моторолу».
Лютер под утренним дождем ходит взад-вперед по обочине. Шенка он набирает со своего телефона.
— Шенк! — вместо приветствия рявкает в трубку тот.
Судя по звуку, он едет в машине, а разговаривает, скорее всего, с помощью беспроводной гарнитуры.
— Приветствую, это детектив Лютер. Меня просили вам перезвонить.
— Ба-а, детектив Лютер! Спасибо, что так быстро отреагировали.
— Нет проблем. Чем могу помочь?
— О, да вопрос-то, в сущности, глупый. Пустяковый, можно сказать, вопрос.
Эту ремарку Лютер пропускает мимо ушей. Две-три секунды ждет, машинально провожая глазами проносящиеся по автостраде машины.
— И все-таки что у вас ко мне? — повторяет он.
— Гм. Вопрос хоть и пустяковый, но мне хотелось бы обсудить его очно, так сказать тет-а-тет.
— Ну так давайте. Вы где?
— Еду в сторону Пекэма.
— Тогда вам придется сделать небольшой крюк. Я сейчас недалеко от станции. Сможете туда подъехать?
— В принципе, смогу, — неуверенно соглашается Шенк. — Но я уже условился еще об одной встрече.
— Тогда не обещаю, что вы меня потом застанете, — говорит Лютер. — У нас здесь ад кромешный.
— Ах да, конечно. В таком случае буду вам очень признателен, если мы сможем пересечься с вами на Хобблейн.
— Постараюсь, непременно постараюсь.
— Тогда до скорой встречи.
Отбой связи Лютер сопровождает крепким словцом и, напряженно потирая лицо, расхаживает из стороны в сторону. Затем звонит домой.
— Зои? Это я.
Голос у Зои усталый. В нем чувствуется легкая отчужденность, которая часто наступает после бессонной ночи.
— Джон, послушай. Я не хочу спорить.
— Да и я тоже, — говорит он. — О прошлой ночи забудь.
— Каким образом?
— Я сейчас не об этом. В смысле, не насчет ночи. Знаешь, на разговор у меня совершенно нет времени. То есть в обрез. Поэтому я быстро, ладно?
— Ну, говори. — Она несколько оживляется, готовая вспыхнуть в любой момент.
— Я хочу попросить тебя об одной услуге, — говорит он, — не очень приятной.
— О какой?
— Прежде всего, я хочу сказать тебе вот что. Я прошу тебя сделать это не ради меня, а ради той маленькой девочки, Мии Далтон. Ты видела ее в новостях, должна была видеть. Речь идет о ней. Ее нужно найти.
— Так что же я должна сделать?
— Солгать.
— Солгать? Кому?
— Полицейскому.
Он коротко излагает суть просьбы, представляя при этом, как Зои — босая, в пижаме — строптиво подергивает себя за прядку волос.
— Пошел ты, Джон… — говорит она со вздохом. — Нет, в самом деле, пошел ты — за то, что просишь меня делать это.